«Агрессия становится нормой». Психологи – о причинах трагедии в Керчи


В Крыму – трехдневный траур после нападения на Керченский политехнический колледж. Прощание с погибшими и похороны состоятся в пятницу, 19 октября, на главной площади Керчи. Мотивы преступления до сих пор неясны. Врачи не исключают, что нападавший был психически неуравновешенным человеком.

Число жертв керченской трагедии возросло до 21. Утром в четверг при транспортировке из одной больницы в другую умерла девочка. Погибли 16 учеников, среди которых и Владислав Росляков , подозреваемый российским следствием, а также пятеро преподавателей. 44 человека ранены, 7 из них находятся в крайне тяжелом состоянии. Крымчане сдают кровь для переливания раненым. С утра в Центре крови в Симферополе выстроилась очередь из более чем 150 человек.

Прощание с погибшими состоится 19 октября на главной площади Керчи. Панихиды в четверг будут служить во всех храмах Крыма. Молебен в пятницу пройдет и во всех крымских мечетях: здесь организован сбор средств для семей пострадавших.

Накануне траурные акции состоялись в нескольких крымских городах, а также в России и на Украине. Люди зажигали свечи у здания Политехнического колледжа, приносили цветы и игрушки. Минутой молчания память погибших почтили как депутаты Госдумы, так и Верховной Рады. Президенты Украины и России также выразили соболезнования.

ФотогалереяГород в слезах. В Керчи провели молебен по жертвам массового убийства (фоторепортаж)

Посмертная психолого-психиатрическая экспертиза Владислава Рослякова должна определить его психологические особенности и мотивы, толкнувшие на преступление. По мнению психиатра-криминалиста, основателя и директора Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях Михаила Виноградова , он мог быть психически неуравновешенным человеком:

– Понятно, что это психически больной человек. До официальной экспертизы я не готов назвать диагноз, но, безусловно, он психически болен. Такие поступки могут возникнуть при нескольких психических заболеваниях и расстройствах. Он болен давно, у него накапливалось болезненное восприятие окружающего, накапливалась агрессия ко всему, что его окружало. И он выплеснул эту агрессию в таком страшном действии.

– Что могло послужить причиной такого действия?

– Конкретной причины здесь нет. У него развивалось болезненное состояние, общее восприятие окружающего мира, своего места в нем, ощущение своей значимости и ощущение, что окружающий мир должен быть исправлен таким жестоким образом. Это в общих чертах. Есть официальная экспертиза, и впереди нее я идти не готов.

– Есть ли какая-то общая схема, которую используют стрелки при подобных массовых убийствах?

– Общей схемы нет. Есть конкретная ситуация. В одном случае была ситуация с флагом, в другом случае просто возник конфликт на дороге, все копившее выплеснулось в этом конфликте. В нашем случае он давно готовился к тому, чтобы сделать то, что он совершил.

Свечи в память о погибших в Симферополе

​– Возможно ли как-то заранее вычислить таких людей, как-то от них уберечься?

– Теоретически, можно. Есть старый случай, описанный следователем по особо важным делам Шейниным. Ловили особо опасного преступника, который был абсолютно рыжим. Все отделения милиции были забиты рыжими людьми, которых доброжелательные граждане хватали на улице и тащили в милицию. А преступник перекрасился в черный цвет. Его потом поймали, но смысл истории в том, что в народ такие вещи пускать нельзя.

– А что касается интеллекта?

– У всех по-разному. У кого-то интеллект может быть очень высоким, может быть так себе. Главное – это эмоциональная сторона дела, что и как он переживает и какое видит в этих переживаниях место для себя.

– Сразу после преступления стали говорить об усилении мер безопасности в учебных заведениях. Как вам кажется, помогут сейчас эти проверки, усиление мер безопасности?

– Да нет, это успокоение самих себя. Особо эффективным это не будет. И для этого нужна какая-то правовая основа. В учебных заведениях не возьмешь каждого учащегося за руку на проверку. Параллели с Колумбайном я бы не проводил. Это неправильное дело, у каждого преступника или преступников есть свои какие-то направления мыслей, и параллели проводить здесь нельзя. Можно только говорить, что опять и опять совершено страшное преступление психически нездоровыми людьми.

Психолог Ольга Маховская считает, что часть ответственности за произошедшее лежит на обществе:

– Главной фоновой причиной этого преступления является социальное расслоение и сужение сознания у людей, которые не видят перспективы в этом мире: как быть по-настоящему успешным, реализоваться и так далее. Есть такие указания и печальные рифмы с Колумбайном и прочими историями, когда мы видим, что парня растила мать-одиночка с очень низким социальным статусом, санитарка в онкоцентре, и не думаю, что она готовила его к какой-то большой жизни, поскольку у людей с неудачно сложившейся жизнью всегда существует очень простая философия, объясняющая, почему они так плохо живут. Как правило, это потому, что «мир плохо устроен, мир против нас, мир несправедлив». Поэтому парень долго готовился к тому, что все однажды «схлопнется», и, наверное, мессианство состоит в том, чтобы самому реализовать этот печальный сценарий.

Это очень непросто – прийти и убить людей, и ему это далось непросто, потому что молодой организм настроен на жизнь. Но, конечно, на этот главный мотив, о котором я говорила, всегда накручивается очень много личной неприязни, всяких деталей, конфликты с учителями и однокашниками, может быть, какие-то оскорбления, которые делают из этих стрелков вначале изгоев, а потом заставляют их искать способы мщения, как отработать эту травму – отомстить.

Выявить этих одиноких стрелков довольно трудно. Конечно, социальные сети должны нас настораживать, и удивительно, что каждый раз, когда обращаются к страницам этих молодых людей, выясняется, что были все предвестники: это и тема оружия, и тема подвига, и так далее. Но поскольку тема героизма и каких-то идеалов повсеместна, и она муссируется в подростковой среде, очень трудно понять, где в следующий раз сдетонирует. Это может быть и благополучная семья, но холодный дом, то есть сирота при живых родителях тоже может так себя повести. У нас был стрелок в Москве, и мы видели, что это полная семья, экономически благополучная. Здесь профилактика может быть связана с тем, чтобы отслеживать оружие. Ну не могли этому парню разрешить оружие. Нельзя таким агрессивным, неуравновешенным, социально неблагополучным детям давать оружие в руки.

Я боюсь, что регионы, где идут военные конфликты, наиболее опасны, потому что напичканы оружием. Тема смерти муссируется как нормальная. Произошла нормализация смерти молодых людей в обществе, гибнут же молодые. И здесь в Керчи сошлось очень много факторов. Я не понимаю, как выстроить перспективу, потому что защиты нет. Как купировать панику? Первые съемки были: показывали, насколько некомпетентны педагоги. Перекладывать на них ответственность нельзя. Это беспомощные и некомпетентные взрослые. И это тоже риск таких случаев.

Я в огромной печали, мне очень жалко невинно погибших молодых людей, и, наверное, единственная рекомендация людям в таких опасных регионах – это все-таки своих детей отправлять куда-то в более благополучную сторону, помогать им выстроить перспективу.

– Вам не кажется, что вот этот парень из Керчи копировал преступление Колумбайна? И важно это или нет в данном случае?

– Мы были рядом, а не американцы, и там у них свои причины, много этнического неравенства, не только социального, другая система образования. Если начать сравнивать, я вам легко докажу, что это разного поля ягоды, хотя внешние аранжировки могут совпадать. У нас много минора в литературе, в искусстве и в жизни, но это не повод убивать других людей.

Эвакуация раненых после нападения

Академик Российской академии образования, заведующий кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ имени М. В. Ломоносова Александр Асмолов считает случившееся в Керчи выражением бед современного общества:

– Трагедия в Керчи – это драма общества риска и общества утраты смысла жизни. По данным социологических исследований, в цивилизованных странах страх бессмысленности жизни вышел на первое место и опередил страх смерти. Я говорю о том, что в этой ситуации это неслучайно. Мы оказались страной, теряющей смысл существования. И эти реакции подростков, людей в возрасте, который называют «возрастом бури и натиска», поиска своего «я», четко показывают, насколько в обществе выросли ненависть и неприязнь. Они и порождают агрессивные способы разрешения конфликтов.

Ключевой вещью, которая стоит за подобного рода действиями, является то, что агрессивные паттерны, агрессивные модели разрешения конфликтов становятся нормой поведения. И к этой чудовищной норме поведения прибегают в разных странах часто подростки, которые являются наиболее уязвимой мишенью разжигающих ненависть, вражду коммуникативных технологий, в том числе таких коммуникативных технологий, как телененавидение, которое у нас заменило телевидение. Во всей этой ситуации ключевая мера, которая может, по крайней мере, уменьшить риски подобного рода чудовищных действий, за которыми стоит бессмысленность существования и подростковая истерия, – это в буквальном смысле перестройка всей системы коммуникации, которую несут наши каналы. Пока мир коммуникаций будет оставаться таким, что несет только заряды ненависти, пока он будет оставаться миром перманентной психологической войны, мы будем терять одно поколение наших детей за другим, превращая их в тяжелых невротиков, утративших свое «я» и совершающих подобного рода чудовищные действия, – уверен Александр Асмолов.

17 октября на большой перемене в здании Керченского политехнического колледжа сработало взрывное устройство и раздались выстрелы. Виновный в трагедии, студент четвертого курса Владислав Росляков, застрелился на месте. Тело нападавшего было найдено в библиотеке, рядом с ним обнаружили еще одно взрывное устройство, которое не сработало. У Рослякова при себе было большое количество патронов.

Студент получил разрешение на ношение и покупку охотничьего оружия несколько месяцев назад, после достижения 18-летия. Его знакомые отзываются о нападавшем как об обычном замкнутом молодом человеке, не демонстрировавшем больших успехов в учебе, который интересовался оружием. Отец Рослякова в интервью «Известиям» рассказал, что сын практически не рассказывал ему об учебе, но был воспитанным и неагрессивным молодым человеком.

22 октября Керченский политехнический колледж возобновит работу.

Предыдущая Супруга украинского активиста Балуха встретилась с ним в СИЗО
Следующая «Агрессия становится нормой». Психологи – о причинах трагедии в Керчи

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *