Дело убитого ФСБ в Крыму Наби Рахимова: «Настораживает, что все скрыто»


Российское управление Следственного комитета в Крыму отказывается выдать для захоронения тело убитого сотрудниками ФСБ России в Крыму гражданина Узбекистана Наби (Аюба) ​Рахимова. Силовики утверждают, что не могут выполнить требование адвокатов, поскольку считают Рахимова причастным к терроризму.

По версии российских силовиков, 11 мая в симферопольском микрорайоне Дубки, в недострое частного дома Наби (Аюб) ​Рахимов якобы открыл огонь по сотрудникам ФСБ, будучи «объявленным в розыск членом международных террористических организаций» и поэтому был убит. В этот же день после обыска жену Рахимова Сохибу Бурханову отвезли в Следственный комитет, а 12 мая суд постановил депортировать ее на родину – в Узбекистан, затем женщину отправили в центр временного содержания мигрантов в Краснодарском крае. Двое детей Рахимова и Бурхановой оказались в реабилитационном центре для несовершеннолетних.

Об этом в эфире Радио ведущий Тарас Ибрагимов беседовал с крымским адвокатом Эдемом Семедляевым и крымским имамом Дилявером Халиловым .

– Эдем, ожидали ли вы, что Следственный комитет пойдет навстречу вам и родственникам? Или было ясно, что тело не отдадут?

Семедляев: Никто не собирается никому идти навстречу. Мы знаем практику Северного Кавказа, где тела очень часто не выдают. Силовики сперва дали официальный ответ, что они не могут выдать тело, так как идет судебно-медицинская экспертиза. Но в конце июня на очередное ходатайство о выдаче тела мы получили ответ уже от следователя, где говорилось о том, что поскольку была якобы пресечена террористическая деятельность, которой занимался или пытался заниматься Наби Рахимов, то закон якобы позволяет не выдавать тело.

Новости без блокировки и цензуры! Установить приложение для iOS і Android.

– Но ведется ли хоть какое-то расследование со стороны силовиков на этот счет?

Семедляев: К сожалению, документы нам никто не предоставляет, так как его супруга проходит как свидетель, а у свидетелей нет таких прав на ознакомление с материалами дела. Мы, конечно же, как защитники пытаемся изменить ее статус на статус законного представителя, однако пока следствие не идет нам навстречу. Соответственно, для нас пока закрыта любая информация, связанная с уголовным делом. Тем не менее, мы будем пытаться и дальше. Хотя практика показывает, что данную категорию дел силовики стремятся либо засекретить, либо различными отписками не допускают родственников к какой-либо информации и держат людей в неведении. Именно это и настораживает – настолько все скрыто. Появляются мысли о том, что все-таки силовики действовали незаконно.

Крымский адвокат Эдем Семедляев

– В каком плане, по-вашему?

Семедляев: В том плане, что Наби Рахимова убили вовсе не из-за того, что он сопротивлялся. По крайней мере, такие мысли появляются, но, конечно же, у нас на сегодняшний день нет каких-либо доказательств. Но именно поэтому мы и требуем справедливого расследования и допуска к уголовному делу, чтобы мы, как защитники, могли сами увидеть и убедиться в том, что действительно, допустим, человек сопротивлялся. Все элементарно: любая операция или следственные мероприятия у оперативных сотрудников, у спецназа фиксируются на видео. Если бы там было видно, что Наби Рахимов отстреливается, отказывается выходить и так далее – все было бы ясно, однако этого видео нет.

Российская ФСБ изъяла всю электронную технику в доме. Супругу Рахимова, мать двоих несовершеннолетних детей, Сахибу Бурханову силовики увезли в отделение по вопросам миграции ОМВД России по Советскому району, 11 мая 2021 года

– Как дальше может действовать защита?

Семедляев: Конечно же, мы данные решения Следственного комитета будем обжаловать. Начнем на местном уровне, и если это не даст результата, то будем обращаться в международные инстанции. Для нас важна позиция супруги Наби Рахимова: если она будет готова идти до конца, то мы, как защитники, обязательно будем ей содействовать и помогать в этом.

– А она сейчас находится в центре временного содержания мигрантов в Краснодарском крае. Какое у нее самочувствие?

Семедляев: Состояние удовлетворительное. Конечно, для человека это большой шок: жила обычная семья, были дети, муж, который смотрел за семьей, любил их – и в одно утро, в одночасье приходит информация, что его обвинили в страшном преступлении терроризма и убили на месте. Ее чуть ли не в этот же день решают депортировать, а 16-летнему старшему сыну следователь, не стесняясь адвокатов, угрожает посадить и его тоже. Детей пытаются поместить в спецучреждения, в детский дом – вот все это в одночасье свалилась на хрупкие плечи Сохибы Бурхановой.

Сохиба Бурханова

– 28 мая Европейский суд по правам человека запретил России депортировать Сохибу Бурханову в Узбекистан на время рассмотрения ее жалобы – на том основании, что там она может подвергнуться пыткам. По словам адвоката Дарьи Трениной, в результате в центре временного содержания мигрантов женщина может провести до двух лет. Но даже если защитникам удастся отменить решение о выдворении, они вряд ли смогут добиться того, чтобы Россия предоставила Сохибе Бурхановой убежище.

Семедляев: Мы будем добиваться того, чтобы она не находилась в этом центре годами, так как это тоже лишение свободы, причем без срока. Никто не знает, когда Европейский суд рассмотрит жалобу – это может быть год, два, три, пять лет. А у Сохибы еще есть несовершеннолетние дети, за которыми она должна присматривать, которых она должна воспитывать. Мало того, этот центр – территория, огороженная колючей проволокой и высоким забором, там помещения барачного типа, с решетками на окнах. Свободно по территории люди передвигаться не могут, там есть определенный график, когда они едят, когда гуляют и так далее. Связь на сегодняшний день там отсутствует, не дают телефон. Это, может быть, и не следственный изолятор, где условия похуже, но, конечно же, это лишение свободы. Сейчас Сохибу больше всего беспокоит, что происходит с ее детьми и с телом мужа.

– Спасибо. Дилявер, объясните, пожалуйста, почему с точки зрения исламских обычаев важно как можно скорее похоронить усопшего.

Халилов: По исламским канонам усопшего надо похоронить в течение суток – это самое главное. Если умерший человек в течение суток не захоронен, грех ложится на место, где он умер. То есть все мусульмане в этом селе оказываются в грехе. Но если это село по каким-то причинам не может захоронить усопшего, этот грех ложится уже на другие села – и в итоге на всех мусульман. Сейчас эти каноны не соблюдаются уже больше месяца, пока мы не можем получить тело. Сначала говорили, что идут следственные мероприятия, а сейчас его якобы обвиняют в террористической деятельности. Это возмущает нас: какой бы человек ни был, его надо похоронить по его обычаям. Люди ждут тела, каждый день меня спрашивают об этом.

Сотни людей приехали, чтобы выразить соболезнования и поддержать семью Наби Рахимова, убитого силовиками при задержании

– Немного предыстории: в марте 2010 года Служба нацбезопасности Узбекистана возбудила против Наби Рахимова уголовное дело по подозрению в том, что он в период с 1990 по 1998 год, был членом «Хизб ут-Тахрир» – организации, которая запрещена и в России и в Узбекистане. В 2013 году профильные российские ведомства задержали Рахимова и предприняли две попытки экстрадировать его на родину, однако летом 2014-го тот обратился в Европейский суд по правам человека в связи с нарушением права на свободу, и ему присудили компенсацию в размере 17 тысяч евро за судебные и моральные издержки. Дилявер, вы знали Наби Рахимова лично?

Халилов: Да, с 2016 года. Они приехали в 2015-м, но он тогда находился в заключении. Когда он прибыл в Крым, я узнал его как общительного человека, он со всеми был в хороших отношениях, всегда всем помогал. У него было дома хозяйство, барашки. Соседи изначально, конечно же, помогли семье. Сам он не различал национальностей: у нас тут и русские, и украинцы живут, и все хорошо общались. Словом, все знают Наби Рахимова только с хорошей стороны, и даже немусульмане здесь удивляются: как это могло случиться? Люди уверены, такой человек не мог быть террористом. Он в армии не служил – как он мог отстреливаться, я не знаю. Рахимов иногда уезжал подрабатывать, одно время занимался лепешками, готовил. Это был обычный человек, как и все мы. Люди не могут забыть о нем, обсуждают это дело на каждой встрече.

СПРАВКА: 11 мая активисты сообщили об обыске в доме жителя села Заветное Советского района Крыма Рахимова. Прокуратура АРК открыла по этому факту уголовные производства. Позже в общественном объединении «Крымская солидарность» сообщили, что под Симферополем в селе Дубки начался еще один обыск в одном из домов. Предполагалось, что там находился Рахимов, в доме которого в Заветном проходили следственные мероприятия. В результате обыска в селе Дубки Рахимов был застрелен.

В управлении российского Следкома по Крыму и Севастополю сообщили о возбуждении уголовного дела в отношении 49-летнего жителя Симферополя, подозреваемого в «посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительных органов». Как утверждают в ведомстве, мужчина якобы стрелял по сотрудникам ФСБ, выполнявшим «оперативное задание».

В Прокуратуре АРК и Севастополя сообщали, что принимают «все необходимые меры» для установления обстоятельств убийства гражданина Узбекистана Наби Рахимова под Симферополем.

(Текст подготовил Владислав Ленцев)

Сайт заблокирован?
Обойдите блокировку!читать >Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

Предыдущая «Главный диагноз России - несостоявшаяся демократия» – социолог
Следующая Коренные народы Украины: закон направлен на подпись президенту

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *