Церковь и педофилия: «При чем тут Сатана?»


«Нам нужны действия, не слова», – просил католических иерархов папа Франциск во время открытия четырехдневной конференции в Ватикане, посвященной проблеме сексуального насилия по отношению к несовершеннолетним. В последние десятилетия эта тема стала одним из самых серьезных испытаний для католической церкви.

Но к лозунгу «действия, не слова» быстрее прислушалась австралийская юстиция, чем церковь. Во вторник, 26 февраля, через два дня после окончания ватиканской конференции, суд в Мельбурне вынес приговор кардиналу Джорджу Пеллу , признав его виновным в домогательствах по отношению к двум молодым мужчинам. Занимающий пост ватиканского казначея священник – третье лицо католической церкви, после папы Франциска и государственного секретаря Святого престола (его также называют «премьер-министром Ватикана») кардинала Пьетро Паролина . На следующий день Ватикан объявил, что начинает собственное расследование этих обвинений.

Конференция, организованная Ватиканом, изначально планировалась как историческая: впервые в Ватикан должны были прибыть решающие судьбу церкви лица, чтобы обсудить домогательства, совершенные духовными лицами. До этого проблема лишь затрагивалась в отдельных публичных заявлениях священнослужителей. «Вам нужно из первых уст познать страдания, которые испытали эти люди», – написал в пригласительном письме к 160 епископам, кардиналам и руководителям духовных орденов во всем мире организационный комитет конференции в декабре прошлого года.

И хотя «саммит» начался в исторической и решительной обстановке, комментаторы католических изданий в различных странах мира сразу заметили парадокс в просьбе папы римского перейти от слов к действиям: Франциск «поставил ловушку сам себе, ведь встреча должна была состоять как раз из разговоров. Ее участники не имели права принимать какие-либо решения», пишет польский эксперт по церковным делам Эдвард Аугустын в колонке для авторитетного либерально-католического журнала Tygodnik Powszechny.

Что было решено

Ассоциации по борьбе с педофилией в католической церкви выдвигали несколько требований ко Вселенской церкви. Самые важные, по мнению действующей в семнадцати странах группы Ending Clergy Abuse, – автоматическая отставка и исключение из сообщества духовных лиц всех тех, кто совершал сексуальные преступления или покрывал допустивших нарушения священников. Основных решений три.

  • Первое – создание «мобильных» рабочих групп Ватикана, которые отправятся в страны, где, по мнению Святого престола, местные церковные структуры «не справляются» с обвинениями духовных лиц в педофилии. Ватиканские эксперты смогут предложить своим коллегам конкретные меры борьбы с нарушениями и инструменты для их предотвращения. В этих рамках говорится, например, о предложении епископа Чикаго Блейза Супича открыть в других странах «горячие линии», по которым жертвы насилия смогут звонить и связаться с независимыми органами, способными их защитить.
  • Второе решение – обещание внести ряд изменений в законы государства Ватикан, поскольку в них до сих пор не предусмотрено наказание за педофилию и сексуальные домогательства: теоретически, в самом маленьком государстве мира такие действия до сих пор не считаются преступлениями.
  • Третье – в течение двух месяцев папа Франциск пообещал выпустить документ, который будет содержать рекомендации для национальных конференций епископов в вопросе борьбы с сексуальным насилием (в каждой стране, где назначены епископы из Рима, конференция епископов управляет церковными делами на национальном уровне). Однако пока так и неизвестно, какие именно советы Римская курия будет давать своим священникам.

«При чем тут Сатана?»

Несколько ассоциаций, объединяющих жертвы сексуального насилия со стороны католических священников, уже высказали разочарование результатами конференции. Помимо скромного объема принятых мер, возмущение вызвали слова папы Франциска о том, что священники-педофилы становятся «оружием Сатаны».

«Честно говоря, вина Сатаны – это церковная говорильня. Они втирают нам очки, из-за этого мы не можем прямо, простыми словами говорить о проблемах церкви», – считает Жан-Мари Фьюрбрингер, представитель швейцарской ассоциации потерпевших SAPEC, который прибыл в Ватикан на конференцию. Похожее мнение и у Питера Сондерса из Великобритании, который в свое время был приглашен в ватиканскую комиссию под председательством папы римского. Комиссия до сих пор занимается расследованием случаев, когда священники домогались несовершеннолетних. Однако в 2017 году Сондерс прекратил сотрудничество с комиссией из-за отсутствия решительности, которой, по его мнению, не хватает католической церкви в этом вопросе.

«Говорят о Сатане, говорят про лукавое, но ничего не говорят об исключении из церкви изнасиловавших детей священников и о тех, кто издевался над детьми и остается работником церкви», – считает Питер Сондерс, который в детстве сам стал жертвой насилия католического священника.

Еще большее возмущение жертв вызывает тот факт, что ряд руководителей католической церкви продолжают отрицать то, что проблема приобрела большой размах и стала угрозой стабильности церкви.

Как напоминает польское издание журнала Newsweek, Польшу на конференции по теме насилия над несовершеннолетними представлял архиепископ Кракова Марек Ендрашевский , известный помимо прочего тем, что объясняет кризис в католической церкви «распространением гендерной идеологии». А в прошлом он публично защищал обвиняемого в педофилии высокопоставленного священника, епископа Познани Юлиуша Петца .

Но возмущение римской встречей выражают не все. Глава фонда «Не опасайтесь», объединяющего жертв домогательств священников (выражение «не опасайтесь» – аллюзия к знаменитой в Польше цитате Яна Павла II , который в 1979 году этими словами призвал поляков сопротивляться коммунистическому режиму), считает, например, что католической церкви просто надо дать время для полного искоренения проблемы.

Марек Лисиньский

Марек Лисиньский стал известен в Польше благодаря тому, что его организация создала интерактивную карту случаев сексуального насилия в католической церкви страны. Перед началом конференции в Ватикане он лично передал папе Франциску подготовленный фондом доклад о насилии в католической церкви Польши. Он – один из создателей международной организации Ending Clergy Abuse, объединяющей представителей семнадцати стран из пяти континентов со штаб-квартирой в Женеве. Организация организовала митинг в Риме во время конференции. Правда, папа к ним не вышел, но зато дал аудиенцию Лисиньскому.

– Встреча с папой, главой церкви, произвела потрясающее впечатление даже на меня, неверующего человека. Жест папы Франциска меня более чем удивил. Я увидел в этом знак уважения, это была невероятная встреча. Но в то же время она закрепила во мне желание бороться за справедливость жертв и дальше.

Это был жест, который окончательно меня освободил от чувства вины, поскольку я сам в детстве стал жертвой сексуального насилия священника. Во мне исчезло последнее чувство вины из-за того, что когда-то произошло. Меня это действительно сделало психологически сильнее. Благодаря этому я смогу дальше бороться. В каком-то смысле подтвердилось моё чувство, что у меня в этом вопросе есть сильные аргументы.

– Но вы считаете, что папа Франциск делает все для того, чтобы решить проблему?

– Всё – это преувеличение, но он пытается хоть что-то сделать, просто есть определенные силы, которые ему это не разрешают, поэтому посмотрим, что получится в реальности.

–​ Что это за силы?

– Это разные лобби, которые не хотят, как они говорят, порочить доброе имя церкви. В Польше, например, часто появляются заявления о том, что проблема сексуального насилия – маргинальная. Церковь в Ирландии, например, «проспала» свой шанс, и люди от неё ушли. То же самое может случиться у нас. Мы пять лет просили о встрече с польскими иерархами и так её и не дождались.

Вы считаете, епископы не воспринимают этот вопрос всерьез?

– Они его понимают, но ничего не хотят делать. Понимают, но продолжают отказываться что-либо обнародовать или показать, потому что не хотят, чтобы стала известна правда. Они опасаются размеров этого явления. Конечно, я могу лишь догадываться, что они располагают информацией о том, сколько вообще насчитывается жертв домогательств.

– По вашему мнению, ответственна ли нынешняя система, в которой функционирует католическая церковь, за проблему с педофилией? Может, это связано с целибатом священников? И если система сама по себе искажена, смогут ли ей помочь усилия иерархов?

– Педофилия – это прежде всего серьезнейшая общественная проблема. Я не могу говорить о процентном соотношении, но в глобальном смысле этих людей очень мало. Мы можем, например, посмотреть с перспективы, допустим, 17 миллионов мужчин, которые живут в Польше. Среди них, по официальной статистике, на протяжении года две тысячи человек совершили насилие по отношению к детям. Но смотрите, духовных лиц в стране всего 33 тысячи. Поэтому мы можем говорить о низком соотношении педофилов в обществе, но если сравнивать это число с количеством священников, перед нами начинает вырисовываться чудовищная картина. Цифры у наших коллег в Австралии, Германии очень похожи на наши. Получается где-то 6–7% от количества духовных лиц. Это ужасающая ситуация!

Является ли это следствием целибата или нет, я понятия не имею. Мне кажется, никто пока этого вопроса серьезно не расследовал. Католическая церковь пытается возложить вину за происходящее на гомосексуализм, но жертвами ведь становятся и девочки. По-моему, такими аргументами церковь пытается размыть свою ответственность, но мы не дадим этого сделать. Например, если по горячим следам полиция или кто-то другой поймали педофила, реакция общественности мгновенна. Условно говоря, такого человека люди готовы забросать камнями. Но если это священник, и у нас Польше много было таких случаев, реакция людей будет совершенно другая. В церквях часто самоорганизуются молитвенные группы, которые молятся за таких священников и даже защищают их! Человека может даже приговорить суд и признать его виновным, но в местном обществе, в парафии, где он служил, люди и дальше будут говорить, что это был «тот хороший священник». Зато человека из какой-либо другой профессии мы сразу «отстраняем» из общества.

– Но ситуация улучшается?

– В обществе – да. В Польше люди просыпаются, были различные акции протеста, наша организация обнародовала доклад (о педофилии в польской церкви. – ред.). В воскресенье в Варшаве пройдет очередной масштабный митинг. Некоторые говорят о том, что нужно подавать иск против католической церкви в Международный уголовный суд в Гааге, собственный доклад подготовила ООН. В Пенсильвании местная прокуратура недавно представила доклад, в котором говорится о тысячах случаев сексуального насилия в этом штате. Размеры проблемы действительно ужасающие.

Скорее всего, все это никогда не закончится. Но повышение уровня понимания важности проблемы в обществе – это само по себе большой шаг. Мы хотим, чтобы люди обращали больше внимания на эту тему и не смирялись с тем, что эта проблема существует.

– Что для этого может сделать сама церковь? Какие действия позволили бы вам сказать, что отношение католической церкви к проблеме – корректное?

– Прежде всего, нужно «рассчитаться с прошлым», чтобы дальше можно было идти вперед. Церковь должна проанализировать дела прошедших лет и нынешние проблемы. Нужно открыть архивы Ватикана и разрешить их посещение независимой комиссией, которая все это исследует. Католическая церковь должна выплатить компенсации жертвам. Также надо наказать виновных, в том числе епископов, кардиналов и обычных священников, на которых лежит вина.

Я не знаю канонического права, но по мере возможности нужно этих людей устранить из состава духовных лиц. Перед церковью очень много работы, но если она её не проделает, очень трудно будет закрыть этот этап и перейти к будущему, – полагает Марек Лисиньский.

Предыдущая Евросоюз обвиняет Google, Facebook и Twitter в невыполнении обещаний
Следующая Церковь и педофилия: «При чем тут Сатана?»

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *