Курбединов: У ФСБ в Крыму случился коллапс


Читайте вторую часть интервью с ведущим крымским адвокатом Эмилем Курбединовым. КИЕВ .

Эмиль Курбединов — об абсурдных предположениях следователей по делам «Хизб ут-Тахрир», доказательствах, хранящихся в здании ФСБ, а также о том, как Руслан Зейтуллаев надеется лишиться гражданства РФ.

QHA: Эмиль-бей, есть ли новые подробности в делах «Хизб ут-Тахрир»?

— Последнее время мы действительно сталкиваемся с определенными шагами правоохранительных органов России, которые всячески пытаются этот процесс сделать непрозрачным.

После терактов в Петербурге по ходатайству прокуратуры Крыма, которая сейчас там действует, все заседания по делам «Хизб ут-Тахрир» стали закрытыми. Слушателей не пускают даже в здание суда. Сам прокурор мотивирует это тем, что сейчас в Российской Федерации — нестабильное социально-политическое положение. Эта формулировка фигурирует практически на всех заседаниях. Все строится на каких-то предположениях, якобы слушатели могут нарушить порядок и так далее.

Кроме того, теперь к материалам, которые поступают в суд о продлении, следователи ФСБ приобщают скриншоты с правозащитных сайтов и заявления Министерства иностранных дел Украины о том, что эти люди признаны в Украине политзаключенными, а различными международными правозащитными организациями — узниками совести. По их мнению, они якобы смогут где-то укрыться. Таким образом обосновывается позиция, что этих людей нельзя отпускать. Такого основания в национальном праве России нет. Есть только нормы, предусматривающие содержание обвиняемых не под домашним арестом, а в СИЗО — это когда следствие предоставляет не свои предположения, а четкие фактические доказательства возможности побега: недвижимость за рубежом, зарубежные счета или договоренности.

Еще одно абсурдное предположение следователей заключается в том, что если отпустить подсудимых под домашний арест, то они смогут как-то повлиять на свидетелей и уничтожить доказательства. Но дело в том, что мы не знаем, кого они будут допрашивать. Это тайна следствия. Что касается самих доказательств, то они хранятся в здании ФСБ…

QHA: Получается, что действия правозащитников и украинских властей по признанию задержанных крымчан политзаключенными косвенно им вредят?

— Нет, они не вредят. Это позиция России. Если исходить из того, «что она сказала — то нам не делать», мы далеко не уйдем. Содержание этих людей в тюрьме — это инструмент давления на них. ФСБ рассчитывает, что в какой-то момент арестанты сломаются и подпишут все, что они дают.

Симферопольскому СИЗО 200 или 300 лет, оно кишит клопами, а в общую камеру сажают людей, больных туберкулезом. Там ужасные условия! Кроме того, оно переполнено: на десять коек — шестнадцать людей. Они надеются, что это каким-то образом повлияет на заключенных. Но этого пока еще не произошло.

QHA: Совсем недавно Али Асанова и Мустафу Дегерменджи все же отпустили под домашний арест…

— Я не адвокат по этому делу, но считаю, что дело «26 февраля» абсолютно политически мотивировано. Из ста свидетелей еще ни один не сказал что-то против них. Это просто нелепое представление из суда в суд. И прокуратура прекрасно это понимает. В данном случае Россия немного спустила пар. Если помните, недавно и Ильдара Дадина отпустили.

QHA: Международное давление как-то способствует тому, что Россия понижает градус?

— Однозначно, это давление имеет свои определенные результаты. В некоторых моментах Россия старается не идти слишком далеко, а по некоторым делам меняет вектор.

Понимаете, если бы не было общественного резонанса, не было бы гражданских активистов, мы имели бы не 30–40 человек, которые сейчас в тюрьме, а гораздо больше. Это как в России — состряпали дело за два месяца и по этапу в тюрьму, без огласки и резонанса. В Крыму, я думаю, произошел коллапс. Только-только они закончили с «севастопольской четверкой», с трудом родив это дело, а на очереди — еще пятнадцать человек. В отношении некоторых уже полтора года ведется следствие, и они не передают это в суд. Суды в Крыму благодаря общественности предаются мировой огласке, поэтому они пытаются как-то обосновывать свои обвинения.

QHA: Какие повороты в деле Ильми Умерова?

— Здесь примечательно то, что это дело должно было рассматриваться в Бахчисарайском суде, но председатель суда написал письмо в Верховный суд о невозможности рассматривать дело в Бахчисарае из-за предвзятости судей к Ильми Умерову, что я расцениваю как самоотвод полного состава суда. Это письмо не было основано на законе. Однако Верховный суд удовлетворил прошение и направил дело в Симферопольский районный суд. Но Ильми-агъа был и в Верховном совете, и если следовать логике Верховного суда, который утвердил данное решение, тогда дело вообще не надо рассматривать в Крыму..

QHA: Российская прокуратура снова запросила об увеличении срока приговора Руслану Зейтуллаеву.

— Сначала Руслана приговорили к семи годам, переквалифицировав как бы из «главаря» в участника некой севастопольской ячейки «Хизб ут-Тахрир». Это беспрецедентно в России по таким делам. Остальным ребятам дали по пять лет — по самому минимуму, который можно было дать по этой статье. И здесь уже включилась ФСБ. Я в этом уверен по определенным фактам, которые у меня имеются.  

QHA:  Почему ФСБ подключилась?

— Если бы этот приговор устоялся, то им заново надо было бы искать «главаря». Прокурор просил 17 лет — суд дал срок низшего предела. Это на самом деле тоже определенный показатель того, что суд признает дело абсолютно фиктивным и заказным. Кто знает, тот поймет.

QHA:  Как вы держите связь с Русланом?

— Только когда посещаю. Последний раз были в тот понедельник (15 мая. — Ред.).

QHA: Руслан объявил новую голодовку. Как он сейчас?

— Мы увидели уверенного, несломленного, сильного человека, который прекрасно понимает, где он и что делает. Он готов бороться до конца. За эти полтора-два года мы с Русланом близко познакомились. Это действительно человек, который, я думаю, никогда не отступит.

В тот понедельник он передал письмо Мустафе-агъа. Сказал, что объявляет голодовку, и выдвинул ряд требований, в том числе и допуск украинских консулов. На следующий день они все-таки их допустили. Представляете, они полтора года не могли к нему зайти!

Третий момент: Руслан заявил, что инициирует заявление об отказе от российского гражданства, то есть от того, которое мы все (крымчане. — Ред.) вынуждены были получить.

QHA: Этот отказ поможет ему?

— Они не смогут спекулировать на том, что он гражданин России. Когда им удобно, они автоматически приписывают гражданство тем людям, которые даже не писали специального заявления на получение гражданства. Так было с Редваном Сулеймановым — одним из так называемых диверсантов вместе с Пановым и Захтеем. Когда ему избирали меру пресечения, ФСБ назвала его гражданином Украины, а уже в суде на рассмотрении дела они сказали, что он гражданин России. Им так удобнее. Поэтому единственный выход — это письменное заявление человека, что он отказывается от гражданства.

QHA: В недавнем заявлении QHA Мустафа Джемилев призвал Зейтуллаева прекратить голодовку, так как считает, что это не поможет ему добиться выполнения всех требований.

— Мустафа-агъа однозначно прав. Спорить с этим человеком невозможно, так как он сам на себе все это испытал. Но и Руслана можно понять. Он соединил более глобальные требования, такие как прекращение репрессий против крымскотатарского народа, с индивидуальными — например, допуском консулов. Он рассчитывал на то, что о его голодовке пойдет резонанс, и когда узнают о нем, то узнают и общую картину репрессий в Крыму. 

QHA: А с чем Руслан обратился к Мустафе Джемилеву в письме?

— Думаю, если Мустафа-агъа посчитает нужным, он сам расскажет об этом. 

QHA: Благодарю за приятную беседу! 

Беседовала Медине Аединова

В первой части интервью с адвокатом Эмилем Курбединовым читайте о недавних задержаниях в Крыму, о несломленном духе крымских татар и о номинации на премию, которая, по словам адвоката, стала заслугой всего крымскотатарского народа.

Предыдущая Столичный метрополитен объявил причину подорожания проезда
Следующая Бывшей сотруднице банковской академии в Севастополе разрешили обратно вселиться в общежитие

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *