«Их ужасно избивали, стоны были слышны до утра». Рассказы задержанных белорусов


В ночь на 14 августа из центра изоляции правонарушителей (ЦИП) на Окрестина в Минске и других белорусских тюрем начали выпускать задержанных на митингах 9-12 августа. Это произошло после того, как глава МВД Беларуси Юрий Караев «извинился» перед «мирными людьми», «попавшими под раздачу», а замминистра внутренних дел Александр Барсуков приехал в ЦИП на Окрестина и заявил, что никаких издевательств над задержанными якобы «не было» и людей в тюрьме никто не бил.

Однако люди, которых все-таки отпускали, массово показывали синяки и травмы, которые получили при задержании, и рассказывали, что их избивали с особой жестокостью – как при задержании, так и внутри самой тюрьмы. Вот их рассказы.

– В Окрестина я провела трое суток. Забрали нас 9 числа на перекрестке Машерова и проспекта [Победителей]. Привезли сюда на Окрестина.

Нас содержали в камере на шесть человек, там было 20 человек, потом в камеру добавили еще 13 человек, стало 33 человека. Потом нас начали расформировывать, потому что не хватало места. Некоторым девочкам дали штраф во вторник. И потом нас перевели в камеру на четыре человека, и нас там был уже 51 человек. В камере не было мест лечь, мы стояли. Девочки говорили, некоторые два дня сидели в этой «четверке», и когда просили, чтобы открыли «кормушки» (дверцы в двери камер), чтобы дали воздух, чтобы была вентиляция. После этого открывалась дверь – и на нас выливалось ведро холодной воды.

Ни туалетной бумаги, ни таблеток не было. Если была нужна медицинская помощь (у некоторых были ссадины) – ничего не выдавалось. Одни сотрудники сказали, когда у девушек критические дни, чтобы они подтирались майками. Были женщины, которым было плохо: у одной не хватало сахара в крови. Ей даже таблеток не дали! У нее начался приступ – и только тогда принесли таблетки.

Потом вывели 10 человек в карцер, чтобы в камере было 40 человек. Мы спали, менялись посменно. Бабушку 68 лет в два часа ночи (примерно в два часа ночи, мы терялись во времени) вывели в коридор и просили дать определение слову «фашизм».

Сотрудники там просто дикие. Они все носят маски, чтобы не видели лиц. Девушка одна, у нее белая коса, она моложаво выглядит, она обзывалась на всех. Допустим, она выводит девушек, прижимает к стене и по ногам бьет прутьями. У некоторых оставались синяки на ногах. Она кричала: «У*бища конченые, станьте шире!»

Мужчинам не давали спать по ночам, им били палками в железную дверь, чтобы те не спали. Их тоже было много, им не разрешали лежать. Нам можно было лежать на кровати, им – запрещено. Только сидеть и стоять, все. Нас там не кормили.

:49 0:01:03 0:02:47 0:01:29 0:00

– Просто вывозили людей из Окрестина в адском состоянии. Я не знаю, если это все сделано для того, чтобы остановить народ, кинуть ему такую подачку, что, мол, мы освободили, давайте останавливаться, давайте договариваться. Нет.

Людей выводили в таком страшном состоянии, даже не физическом – моральном страшном. Мы просим: «Подождите, остановитесь» – они по стойке смирно, как будто мы сейчас их расстреливать здесь будем. Они руки из-за спины не могут убрать по 15 минут!

Один вышел вообще, я не знаю, как он вышел, потому что у него был перелом ноги. Я не знаю, как он там вышел. Врачи приезжали со своей смены, дежурили еще смену здесь до самого утра. «Скорые» приезжали, забирали многих людей. Мы еще сами здесь вызывали, и не одну. Я не помню, больше семи «скорых» вызывали за целую ночь, перевязывали здесь, потому что у людей разбитые ноги, спина.

Многие были с избитым лицом, были такие, прямо на лице было видно. В основном разбиты ноги и разбита спина под одеждой. Не то что ссадины – там черное все. Там просто все черное. Они голодные. Некоторых покормили перед выходом, не знаю, по какой причине в это время их покормили, потому что было 4 часа утра. Они в основном все голодные.

****

Утром 14 августа в ЦИП на Окрестина еще раз приехал заместитель главы МВД Беларуси Александр Барсуков . Его окружили родственники задержанных. Барсуков снова заявил, что людей в изоляторе не били, и пообещал вынести списки задержанных. В ответ люди начали возмущаться и кричать. После короткой встречи он покинул родственников пострадавших и зашел в здание центра изоляции – диалога не получилось.

«Он сказал, что в камерах людей не бьют. В камерах их не бьют. Конечно, их вытаскивают и бьют за камерами. Он приехал не для нас. Он приехал для телевизора, чтобы показать, какие мы чудесные все, какая Беларусь. Никто его слушать не будет, никто ему не верит», – сказала женщина, которая находится возле ЦИП на Окрестина.

Предыдущая Прямой мониторинг: ЮНЕСКО возьмется за «культурную» деятельность оккупантов в Крыму
Следующая Беларусь: в Минске проходит многотысячный митинг у здания правительства

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *