Охота на «Дельфина»: кто претендует на газоносный участок в Черном море?


Самостоятельно добывать нефть и газ в Черном море, где есть огромные залежи углеводородов ‒ это часть стратегического плана Украины для уменьшения энергетической зависимости от России. Для этого Украина в 2011 году даже закупила две буровые установки ‒ правда, с большой переплатой ‒ более известные как «вышки Бойко». В конце концов их забрала Россия ‒ после аннексии Крыма.

Поэтому сегодня у государства нет достаточных собственных мощностей для разработки Черноморского шельфа. Следовательно, оно объявило конкурс на привлечение частного партнера для разработки морского участка «Дельфин» ‒ одного из крупнейших газоносных участков в Черном море. Победитель отбора получит его в пользование на 50 лет, чтобы зарабатывать самому и отдавать государству 11% добытых углеводородов. Впрочем, исследовав условия конкурса, «Схемы» обнаружили, что он может быть «заточен» под одну «проблемную» американскую фирму.

В 130 километрах от Одессы в Черном море расположено Одесское газовое месторождение, за ним ‒ Голицынское и Штормовое. К весне 2014 года его разрабатывало украинское государственное акционерное общество «Черноморнефтегаз».

Впрочем, в 2014 году Россия аннексировала Крым, захватила 9 из 10 месторождений, на разработку которых получил лицензию украинский «Черноморнефтегаз». Теперь их контролирует клон ‒ «Черноморнефтегаз», зарегистрированный по российскому законодательству.

Контролирует вместе с украинским газопроводом, построенным Украиной. Россияне захватили даже те объекты на шельфе, которые расположены ближе к материковой Украине, чем к Крыму.

Последняя известная публичная попытка украинской стороны выяснить, что на украинских газодобывающих объектах делают вооруженные люди под российскими флагами, была в сентябре 2017 года.

Государственная пограничная служба Украины обнародовала в сети видео, на котором заместитель начальника штаба Одесского отряда морской охраны Ярослав Грабовский спрашивает у россиян по радиосвязи о причинах их нахождения вблизи украинского газового месторождения Штормовое.

‒ Назовите причину вашего пребывания в той точке, где вы сейчас находитесь и где добывается газ на континентальном шельфе Украины. Как поняли?

‒ Глупый вопрос. Причину назвать не могу, ‒ ответили с той стороны.

Бывший постоянный представитель президента Украины в АР Крым Борис Бабин объясняет: «На всех учреждениях «Черноморнефтегаза», которые находятся на шельфе Черного моря, находятся россияне ‒ как технический персонал незаконного предприятия, осуществляющего добычу, так и представители соответствующих спецслужб и Вооруженных сил Российской Федерации».

В апреле 2019 года украинское правительство, временно потеряв контроль над 90% освоенных месторождений в Черном море, объявило конкурс на заключение соглашения о разделе углеводородов ‒ то есть, нефти и газа.

В апреле 2019 года украинское правительство объявило конкурс на заключение соглашения о разделе углеводородов

Их предлагают найти в Черном море, в пределах участка «Дельфин» ‒ и делиться добытым с государством. Соглашение предусматривает, что такое сотрудничество будет продолжаться полвека.

Охота на «Дельфина»

«Дельфин» ‒ это почти 9,5 тысяч квадратных километров моря. Этот участок больше, чем, например, вся территория Республики Кипр.

В конкурсной документации, обнародованной Министерством энергетики говорится, что ресурсная база оценивается в 286 миллионов тонн условного топлива. А к потенциальному инвестору выдвинуты требования:

  • полтора миллиарда гривен инвестиций на разведку;
  • не менее 5 скважин за первые пять лет;
  • государственная доля прибыльной продукции должна составлять не менее 11%.

В дополнение ‒ один неприятный нюанс. В пределах участка ‒ захваченные украинские газодобывающие объекты и вооруженные россияне на них. Однако они в участок не попадают ‒ их заботливо оттуда «вырезали».

Эксперты подтверждают, что предложенный правительством «Дельфин» ‒ это более чем перспективный участок, там действительно можно найти значительные запасы углеводородов.

«Шельф сегодня разведан меньше, чем на 3%, ‒ рассказывает директор энергетических программ Центра Разумкова Владимир Омельченко . ‒ И возможность нахождения больших запасов нефти и газа там достаточно высока».

Кто положил глаз на эти 9,5 тысяч квадратных километров моря с потенциальными почти тремя сотнями миллионов тонн сырья ‒ украинцы узнают очень скоро.

Ведь уже 12 июня 2019 года заканчивается отведенный 60-дневный срок для подачи заявок. Тогда состоится раскрытие предложений межведомственной комиссией по распределению ресурсов, которую возглавляет министр энергетики Игорь Насалик .

Однако пока неизвестно, сколько поступило заявок и насколько большой интерес к месторождению.

Но один претендент заявил об активной позиции.

Техасский инициатор

Frontera Resources ‒ это компания с американскими корнями, которая сама же и инициировала проведение конкурса. Участники рынка энергетики предполагают, что именно под нее этот конкурс и организовали на скорую руку. При этом, анализ деятельности фирмы вызывает сомнения, что соглашение с ней будет оптимальным вариантом для украинского государства.

В 2015 году впервые об этой компании с высокой трибуны вспомнили украинские чиновники.

В том же году было подписано два соглашения о намерениях ‒ с государственным НАК «Нафтогазом» и его структурой ‒ «Укргаздобыча» . Впрочем, эти соглашения до сих пор не закрепились подписанием контрактов. Так же, как не появился анонсированный тогдашним премьером LNG-терминал.

Но через несколько лет именно Frontera Resources, не реализовав предварительную инициативу ‒ выступила уже с новой: провести конкурс в Украине на распределение газа и нефти из Черного моря. И правительство такой конкурс объявило.

Что это за фирма, которая так хочет работать на «Дельфине»?

Две ключевых лица компании ‒ это Стив Никандрос , почетный президент Frontera Resources, бизнесмен, бывший член международного консультативного совета Atlantic Council . И Заза Мамулаишвили ‒ соучредитель, член правления Frontera, бизнесмен грузинского происхождения.

Центральный офис компании находится в Техасе. Однако бизнес-интересы Frontera преимущественно сосредоточены в Грузии и Молдове.

Поэтому «Схемы» исследовали успехи работы компании в этих странах.

Опыт Молдовы

В 2016 году правительство Молдовы так же, как и Украины, провело конкурс на изучение и разработку недр. На площади еще большей, чем «Дельфин» ‒ 12 тысяч квадратных метров суши.

Произошло это, как и в Украине, после консультаций с Frontera Resources. И эта компания выиграла конкурс, обойдя единственного конкурента ‒ рассказывает журналистка-расследователь Виктория Додон.

«Представителем фирмы-конкурента был бывший сотрудник Frontera Resources, ‒ вспоминает Додон. ‒ Это, и еще другие некоторые спорные вопросы, которые предшествовали конкурсу, дают нам основания полагать, что конкурс был фиктивный».

Причем, в своей заявке на молдавский конкурс, компания указала, что инвестировала 300 миллионов долларов в Украину ‒ чего, как говорится в расследовании коллег, на самом деле не произошло.

Но самое главное: получив 12 тысяч квадратных километров площади, говорит журналистка, Frontera Resources до сих пор не провела никаких работ, предусмотренных соглашением, которое заключили еще два с половиной года назад.

По словам Виктории Додон, представители компании так и не прибыли в Молдову: «Все стоит на месте. Компания также не предоставила никакой информации о количестве нефти или газа, которую они думают, что могут найти, или нашли в Молдове. Хотя они обещали, что будут инвестировать по крайней мере 500 миллионов долларов во все работы, откроют сотни новых рабочих мест, и поставят на рынок не менее 100 миллионов баррелей нефти».

О пыт Грузии

В Грузии Frontera подписала соглашение о распределении ресурсов еще в 1997 году. За это время, рассказывают местные журналисты, компания пробурила несколько скважин и начала поставлять газ, которого хватает только для внутреннего рынка. Хотя до этого были обещания и об экспорте.

А ряд финансистов, а также тогдашний министр энергетики Грузии, бывший футболист Каха Каладзе открыто обвиняли компанию в том, что она специально завышает реальные показатели запасов нефти и газа в Грузии.

Грузинский журналист и руководитель департамента информации медиакомпании «Клип-Арт» Мамука Куциани рассказывает, что сначала Frontera заявила об обнаружении в восточной Грузии месторождения природного газа в объеме 5,31 миллиарда кубических метров. После появления информации о том, что в Грузии нашли газ, грузинские финансисты наблюдали, как акции Frontera на Лондонской бирже выросли на шесть процентов.

‒ То есть, есть подозрения, что они специально завышали запасы нефти и газа в Грузии для того, чтобы лучше котироваться на бирже?

‒ Да, именно так и объясняется ситуация.

‒ Насколько эффективно работает компания в Грузии?

‒ Об «эффективности» деятельности Frontera в Грузии свидетельствует тот факт, что несмотря на заявленные астрономические прогнозы по запасам, Грузия пока почти на 100% зависит от импорта нефти и газа.

Похоже, что Frontera Resources ‒ потенциальный фаворит уже украинского конкурса ‒ не имеет опыта и ресурсов, чтобы самостоятельно начать работы на шельфе.

Проблемный фаворит

Исполнительный директор Ассоциации газодобывающих компаний Украины Роман Опимах объясняет отсутствие необходимого опыта вероятным посредничеством, которое осуществляет компания. «Насколько я понимаю, Frontera достаточно близка к компаниям, которые являются определенными посредниками. То есть, они берут на себя риск сделать такое пакетное решение, войти в какую-то страну, договориться о получении определенного участка. Они обещают инвестировать в него и проводить определенную программу работ. А потом, когда они выигрывают, начинают искать компанию, которая может присоединиться к ним и помогать в реализации этого процесса. Или просто продать этот участок кому-то другому».

Более того ‒ Frontera Resources является убыточной, судя по ее финансовому отчету за часть 2017 и 2018 год.

По просьбе «Схем» его также проанализировал инвестбанкир и управляющий партнер Capital Times Эрик Найман . Говорит ‒ фирма «хронически» убыточна.

«Она хронически убыточна. Им не удается зарабатывать деньги. Причем они так проедают капитал, которого не так уж и много. У них дефицит собственного капитала. Минус 37 миллионов долларов собственный капитал и убытки ежегодные генерируются в районе ‒ по несколько миллионов долларов в год», ‒ анализирует Найман.

Интересы в Украине

Для входа на украинский рынок, Frontera основала здесь две дочерние компании. Их украинские директора ‒ это две нанятых бухгалтера, не имеющих отношения к нефте- и газодобыче.

По информации источников «Схем» в налоговой оба предприятия не зарегистрированы плательщиками НДС ‒ а, следовательно, не имеют существенных оборотов. В 2018 году у них отсутствовал доход, имели место только расходы на сумму в 23 тысячи гривен.

По телефонному номеру ответили сотрудники, которые открестились: «Мы ведем бухгалтерию этой компании, но мы не являемся этой компанией».

«Схемы» также пытались получить комментарии непосредственно из американского офиса фирмы Frontera Resources ‒ направили письмо с перечнем вопросов относительно предыдущей деятельности фирмы и планов по приходу в Украину.

Но до эфира ответ так и не пришел. По американским телефонам компании постоянно срабатывает автоответчик.

Чей будет «Дельфин»?

В Украине сжатые сроки приема заявок на конкурс ‒ всего 2 месяца. В то время как в ранее организованных конкурсах было отведено больше времени, например, на 9 участков на суше, меньшей площадью ‒ 90 дней.

Время может играть на руку компании Frontera Resources. Крупные игроки мирового рынка за такие сроки могут не успеть изучить всю документацию и принять участие, говорят в Ассоциации газодобывающих компаний Украины. И уже обратились в Кабмин с просьбой продлить сроки приема заявок на распределение участка «Дельфин».

Так, Роман Опимах приводит примеры из-за границы: «Мы посмотрели те лицензионные раунды, которые происходят в Хорватии ‒ 6 месяцев, в Израиле ‒ 7 месяцев, который проходил в Мексике, который проходит в Великобритании и в Бразилии. То есть, везде срок от 4 до 7 месяцев. И когда я говорю о 4 месяцах, то это страна как Великобритания, она предоставляет инвестору полный доступ к геологической информации».

«Два месяца для серьезного игрока нереальные сроки», ‒ заключает он.

Но председатель конкурсной комиссии и министр энергетики Игорь Насалик не видит смысла продлевать срок приема заявок. И уверяет: Frontera в конкурсе придется еще побороться ‒ с другими серьезными компаниями, по словам министра, выразившими интерес к конкурсу. Но назвать их он пока не может.

‒ Я думаю, что 12 числа мы будем открывать, вы посмотрите, сколько игроков на этом участке. Будет очень много. Это я могу заверить.

‒ А у вас уже есть информация о количестве?

‒ Я не могу это озвучивать. Я думаю, будет проблема с тем, что очень много, а не слишком мало. Это мое мнение.

‒ Не является ли это игрой в пользу компании Frontera Resources, которая инициировала этот конкурс, и которая очевидно лучше подготовилась, чем другие игроки?

‒ Не думаю, потому что по инсайдерской информации будут и более серьезные фирмы.

Но не помешают ли инвестору российские силовики?

Бывший постоянный представитель президента Украины в АР Крым Борис Бабин считает, что такие работы на черноморском шельфе бок о бок с россиянами возможны только при одном условии: «Любые исследовательские работы на этой территории безусловно россиянами будут всячески пресекаться только за одним исключением: если эти работы будут вестись в их интересах. Если кто-то будет инвестировать деньги в соответствующие работы, это будет означать одно: он будет действовать с согласия оккупационного правительства, правительства России, и, очевидно, в интересах этого правительства».

Впрочем, министр энергетики и руководитель межведомственной комиссии Игорь Насалик успокаивает: если придет американский инвестор ‒ его защитит американский авианосец.

‒ По вашему мнению, крупные американские компании смогут беспрепятственно попасть туда, где находятся в том числе спецслужбы и корабли?

‒ Морское распределение. Для этого есть морское распределение, международное морское право, и эти люди очень им будут пользоваться.

‒ То есть, этот факт не является препятствием?

‒ Когда есть, я извиняюсь, авианосец американский, то они смогут проводить любые работы. На любых участках, которые являются законными.

‒ Согласитесь, не каждая компания возьмет авианосец для того, чтобы добывать газ в конфликтной зоне.

‒ А ей не надо брать. Как только она придет и будут нарушать ее права ‒ он сам войдет, без этой компании.

КР в YouTubeКР в FacebookКР в мобильном

Уже в ближайшее время станет известно, действительно ли к украинскому черноморскому шельфу успели выразить интерес и другие компании, и какие именно. «Схемы» продолжат тщательно следить за ходом этого масштабного государственного конкурса. И надеются на получение комментариев от фирмы Frontera Resources.

Предыдущая Охота на «Дельфина»: кто претендует на газоносный участок в Черном море?
Следующая Российский корабль «Василий Быков» покинул порт Севастополя и отправился в Балтийское море

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *