Лилия Шевцова: Охранители


Они были, есть и будут всегда и при любых системах. Я говорю о людях, которые защищают статус-кво. Понятно, что есть охранители, которые работают на российское самодержавие. И судя по тому, как оно, теряя энергию, продолжает ковылять, эти люди работают неплохо.

Давайте взглянем на интеллектуально-экспертный отряд наших охранителей. Не будем тратить время на откровенных пропагандистов. Взглянем на тех, кто выглядит серьезно. Это особая каста, которая обосновывает действия власти и придает им смысловой заряд. Охранители-эксперты успешно монополизировали все виды аналитической активности в нашем обществе, оттеснив на обочину критиканов. Немало охранителей, возможно, искренне видят себя прогрессистами, но на деле они помогают сохранить отжившую систему. Давайте попытаемся классифицировать российских охранителей-экспертов и представить их ключевые тезисы.

Прагматики . Среди охранителей их большинство. Это те, кто, отбросив идеологию, представляют «взвешенный» подход. На деле прагматики слепо следуют конъюнктуре и занимаются описанием событий. Отсутствие идеологии означает и отсутствие принципов.

Технократы . Те, кто овладели искусством обслуживать власть. Без них власть не может осуществлять свои функции. Технократы монополизировали в России управление экономическими инструментами самодержавия.

Оптимисты . Они находят повод для радости даже в безнадежной ситуации. «Все не так плохо», – говорят они, внушая надежду на позитивную эволюцию гниющей системы. «Изюминкой» оптимистов является уверенность в том, что имитация демократии может привести к реальной демократии.

Сторонники «малых дел» . Они полагают, что если будешь приносить хоть какую-то пользу, это создаст перспективу будущего. На деле «малые дела» помогают выживанию самодержавия.

Реалисты . Эти товарищи полагают, что внешняя политика должна строиться на основе соотношения мощи, тем самым легитимируя агрессивный внешний курс России, отвлекающий население от внутренних проблем.

Геополитики . Любители громыхнуть фразой и отжившими мифами, поддерживая видимость величия государства. В Германии геополитика как концепция запрещена, поскольку обосновывала фашистскую идеологию.

Государственники . В ситуации, когда государство стало оплотом самодержавия, они оказываются активными защитниками последнего. Возможно, государственники искрение полагают, что Россия может существовать только как система личной власти.

Сторонники новых форматов и стиля . В основном новое поколение экспертов, которые пытаются модернизировать формы общения с аудиторией либо экспериментируют со стилем. Как правило, новшества технологии (скажем, аналитика через видеоблоги), а также изощренность письма затеняют отсутствие содержания.

Самые мощные позиции у охранителей – среди российских международников. Это, собственно, Jurassic Park, обитатели которого ностальгируют по ушедшей эпохе, пытаясь найти новые образы имперских амбиций и державничества. Видимо, сам объект анализа (внешняя политика и государственный интерес) ограничивает интеллектуальную смелость.

Впрочем, среди охранителей-международников можно увидеть растерянность. Ведь так быстро рушатся привычные аксиомы! Еще недавно в ходу у них была мулька о российском «повороте» к Китаю. Но уже очевидно, что от китайцев можно ожидать всего, только не союзнических обязательств в отношении России. Появилась новая фишка – идея «Большой Евразии», которую вбросил сам Путин , пытаясь придать целеполагание потерявшей вектор российской внешней политике. Идея быстро нашла адептов, посыпались доклады о «Большой Евразии» как «концептуальной основе» нового мирового порядка. Даже международники, заботящиеся о своей репутации, принялись утверждать: Россия может стать «модератором» и «стабилизатором» на евразийском пространстве (включая как Европу, так и Китай с Индией). Правда, возникает вопрос: удастся ли уговорить остальных обитателей «Большой Евразии» признать за Москвой такую роль, учитывая ее сомнительные успехи на этом поприще?

Но есть и более осторожная категория международников. Они критичны как в отношении российской «импульсивной» внешней политики, так и относительно внутреннего курса Кремля. Можно понять их призыв и к «сдержанности как императиву». Так в чем же их «охранизм», спросите вы? В призыве отказаться от «европоцентризма» и добиться «широкого общественного консенсуса о базовых ценностях», который должен свестись к «конвергенции» европейских и российских стандартов. Но ведь такая «конвергенция» в России осуществлялась на протяжении последних десятилетий. И к чему она привела? Да к тому, что возникшая система уже не может выжить через «сдержанность».

Сама российская реальность и ее тупиковость порождает готовность к приспособлению за счет воспроизводства отживших клише либо предложения идей, не угрожающих системе. Охранителей можно понять: ведь скажешь не то – и вылетишь из тусовки. Либо окажешься понятно где. А ведь так хочется посидеть на заседании Совета по внешней и оборонной политике либо увидеть президента Путина на Валдайском форуме! Не все готовы ходить в маргиналиях.

Самое грустное – это то, что эксперты с критическим мышлением нередко облегчают охранительство. И тем, что опасаются спорить с охранителями. И тем, что давно не производят аналитических прорывов. И тем, что не готовы работать над проектом будущего.

Вот несколько примеров нашего времяпровождения. Мы все грешим любовью к нескончаемой «путиниане» – исследованию каждого чиха и вздоха лидера и гаданием, что бы это значило. Причем иные из нас порой осмеливаются говорить от имени самого Путина: «Путин полагает», «Путин считает». Даже завидуешь этой смелости догадки! Но что этот «психоанализ» дает для осмысления реальности, когда лидер теряет способность контролировать события? Многие заделались «микробиологами», с упорством, достойным восхищения, следя за телодвижениями Сечина , Кадырова , Шойгу и прочих членов «корпорации». Если взглянуть в микроскоп, так много оказывается интересного для отслеживания: и борьба «башен», и шансы Медведева , и попытки Кириенко обеспечить перевыборы Путина таким образом, чтобы ни ему, ни нам не было смешно.

Вот пример «микробиологии»: уважаемый аналитик нудно рассказывает о кадровой чехарде в Кремле, уверяя нас, что это «трансформация», и обещая нам сообщить что-то важное для судеб России. Добираешься до конца рассуждений, и вот долгожданный вывод: в России возможны «три главных сценария», ключевую роль в которых играет Путин, – «остаться и после 2024 года; уйти с поста президента, но сохранить свою роль; передать власть полноценному преемнику». Уфф… И ради этого столько усилий!

Самым популярным занятием экспертов является «угадайка»: когда случится обвал и случится ли вообще? А если случится «табакерка», кто заменит Путина в Кремле? Серьезное мыслительное занятие. Подобное времяпровождение критически настроенных к власти экспертов в конечном итоге тоже оказывается охранительством. Потому что не облегчает понимания реальности, но главное – не позволяет искать выход из тупика. Пока интеллектуально-экспертный слой общества занимается либо откровенной защитой гнили, либо интеллектуальным онанизмом, ничего в стране не сдвинется.

«Фамилии!» – потребует читатель. И правильно: какая критика без указания перстом!? Я попыталась было составить список охранителей; но он оказался бесконечным, намного длиннее самого этого текста. Впрочем, читатель легко угадает имена охранителей, если ознакомится с системой их аргументации.

Лилия Шевцова, политический эксперт

Мнения, высказанные в статьях, отражают точку зрения авторов и не обязательно отражают позицию издания.

Предыдущая Межнациональные браки: почему нет?
Следующая Лилия Шевцова: Охранители

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

пять × два =