Джафер Сейдамет: «Отдельные воспоминания». Часть 42


1 сентября 1889 года (13 сентября по новому стилю) появился на свет один из наиболее выдающихся лидеров крымскотатарского народа – Джафер Сейдамет. В честь 130–летия со дня рождения «крымского Петлюры» – литератора и публициста, в переломную эпоху ставшего военачальником и дипломатом – публикуют уникальные мемуары Сейдамета.

Продолжение. Предыдущая часть здесь .

Винодельческий кооператив

Я встречался с товарищами, рассказывал им, что со мной случилось, и, в конце концов, решил рассказать им об одной идее, которая витала у меня в голове с прошлого года. Итак, из–за войны цены в целом выросли. Тем не менее, виноделы покупали виноград у наших крестьян по мало изменившимся ценам. Было ясно, что мы сами как частные лица не действовать как виноделы. Поэтому я провести переговоры с председателем земства в Ялте и с помощью земства основать винодельческий кооператив. Мы надеялись, что в результате цены на виноград вырастут, и наши крестьяне будут защищены.

Искендер Ахмедов знал председателя земства – [Николая] Богданова . Мы вместе пошли к нему. Искендер с энтузиазмом представил меня председателю. Я раскрыл наши намерения… Особенно просил его предоставить нам большие бочки и, если нам понадобится кредит, помочь нам с получением такового. Богданов заявил, что с удовольствием окажет нам всяческую помощь, что ему очень важно оживить кооперативное движение в наших деревнях. Он добавил, что понимает, что такого рода предприятие в сегодняшней ситуации совершенно необходимо. Свой ответ он закончил пожелания, что рекомендует нам, чтобы мы, как только решимся, обратились к ним с официальным запросом. Сразу же после возвращения в Ялту я поговорил с отцом. Ему очень понравилась наша мысль. Он сказал, что говорил с Богдановым раньше. Он был очень доволен, что я получил от председателя обещание помочь.

Карло Боссоли. Карасубазар. Середина 19 века

Через два–три дня я обошел наших крестьян и объяснил им смысл и его важность. Недавно я собрал всю деревню в сельской школе. мы планировали назвать ее: «Сemaat padvali» [«Подвал «Джемаат» (Автор использует искаженное русское слово «подвал» в широко распространенном смысле «винный подвал»)]. Все владельцы виноградников одобрили мысль и выбрали комитет. Вслед за этим мы перешли к конкретным действиям, нашли подходящее место, доставили бочки, наняли мастеров. Однако когда приблизилось время сбора урожая. В прошлом году цена винограда составляла 1–1,5 рубля – теперь они повысили ее до 4 и начали крестьянам немалую предоплату. Особенно большое значение придавал этому знаменитому виноделу [Николай] Бекетов , потому что боялся, что оживление нашего кооператива станет примером для других крестьян. В этой ситуации некоторые из наших [крестьян] не выдержали и продали свой урожай. Они приходили ко мне и пытались оправдаться: что делать, нам очень нужны деньги, а четыре рубля – хорошая цена… Прости… Иншалла [даст Бог], В следующем году нам не придется так поступать…

В этой ситуации мне пришлось скупить виноград у нескольких крестьян из сел Никита и Гурзуф и гарантировать им , а также крестьянам из нашей деревни, цену в четыре рубля и, кроме того, тоже раздать им немного денег. Мне удалось сделать это с помощью отца.

Я был уверен, что наше занятие разовьется, и целиком отдался. Я даже сам писал краской на бочках название вина «Кызылташ Джемаат подвал» [«Винный подвал общины села Кызылташ»], целыми днями работая в здании, довольно удаленном от нашего села.

Не сойдутся два берега Черного моря

Однажды отец, только что вернувшийся из Ялты, сказал мне, что Джафер Аблаев хочет срочно со мной увидеться. Я поехал на следующий день и с любопытством, в чем причина этой спешки. Не отвечая на мой вопрос, он спросил о нашем винном занятии. Я с энтузиазмом ответил, что предприятие развивается успешно. Тогда он уже не выдержал и рассказал о разговоре, который имел место между ним и моим отцом, и был принят ими ими решение.

У Джафера была красивая свояченица, по возрасту подходящая для замужества. Он решил, что было бы уместно женить меня на ней, поговорил об этом с моим отцом.

Мне не составило труда объяснить Джаферу ситуацию… Я сказал так: я верю, что домашний очаг должен опираться на фундамент любви. А я люблю Ханифе , дочь Хаджи Эмира Хасана Бекирова , и буду ждать ее. На мои слова он ответил так: Джафер, я догадывался, что это так. Ты правильно думаешь. Но кто знает, как долго еще продлится война… Он еще пытался меня убедить, но безрезультатно.

Возвращаясь из Ялты, я все время ломал голову, что скажу отцу. В конце концов, я принял решение, как и прежде, изложу отцу свою позицию открытым, мягким, но решительным образом. После обеда я почувствовал, что хочет остаться со мной наедине. Когда мы остались одни, он вдруг спросил: что ты ответил Джаферу? Я рассказал, как прошел разговор. Он был недоволен. Два берега Черного моря не сойдутся… Неизвестно, когда закончится война… Может быть, дочь Хаджи выйдет замуж. К тому же Хаджи не отправит дочь в Крым, не расстанется с ней. Да и я не хочу, чтобы ты уехал в Турцию и оставил нас… Разумеется, что ничего из этого не выйдет, что ты и дальше упираешься. А если тебе эта здешняя девушка не нравится, скажи, тогда подумаем, – говорил он. Я ответил, что пока до меня не дойдет известие о том, что дочь Хаджи вышла замуж, я не изменю решения. Отец нахмурил брови. У тебя очень упрямая голова. Сейчас или позже это дорого тебе обойдется.

Христиан Гейслер. Развлечения крымских татар. Начало 19 века

Через два дня к делу вернулась мама… Потом меня начали убеждать Кёсе Мустафа Ага и муж сестры Абдурраман … Хотя я легко обрывал эти уговоры, чувствовал себя неловко и печально.

Разговоры с Челебиджиханом

В те дни мне написал [Номан] Челебиджихан . Он приглашал меня в недельную поездку. С этим письмом он попал в десятку. Встретились в Акмесджите. Мы поехали в деревню Абдурраима Ильми , потом, с младшим Озенбашем , – к Сейиду Ахмеду Шукри , – везде мы совещались и обсуждали наше национальное дело. В крае Озенбаша мы поехали впервые. Богатство природы, великолепные ручьи, душевность и скромность жителей – все это очень нас очаровательно. Нам там все понравилось. Мы влюбились в те края.

В эти дни скончался учитель из Зынджырлы-медресе в Бахчисарае – Хабибулла Эфенди . Мы решили, что на его место приведем хатиба из Дерекоя – Тарпи Ибрагима Эфенди . С этой целью мы сыграли в Бахчисарае разговор с Асаном Сабри Айвазовым . Айвазов обещал уладить дело с головой Бахчисарая – Сулейманом Мирзой Крымтаевым . Он обещал, что поговорит с ним. Через два дня мы получили ответ от Сабри, который сообщал, что наше дело продлится пять–шесть месяцев, и что голова Сулейман Мирза обещает, что решит его положительно.

Заговор под видом сборов

Приехав в нашу деревню, я увидел, что наше занятие – виноделие – развивается хорошо. Одновременно мне передали сообщение, что Ялтинское благотворительное общество приняло решение отправить в деревню комиссии, чтобы собирать пожертвования, а также привлечь участие в военном сообществе. Из сообщения следовало, что я также состою в комиссии. Я с удовольствием принял это задание. Я надеялся, что благодаря этому смогу в каждой деревне встретиться с населением, выбрать тех лиц, которые могут быть полезны для нашего «дела», и одновременно искренне поговорить с достойными доверием крестьянами, учителями и представителем интеллигенции.

Мы объехали все наши деревни от Ялты до маленькой Лимены [с 1945 г. – Голубой Залив ]. Этот объезд мы сделали в следующем составе: Ибрагим Эфенди Тарпи, Эмир Усеин Адаманов , я и еще один–два человека, имен которых я не помню. Я был более доволен результатами, чем ожидал. В каждой деревне я устанавливал связь с людьми. Больше всего лиц, готовых и подходящих для сотрудничества, я нашел в Алупке. Там был учителем Хафиз Иззет Эфенди – получивший образование в Стамбуле. Там же мы провели несколько подпольных встреч с купцом Салихом Ибраимовым , его компаньоном Абдурраманом и еще с использованием людей. Это были друзья Асана Сабри. Они регулярно читали газету «Терджиман» и российскую прессу, достаточно хорошо понимали смысл нашего национального дела. Этому мне удалось завязать там легче и увереннее, чем где–либо еще.

EmbedshareГодовщина смерти Номана Челебиджихана. Гибель и величие | Tugra (видео)Embedshare The code has been copied to your clipboard. widthpxheightpx

The URL has been copied to your clipboard

No media source currently available

Раскройте объятья, вот мы идем

Когда после поездки я вернулся в Ялту, у меня состоялся разговор с Халилом Чапчакчи , приехавшим из Одессы. Мы [ранее] договорились, что он возьмет на себя обязанности переводчика с турецкого языка в бюро Генерального штаба в Одессе. Благодаря этому он получил возможность изучать стамбульскую прессу. Он спрятал два экземпляра газеты «İkdam» [«Усилие»] и привез в Крым. Потом мы вместе отправились в его село Аутка, недалеко от Ялты, там я прочитал газеты и потом их у него.

Одна из газет поместила сообщение о смерти Тевфика Фикрета [19 августа 1915 г.]. Вторая – опубликовала стихотворение турецкого поэта Мехмета Эмина Бея под названием «Раскройте объятья, вот мы идем», адресованное народам Кавказа.

Когда я читал это произведение доверенным крестьянам в деревне – у всех на были слезы.

Новой истории сегодня открыты врата
Для земель, в российском плену стонущих,
Для народов Турана, в оковах тирана живущих,
Знамя развеваем.
Посмотрите, глаза в надежде плачут.
Несчастные девы, маленькие мальчики,
Невинные сироты, старики поседевшие
Факелы в дрожащих руках к тебе простирают.
Турана из плена,
От европейского ига край ваш освободитель освободит,
Любимый край.
Раскройте объятья, вот мы идем.
Тебе свобода, тебе избавление
Вот мы приносим.
Раскройте объятья, пусть в страну Огуза
Войдет новая душа.
Дети твои полны безмерной радости,
Пусть разрывают московские цепи.

Я дал переписать это стихотворение нескольким дружественным сельским учителям. Они читали его украдкой, а слушатели, как писал поэт, плакали слезами надежды.

Продолжение следует.

Примечание: В квадратных скобках курсивом даны пояснения крымского историка Сергея Громенко или переводы упомянутых Сейдаметом названий, а обычным шрифтом вставлены отсутствующие в оригинале слова, необходимые для лучшего понимания текста.

Предыдущая «Осудить действия России в Крыму стоит, но этого недостаточно» – The Scotsman
Следующая Армянский филиал «Титановых инвестиций» увеличил производство диоксида титана на 20%

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *