«Мы – гневные матери»: почему женщины в России выходят на улицы


10 февраля в нескольких городах России прошел «Марш материнского гнева». Поводом для протестных акций стала трагедия в семье активистки «Открытой России» Анастасии Шевченко. Недовольные вышли на улицы в Екатеринбурге, Ярославле, Орле, Казани, Махачкале, Кирове, Ростове-на-Дону. Здесь проводились пикеты и шествия. В Москве и Санкт-Петербурге митинги не были согласованы, однако люди там вышли на улицы.

В Москве люди собрались в центре города, несколько сот человек прошли по Бульварному кольцу. Сюда прибыла группа активистов прокремлевского движения SERB. Они устроили потасовку с собравшимися, после которой был задержан член демократического движения «Солидарность», участник марша Михаил Кригер и еще один протестующий – Максим Пряхин .

В Петербурге акция также не была согласована. На нее собралось порядка двухсот человек. Полицейские требовали от протестующих разойтись. Участники марша изменили первоначально планировавшийся маршрут, но шли по улицам в тишине и без лозунгов. Тем не менее ОМОН задержал несколько человек.

30 января стало известно, что состояние дочери арестованной Анастасии Шевченко критическое, но активистку не отпустили из-под домашнего ареста, чтобы она могла находиться с ней в больнице. На следующий день девочка умерла. Правозащитный центр «Мемориал» признал Шевченко политической заключенной, так как выявил в ее деле признаки фальсификации, она обвиняется в сотрудничестве с движением «Открытая Россия», признанным нежелательной организацией. Помимо Шевченко, под домашним арестом в Пскове находится еще одна мама и политический активист – Лия Милушкина . Акции протеста проводились также в ее поддержку, а также в поддержку всех женщин, против которых начато уголовное преследование по политическим мотивам.

​Организатор акции «Марш материнского гнева», депутат Совета депутатов Тимирязевского района Москвы Юлия Галямина говорит, что произошедшее всех потрясло до глубины души.

– Девочка умерла потому, что мать не успела привезти ей нужные лекарства и нужное питание… до такой степени наша система докатилась, что она воюет с многодетными мамами-одиночками, с детьми! Политическое высказывание становится преступлением такой силы, что за это должны жертвовать своими жизнями дети. Это паранойя, которую невозможно терпеть, люди сказали: хватит, стоп, давайте скажем это! И очень многие мои подруги, с кем мы решили пойти на бульвары в это воскресенье, испытывают те же самые чувства. Это гнев, который связан с тем, что у нас тоже есть дети и мы сами можем в любой момент быть арестованными. Это не только вопрос участия в политике, кто угодно может подвергнуться преследованию государством или просто пострадать от государства, которое не помогает людям, а мешает им жить. Эта история с дизентерией в школах и в детских садах, когда из-за коррупции болеют дети, история с суворовским училищем, когда из-за халатности и нежелания показывать проблемы вертикали власти страдают дети. Государство дошло до того, что начинает пожирать своих детей, поэтому мы хотим выйти и начать этот разговор: хватит уже!

Анастасия Шевченко

– Чем мотивировали московские власти отказ в проведении акции?

– Мотивировали они тем, что день подачи заявки и день проведения митинга почему-то в десятидневный срок не входят, хотя это совершенно нигде не оговаривается, это их домыслы. Это домыслы нашей системы, которая направлена на то, чтобы люди вообще не высказывались на политические темы, чтобы у них был комплекс жертвы, чтобы они говорили: ой, лучше мы посидим тихо, и тогда мы будем в безопасности. Нам просто сказали: мы не будем обеспечивать вам порядок. Ну, хорошо, не обеспечивайте! Мы их уведомили о проведении марша. Нам никто не может запретить или разрешить его проводить, у нас есть 31-я статья Конституции.

​– ​В середине августа прошлого года в Москве прошла акция «Марш матерей» в поддержку обвиняемых по делу «Нового величия». Она тоже не была согласована и, несмотря на это и на проливной дождь, собрала очень много людей.

– Общее то, что они вызваны одними и теми же чувствами. Я лично в той акции не участвовала – я болела, а мой муж и мои дети там были. Это вызвано одними и теми же переживаниями, одними и теми же эмоциями.​

«Марш матерей» в поддержку арестованных по делу «Нового величия». Москва, 15 августа 2018 года

​– ​Надеетесь ли вы чего-то добиться этой акцией или вы выходите, потому что не можете не выйти?

– К позитивным результатам не приводит ни одно действие в гражданской жизни – это базовое правило, к позитивным результатам приводит комплекс действий. И в данном случае надо делать все, и это тоже. Важно не молчать. Это с моральной точки зрения важно, не для меня лично важно, а для общества важно. Потому что у общества есть своя мораль, свои ценности, и если мы не будем их декларировать, то кто их будет декларировать? У тех, кто сейчас управляет государством, нет таких ценностей, их ценности – нажива, а не жизнь, – сказала Юлия Галямина.​

В Петербурге акция так же, как и в Москве, не была согласована. Однако, по словам ее организатора Светланы Уткиной, «Марш материнского гнева» не подпадает под федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

– Мы эту акцию не согласовывали. Мы даже затрудняемся назвать это акцией. Это марш. Мы просто собираемся и выражаем свое отношение к происходящему. Мы – гневные матери. У нас детей забирают, дети умирают. Мы просто хотели бы поддержать Анастасию Шевченко и всех людей, которые попали в такую ситуацию.

– ​Говоря о детях, вы имеете в виду не только детей Анастасии?

– Да, конечно! Анастасия не одна в такой ситуации, есть «Новое величие», есть ребята, которые проходят по делу «Сети» и которых пытали. Можно просто открыть новостную ленту, и каждый день что-то происходит. Недавно проходил допрос и обыск у Светланы Прокопьевой, журналистки «Эха Москвы». Этот марш – наша реакция на происходящее.

– Это не первый материнский протест. По вашему мнению, это как-то действует на власть?

– Когда что-то такое спонтанное происходит, власть теряется, она не знает, что ей делать. Трудно сказать, как будет в этот раз… У нас в Петербурге практически года два не согласовывают практически ничего, нам не разрешают выражать свое мнение, нет обратной связи с властью. Поэтому как сейчас власть отреагирует – предсказать невозможно. Гражданин Беглов, когда стал исполняющим обязанности, сказал, что опасается влияния Запада. То есть он думает, что самое страшное, что с Петербургом происходит, – это не бесхозяйственность наших чиновников, а любые собрания граждан. Что он придумает в этот раз – совершенно непонятно. Но мы выйдем в любом случае. Потому что, конечно, ситуация с Анастасией Шевченко – это очень страшное резонансное дело, и это просто повод сказать о том, что происходит сейчас массово.

Анастасия Шевченко в суде Ростова-на-Дону

– На августовский Марш матерей в Москве пришли и отцы.

– Конечно, мы ни в коем случае не говорим о том, что приходите только матери. У нас есть обращение депутата Максима Резника, который сказал: «Я не мать, но я отец, и я, конечно, поддержу». Мы рассчитываем на поддержку горожан, которые разгневаны так же, как мы.

​4 февраля в Ростове-на-Дону прошли похороны дочери Анастасии Шевченко – Алины. А 7 февраля суд этого города оставил активистку «Открытой России» под домашним арестом.

Дело против ростовской активистки Анастасии Шевченко возбуждено по редкой для России 284-й статье Уголовного кодекса: ​ее подозревают в причастности к деятельности нежелательной организации.

Анастасия Шевченко признана узницей совести правозащитниками Amnesty International.

Предыдущая У Медведева планируют достроить «Тавриду» в Крыму только в 2022 году
Следующая Бежавший в Крым капитан «Норда» готов участвовать в заседаниях украинского суда по видеосвязи

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *