Чечня и Ингушетия: граница прошла через суд


Конституционный Суд России признал, что соглашение и закон, устанавливающие границу между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой, соответствуют Конституции. С запросом о конституционности этих документов в суд обращался глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров.

Граница между Чечней и Ингушетией не была четко определена со времен распада Чечено-Ингушской АССР.​ А 26 сентября 2018 года главы Республики Ингушетия и Чеченской Республики подписали Соглашение об установлении границы. Закон Чеченской Республики от 4 октября 2018 года «Об утверждении соглашения об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой» вступил в силу 15 октября 2018 года. Такой же Закон Республики Ингушетия ­– днем позже, и в этот же день Соглашение было ратифицировано и стало обязательным для двух республик.

Рамзан Кадыров и Юнус-Бек Евкуров

Эти события вызвали возмущение в Ингушетии: 4 октября началась масштабная протестная акция, которая была объявлена бессрочной. Митинг был санкционирован местными властями до 15 октября. После небольшого перерыва протесты решено было продолжить.

Кроме того, новый закон о границах между двумя республиками был оспорен группой депутатов ингушского парламента в Конституционном Суде Ингушетии, который 30 октября 2018 года признал как сам закон, так и процедуру его принятия не соответствующими Конституции республики и постановил, что это Соглашение не имеет силы без его утверждения на референдуме. 8 ноября 2018 года Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров обратился за разъяснением в Конституционный Суд Российской Федерации.

Его позиция состоит в том, что Конституционный Суд Ингушетии вообще не имел права рассматривать этот вопрос. По мнению Евкурова, при определении конституционности Закона необходима оценка самого Соглашения, а это уже относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку именно он уполномочен разрешать дела о соответствии российской Конституции договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации.

КР в FacebookКР в TelegramКР в мобильном

Конституционный Суд России 27 ноября приступил к рассмотрению запроса Евкурова. На заседании присутствовал председатель общественного движения «опора Ингушетии», член президиума Всемирного конгресса ингушского народа Барах Чемурзиев, который считает, что нельзя забывать предысторию этих событий.

­

Барах Чемурзиев

– В 2009 году Рамзан Кадыров и Юнус-Бек Евкуров утвердили границы муниципальных образований субъектов, оставалось только наложить на них административную границу субъектов, и на этом вопрос был бы закрыт. Но в конце 2009 году Евкуров допустил неосторожные высказывания, в частности, о том, что якобы наркоманию и проституцию в Ингушетию завезли чеченские беженцы, и что на месте Аушева он бы никого в республику не пустил. Из-за этого отношения у Евкурова с Кадыровым испортились, между ними начался «баттл».

В 2012 году Кадыров включил в Конституцию Чечни почти 50% территории Ингушетии. В 2013 году Евкуров провел съезд ингушского народа, который постановил, что граница Ингушетии с Чечней будет проведена по границе, установленной в 2009 году. После этого Евкуров неоднократно повторял, что ни одного метра ингушской земли не уступит.

Это продолжалось, пока Владимир Владимирович их не «помирил» – году в 2015-м, кажется. Это было очень интересно – по телевидению показывали, как они вошли в помещение, не поздоровались, смотрели в разные стороны, Кадыров в потолок, Евкуров под ноги. Потом вошел Путин, они сели – так он их «помирил». И потом вдруг поползли слухи о переговорах по поводу передачи земли. Республика маленькая, все друг друга знают, у кого-то родственники где-то работают, как это обычно бывает. Евкуров все отрицал, а через две недели подписал соглашение о передаче Чечне 9% территории Ингушетии.

Тут надо понимать: Ингушетия – самый маленький субъект Российской Федерации, ее площадь всего 3 600 квадратных километров. Чеченцев в 2,5 больше, чем ингушей, но их территория в 5 раз больше нашей. То есть никаких политических, географических, демографических причин для передачи территории нет, это была причуда двух человек, и они это сделали тайно, ничего ни с кем не согласовав. Те же самые депутаты увидели и карты, и сам закон только 4 октября, в день его принятия, они просили перенести рассмотрение, но закон был продавлен буквально насильно, с фальсификацией голосования. Тут и начался народный протест. 30 октября собрался чрезвычайный Всемирный конгресс ингушского народа, и в этот же день Конституционный Суд Ингушетии признал Соглашение незаконным. Тогда Юнус-Бек Евкуров и обратился в конституционный Суд Российской Федерации, и теперь он приехал в Петербург, чтобы выступать против интересов собственного народа, отторгнуть часть ее территории.

Акция протеста в Магасе

– А как к нему люди до этого относились?

– Как обычно относятся к наместникам, ставленникам Москвы. Я с ним нигде не пересекался, он нам не мешал, мы ему тоже не мешали.

– А есть предпосылки к тому, чтобы именно эта территория стала спорной?

– Есть одна карта 1934 года, когда эта территория относилась к Чеченскому автономному округу. И длилось это всего 5 лет, и карты эти чертили не в Чечне, не в Ингушетии, а в Москве, не считаясь с теми, кто там живет. До этого территория входила в состав Сунженского казачьего округа, потом относилась к Ингушскому округу, и вообще, эта земля с очень сложной исторической судьбой, и действовать вот такими директивными методами тут нельзя. Еще после поражения Шамиля там были основаны казачьи станицы, частично их ликвидировали 1918 году, а последние казаки покинули эти места в 1999 году – там уже чеченская война, осетино-ингушский конфликт, беженцы-ингуши заняли эти станицы, а казаки начали уезжать, время было очень неспокойное и опасное.

– По вашему мнению, какой орган уполномочен решать этот вопрос?

– Смотрите, есть соглашение между главами республик, оно касается двух субъектов, и поэтому частично подпадает под действие Конституции РФ. Но закон об установлении границ – чисто республиканский и прямого отношения к Конституции РФ не имеет. Законен ли, правомочен ли этот акт – решает Конституционный Суд субъекта. И он уже вынес постановление, отменить которое нельзя. А Евкуров пытается получить постановление КС России, чтобы сказать – Конституционный Суд России более компетентен, там более квалифицированные юристы, а вы, провинциалы и деревенщины, ни в чем не разбираетесь. Юридически это ему ничего не даст, но это будет такая моральная победа, с помощью которой он будет продавливать передачу земель в Росреестре. Я считаю действия Евкурова аморальными: он должен защищать интересы ингушского народа, бороться за территориальную целостность республики, а он пытается ее уничтожить. По-моему, такая парадоксальная ситуация возникла в России впервые.

– На это вам скажут: очень жаль, но закон есть закон…

– У нас источник власти – народ, а народ его не выбирал, и депутаты тоже фейковые, он их фактически назначил. Народ выразил свою позицию – на беспрецедентном митинге, который две недели стоял, на съезде тейпов ингушского народа, на съездах населенных пунктов, на Всемирном конгрессе ингушского народа – везде были приняты резолюции, осуждающие этот закон.

– Как вы смотрите на перспективы этого дела в Конституционном Суде России?

– Судя по тому, с какой скоростью этот запрос был принят и рассмотрен, у нас есть опасения, что тут есть чей-то интерес, что кто-то этот интерес продавливает. И ситуация такая, что любой ход приведет к ухудшению. Если примут сторону дуэта Евкурова-Кадырова, народ не смирится, если примут сторону ингушского народа, придется обидеть уважаемых генералов, а привели к такой ситуации только непродуманные действия руководителей. У нас еще имеется информация – ее можно уточнить в «Роснефти» – что и в Ингушетии, и в Чечне есть дочерние предприятия «Роснефти», и сегодня идет процесс передачи трех скважин от ингушской компании к чеченской, а скважины находятся как раз на этих территориях. Совпадение это или нет, у нас точных сведений нет, несомненно одно: вместе с передачей земель идет передача документации на эти нефтяные скважины, этот вопрос на контроле у «Роснефти». Зачем передавать скважины от одной дочерней компании к другой, непонятно: Ингушетии тоже свои скважины не помешают, у нас свои мощности есть, мы тоже хотим добывать нефть и продавать ее.

Имам приграничного сельского поселения Верхний Алкун, представитель тейпа Арцхой Умар Цечоев считает, что дело не в территории и не в границе.

Умар Цечоев

– Здесь есть заинтересованные политические лица, так называемые обиженные – или уволенные с работы, или имеющие какой-то конфликт с местной властью, и они используют ситуацию в своих целях. Тот договор о границах, который был подписан главами республик, он был подписан по устоявшимся границам 1992 года. Никаких вопросов между Чеченской и Ингушской республиками до сих пор не было. Надо понимать менталитет нашего народа, который всякий земельный вопрос встречает в штыки. Это и решили использовать разные политические силы. На оспариваемой территории находится урочище Цечой, а я как раз из рода Цечоевых. Это наши исконные земли, моя родовая местность, и никакие политические силы к этим участкам отношения не имеют. И еще, у нас всегда самый сильный аргумент – это документ, который подтверждает, что этот участок земли был территорией Чечни. Мы же земельные участки и автомобили оформляем по месту, правильно? Так вот, и автомобили, и земельные участки, зарегистрированные в урочище Цечой, говорят о том, что они находятся на территории Чеченской республики. Есть и много других доказательств. Поэтому я считаю, что граница в договоре определена очень справедливо.

Председатель парламента Чеченской республики Магомед Даудов считает, что Конституционный Суд Ингушетии вообще не имел права рассматривать соглашение между двумя субъектами Федерации.

Магомед Даудов

– Они же тогда должны учитывать мнение и другого субъекта Федерации, то есть Чеченской республики, но нас ни на какие процедуры не приглашали в известность не ставили. В российском Конституционном Суде были оглашены цифры, якобы эта территория составляет 34 000 гектаров, почти 10% от всей Ингушетии. Я официально заявляю как избранник своего народа: это неправда. Представители Конгресса Ингушского народа и несколько депутатов, которые сидят там по 10-12 лет, по 2-3 созыва, они сами не знают, о каких землях идет речь. Та горно-лесистая местность, о которой идет речь и о которой столько говорили в сми, это Бахмутский участок Ассиновского лесничества, которое не сегодня, не вчера, а уже несколько веков входит в Чеченскую республику. Мы – братья, мы один народ, и мы никогда не думали, что те люди, которые сегодня представляют Конгресс Ингушского народа, внутреннюю оппозицию, выступят против договора о границах. Я всегда в своих выступлениях говорил – братья, коллеги, если у вас есть претензии по этому участку, пожалуйста, сядьте с нами и поговорите. До момента объединения Чеченского автономного округа с Ингушским автономным округом в 1934 году, до 1944 года, когда нас выселили из республики, и после нашего возвращения эта территория всегда была, есть и будет исконно чеченская земля.

Интересы Юнус-Бека Евкурова в Конституционном суде защищает адвокат Александр Орлов , который обращает внимание на то, что многие общественные организации Ингушетии, в том числе ингушские депутаты одобрили соглашение о границах.

– Мне кажется, наша позиция вытекает не только из закона, но и из логики. Соглашение подписано – имели ли право субъекты его подписать? Конечно, это договор между органами власти субъектов Российской Федерации. Учет мнения населения был необходим – и он, безусловно, был произведен. Одна из форм получения мнения населения – через выборные органы власти. Именно поэтому закон был принят в парламенте, и советы депутатов имели возможность высказать по нему свое мнение. Поэтому – хотя, строго говоря, в этом процессе нет оппонентов, но у если касаться их аргументов, то они сводятся к бытовым и обстоятельствам, которые просто не подлежат исследованию в Конституционном Суде.

Представители Чечни в КС

Правовой аналитик Международной правозащитной группы Агора адвокат Рамиль Ахметгалиев, приехавший в Петербург защищать право ингушского народа самостоятельно решать вопрос о своих границах, накануне заседания в КС получил угрозы в свой адрес. Об этом на своей странице в Фейсбук написал руководитель Агоры Павел Чиков :

«Сегодня ночью неизвестный через мессенджер порекомендовал адвокату не ехать в Санкт-Петербург, а то «еще заболеете и температура поднимется». При этом в сообщении упомянуты сведения личного характера – о членах семьи и месте проживания. Рамиль Ахметгалиев поставил в известность о ситуации Федеральную палату адвокатов и Секретариат Конституционного суда РФ. Адвокат… представляет интересы Всемирного конгресса ингушского народа. Он связывает угрозы со своей профессиональной деятельностью. Вопрос обращения с заявлением в правоохранительные органы изучается».

По словам Павла Чикова, Рамиль Ахметгалиев играет в процессе важную роль.

– На заседание Конституционного Суда России приглашено довольно много людей – это и руководители республик Рамзан Кадыров, и Юнус-Бек Евкуров, и члены ингушского и чеченского парламентов. На заседание допущена группа депутатов Народного собрания Ингушетии, обращавшихся в ингушский Конституционный Суд, эту группу представляет наш адвокат Андрей Сабинин, допущены представители Всемирного конгресса ингушского народа – их представляет адвокат Рамиль Ахметгалиев. И угрозы ему как минимум говорят о том, что это дело имеет ключевое значение для органов власти. И действительно, это дело имеет прецедентный характер – и с общественно-политической точки зрения, и с юридической. Да, чиновники нервничают. Такое мало кто может вспомнить за последние годы – чтобы каждый третий житель республики вышел на улицу выразить протест против действий главы республики, такого новейшая Россия не знает. Так что Конституционный Суд России поставлен этим противостоянием в очень сложную ситуацию.

Павел Чиков

– И все-таки, по закону, какой же орган имеет право решать вопрос о границах – местный Конституционный суд или Конституционный суд России?

– Это на самом деле сложный вопрос. Главный вопрос для Конституционного суда России – нужен ли референдум для того, чтобы вступил в силу договор между Евкуровым и Кадыровым. Потому что по закону Ингушетии он нужен, и именно отсутствие референдума и послужило основой для признания закона о ратификации не соответствующим Конституции Ингушетии. Короче говоря, нужно ли волеизъявление жителей региона для определения изменения границ с соседями.

– С вашей точки зрения, насколько важна спорная земля для Ингушетии – там есть что-то очень дорогое для ингушей – или это просто пустая земля?

– Нет, она не пустая, там находятся десятки культурных и исторических памятников, имеющих большое значение для ингушского народа. Потом, это нефтеносные земли, и есть опасения, что там начнется добыча нефти, и что это все связано с активностью власти Чечни по добыче полезных ископаемых. А ведь это заповедные земли, что придает дополнительную сложность этому вопросу. И еще там сложные отношения между чеченцами и ингушами, и еще ингушский президент не избирался, а назначался – есть у нас несколько таких республик, главы которых назначаются из Москвы. Поэтому к Евкурову есть претензии, что он недостаточно легитимен, чтобы менять границы республики от имени всего ингушского народа. То есть там целый клубок юридических, культурных и исторических проблем. И как с ними справится Конституционный Суд России, который не является апелляционной инстанцией по отношению к КС Ингушетии и не может отменять его решения, – это большой вопрос. Поэтому я и говорю, что дело носит прецедентный характер, раньше Конституционный Суд таких дел не рассматривал.

– Так если это не апелляционная инстанция по отношению к республиканскому Конституционному Суду – так зачем было туда обращаться?

– Так обратился-то Евкуров. У ингушского народа был выбор – либо игнорировать заседание, либо участвовать и выразить публично свою позицию, и было принято решение участвовать. Именно потому, что тут появляется возможность обратиться к публике. Ну, и судя по угрозам в адрес адвоката, решение было принято верное.

– А российские власти не осознают, что они пошли на опасный шаг, давая повод для такого межнационального конфликта?

– Это правильный вопрос, потому что это спор о границах между Ингушетией и Чечней уже спровоцировал эффект домино на Северном Кавказе: Ставропольский край Дагестан, Кабардино-Балкария сейчас спорят с соседними регионами. Внезапно все это вскрылось – и это еще добавляет сложности этому вопросу. Не говоря уж о том, что какое бы решение КС не принял, если это не будет решение, предполагающее референдум в Ингушетии по вопросу о границах, то возникнут проблемы с его исполнением: примут ли жители республики такое решение, не выйдет ли они снова на протестные акции?

– А почему российские власти вообще допустили этот спор?

– Точного ответа на этот вопрос у меня нет, но я думаю, никто не предполагал, что жители Ингушетии выйдут на протест и так безапелляционно заявят о своем неприятии решения, принятого без учета их мнения.

По мнению Павла Чикова, такого поворота события в Кремле, скорее всего, никто не ожидал. А взять и подавить уличные протесты на Кавказе – это не так просто, как подавить уличные протесты в Москве или в Петербурге, и это российские власти вынуждены учитывать.

Предыдущая Европарламент вывесил баннер в честь лауреата премии Сахарова Олега Сенцова
Следующая В Крыму за два года уволили 40 должностных лиц за коррупцию – власти

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *