«Он умирает на наших глазах» – из соцсетей о голодовке Олега Сенцова


Украинский режиссер Олег Сенцов держит голодовку, которая продолжается уже почти две недели.

Олег требует не только своего освобождения, более того – на нем он даже не настаивает. Его требование – освободить всех украинцев, заключенных в России по политическим мотивам, а это больше шестидесяти человек.

Serge Sharov-Delaunay :

Это не тот случай, когда можно обменять «хулигана на Луиса Корвалана» или просто освободить политзаключенного: Олег Сенцов голодает не за себя, не за своё человеческое достоинство и не за своё освобождение — он голодает за освобождение больше 60 человек.
НЕ ЗА СЕБЯ — ЗА ВСЕХ!
И единственное, что возможно — это требовать освободить-обменять-выпустить — что угодно и как угодно, но ВСЕХ.

Олег Сенцов пошел на отчаянный шаг. С этим шагом можно не соглашаться, можно считать его чрезмерным — что нельзя — это девальвировать его, превращая в призыв о его личном освобождении!

УСЛЫШЬТЕ ОЛЕГА СЕНЦОВА!

Кампания в поддержку Сенцова нарастает, но по-прежнему, пишут ее участники, не может набрать должного уровня.

Антон Долин:

СЕНЦОВ. ЛИКБЕЗ. ТЕЗИСНО.

1. Кто такой Олег Сенцов?

Украинский режиссер родом из Симферополя, сейчас ему 41 год. Автор одного фильма «Гамер», имевшего заметный успех на кинофестивалях по всему миру. Весной 2014 года арестован, приговорен в августе 2015 года к 20 годам колонии строгого режима. Обвиняется в терроризме.

2. Почему о нем сейчас все говорят?

14 мая Олег Сенцов объявил голодовку с требованием выпустить на свободу украинских политзаключенных, которые содержатся в российских тюрьмах. Себя он в этот список не включал. Сегодня, когда пишется этот текст, идет десятый день голодовки.
Сенцов намерен продолжать голодовку до конца. Ему грозит смерть.

3. В чем конкретно обвинялся Сенцов?

В организации терактов – как уже случившихся, так и планировавшихся. Речь шла об уже совершенных другими лицами (не Сенцовым) ночных поджогах, кажется, подоконника и двери офиса «Единой России». Никто не пострадал, материальный ущерб также был ничтожным. Кроме того, Сенцова обвиняют в подготовке и координации возможного взрыва памятника Ленину.

4. Как была доказана вина Сенцова?

Ни одного доказательства его вины не было найдено и предъявлено на суде. Единственным доказательством были показания двух людей, которые и были пойманы с поличным (см. предыдущий пункт). Причем Сенцов был знаком до ареста только с одним из двоих.

5. Почему эти доказательства не могут считаться достаточными?

Во-первых, таким образом любой человек может оговорить любого другого человека. Назвать это словом «доказательство» не поворачивается язык.
Во-вторых, дать показания на Сенцова было в интересах двух обвиняемых: они оба пошли (это признал адвокат одного из них) на сделку со следствием и, хотя их вина была доказана, получили меньшие сроки: по 7 лет каждый.
В-третьих, Сенцов неоднократно рассказывал о том, что от него во время пыток – всех троих пытали – требовали дать показания как на организатора террористической группы на некоего человека из числа инициаторов Майдана. Он этого не сделал. В противном случае следователи грозили объявить организатором его. Сразу обещали срок – 20 лет колонии строгого режима. Именно такой, слово в слово, приговор и огласил впоследствии суд.
Наконец, в-четвертых, один из двух показавших на Сенцова «соучастников», Геннадий Афанасьев, в суде отказался от своих показаний, сказав, что в них нет ни слова правды, а даны они были под пыткой. Разумеется, на вердикт суда это влияния не оказало. Таким образом, Сенцов сел в тюрьму по оговору одного конкретного человека, с которым даже не был знаком – Алексея Чирния.

6. А как же видео «Сенцов пойман с поличным»?

Это видео – яркий пример пропагандистской лжи. Несмотря на название, в нем фигурирует совершенно другой человек, что может увидеть любой зритель. Его и взяли с поличным. Это Алексей Чирний, оговоривший Сенцова.

7. Почему ФСБ преследует Сенцова?

Точного ответа нет. Вероятно, весной 2014 года был необходим показательный процесс над некими «крымскими террористами», который бы служил оправданием политики российских властей на территории Украины. Сенцов был выбран как известная публичная личность и активист Майдана, живший и работавший именно в Крыму и окрестностях. Впрочем, если бы Сенцов сломался под пытками, «лицом» процесса мог бы кто-то другой.

8. Почему Сенцова не обменяют на каких-нибудь российских военнопленных? Как Савченко?

Потому что по российским законам он признан российским гражданином, как и осужденный вместе с ним антифашист Александр Кольченко. Освободить его – значит, признать, что Сенцов не является настоящим террористом, а суд и следствие соврали. На это российская власть не пойдет.

9. Могут ли в колонии организовать насильственное кормление Сенцова?

По идее, нет, российские законы этого не допускают.
UPD: кажется, все-таки могут.

10. Что делать в такой ситуации всем, кого беспокоит судьба Сенцова?

Ответа нет. Но хотя бы распространять информацию.

Поэтому попрошу о репосте.

Олег Лекманов:

Жизнь наша — это какой-то сплошной пир во время чумы. Премии, презентации, шуточки в фейсбуке, сирень на бульваре, книжки пишутся и выходят, а совсем рядом — мучают и убивают Сенцова и Малобродского. А сколько еще других, на которых по разным причинам обращают меньше внимания — и подумать страшно…

Татьяна Лазарева:

Вот, и ещё одни умирает на наших глазах. Еще одного убивают.
И я его понимаю, на самом деле. Сегодня это единственный способ остаться свободным. Единственный способ выйти на площадь. «Смеешь выйти на площадь?..»
Сейчас сюда как по команде набегут сомневающиеся в его правоте и предлагающие выходить на митинги, а не писать в ФБ…
Но вот такие уж наступают времена, что правоту свою и честь можно спасти только отказом, только уходом.
Бесполезность. Безысходность. Безнадёга. Уходят самые честные. И я не могу их останавливать на пути к их единственно возможной в этой ситуации свободе. «Сможешь выйти на площадь?..»

Мария Кувшинова:

Весной 2014-го года понадобился показательный процесс, чтобы все увидели: только кучка террористов возражает против того, что Крым наш. Люди, которые были схвачены и посажены ради этого процесса, отказались играть в гибридные игры, не признали вину и уехали на огромные сроки в самые жесткие колонии. Один из них, Олег Сенцов, сейчас решил убить себя голодовкой, требуя освободить всех украинских политзаключенных, находящихся в России. Его не выдают Украине, потому что, как крымчанин, он автоматически стал гражданином России. Гражданство России как смертельный приговор. Если Сенцов умрет, ничего не изменится, и мало кто заметит эту смерть (мне кажется, фб не показывает посты со словом «Сенцов»). Каждый день посткрымской реальности уменьшает наши шансы вернуться к человеческой жизни и вернуть себе человеческое достоинство. Смерть Сенцова отбросит нас на непреодолимое расстояние. Честно говоря, я считаю, что вся культурная деятельность сейчас должна быть остановлена. Но этого не будет.

Галина Юзефович:

Не понимаю, как мы все с этим живем, честно говоря. Лично я — не очень.

Варя Горностаева:

Дело Сенцова и Кольченко сфабриковано, слеплено из ошметков чьих-то доносов и наветов в назидание нам всем.

Я не знаю, что с этим делать, как им помочь, но давайте хотя бы думать об этом вслух. Я отдаю себе отчет в том, что такие призывы выглядят глупо и беспомощно, но и молчать невозможно. Невозможно представлять себе наши параллельные жизни и совсем-совсем ничего не мочь с этим сделать. Хотя бы напоминать себе и другим. Ну и вдруг…

Оксана Бычкова:

наверное, больше всего меня обескураживает факт, что можно получить серьезный срок (20 лет) за подготовку взрыва памятника ленину.
я живу в стране, где искореженный памятник — привычная декорация и, видимо, поэтому — не понимаю.
свободу олегу сенцову.

Ольга Галицкая:

Все движется к трагической развязке.
При молчаливом согласии не только тюремщиков и власти, но вообще всех.

Всех и каждого

Алексей Красовский:

Думаю о людях, которым удается не думать о голодовке Олега Сенцова. Не о тех, что пишут в сценарии «реакция, оценка», с ними все ясно и так, а о других, имеющих власть над умами, кто может помочь Олегу и другим невиновным выйти на свободу, но не делает этого потому что что? Отнимут театр? Пересадят в эконом-класс? Опубликуют переписку со студенткой первого курса? Какие из благ стоят человеческой жизни?

Анна Дулевская:

Поддерживаете Олега Сенцова и не игнорируете чемпионат по футболу в Москве? Удобно на двух стульях?

Марина Давыдова:

Потрясает не то, что судьбой Олега Сенцова мало озабочено население России. Потрясает не отсутствие митингов и забастовок (оно уже давно не потрясает). Потрясает то, что даже в нашем уютном и тесном мирке мы говорим о голодовке Сенцова между делом. Он умирает на наших глазах, но мы не кричим об этом, просто изредка вскрикиваем. Даже в моем ближнем окружении некоторые рассеянно спрашивают: а он, что, голодает?.. ужас какой! а давно?
Я знаю, что нас мало и мы мало что можем изменить. Но мы все же есть. И мы обязаны сделать хотя бы тот абсолютный минимум, который не потребует от нас больших усилий.
Все то время, пока Олег Сенцов держит голодовку, в наших лентах должна появляться именно (и почти исключительно) информация об этой голодовке. Два, три раза в день у каждого. Она должна максимально вытеснить все остальные темы и сюжеты – еду, котиков, депрессивные вздохи о своей горькой судьбине и радостные реляции о своих премьерах и великих планах на будущее. Мы должны попросить тех, у кого есть аккаунты в других соцсетях (у меня, увы, нет) по возможности сделать то же самое и по возможности распространять этот призыв.
Олег Сенцов во всех социальных сетях России. Беспрерывно и назойливо. Пусть хотя бы в узком сегменте нашей он-лайн жизни это станет основной повесткой дня.
Мы не можем того, сего, пятого, десятого.
Но хотя бы этот гигиенический нравственный минимум мы можем и обязаны соблюсти.
#FreeSentsov

Олег Козырев:

Сенцов, как и все украинские политзэки, должен быть освобожден. Необходимо освободить и всех крымских татар, притесняемых сегодня за веру, национальность и убеждения.
Я осознаю, что режиму плевать на мой голос, на тысячи других голосов. Но я прошу вас, мои друзья, мои соотечественники, не молчите
Хотя бы в своих блогах, соцсетях, своим друзьям и знакомым говорите

Ольга Вайсбейн:

До 18-ти лет я была этакой мечтательной тургеневской девушкой и жила в капсуле. Там было очень уютно. Вокруг были друзья, книги, поклонники. Бредила театром и прочим искусством. Советскую власть скорее не замечала, чем не любила, она существовала параллельно моему идеальному миру, никак с ним не пересекаясь и ничем его не нарушая. А потом случился август 1968, наши танки вошли в Чехословакию. Но и этот факт прошел мимо меня. Одобрения не вызвал потому, что я не смотрела телевизор и была недосягаема для советской пропаганды, но и протеста тоже в силу моей чудовищной инфантильности и абсолютной социальной неразвитости. Не знаю, сколько бы еще продолжалась эта позорная спячка, если бы однажды моя новая подруга Лена Варгафтик, которая была намного старше меня, случайно не упомянула в разговоре демонстрацию на Красной площади, назвав имена Павла Литвинова, Ларисы Богораз, Натальи Горбаневской и проч. И когда она обнаружила, что я вообще ничего про это не слышала, она не стала возмущаться, обличать меня, а просто очень спокойно, но твердо сказала, что не сможет со мной дальше общаться, если я и впредь буду позволять себе не знать подобных вещей. И я, испытав острое чувство стыда, в одночасье проснулась. Были прочитаны тонны самиздата, ухо не отлипало от вражеских голосов. Потом знакомство и дружба с Львом Зиновьевичем Копелевым, его женой Раисой Давыдовной Орловой и их ближним кругом, друзья-иностранцы. В общем, пошло-поехало… Стала ли я благополучней от этого знания? Вряд ли. Счастливей? Наверняка. Ведь благодаря ему я обрела таких замечательных друзей. Принесла ли моя осведомленность о всех преступлениях советского режима какую-то практическую пользу хоть одному человеку? Вряд ли. Тем не менее с того самого разговора с подругой я не могу не знать и не считаю это правильным.
Все это мне вспомнилось сегодня, когда на странице Юлии Ауг я увидела коммент одного человека, спросившего, почему Сенцов голодает. Это был не тролль, не ватник, человек, судя по всему воспитанный и приличный. На вопрос Юли, знает ли он, кто такой Сенцов, за что сидит и пр. он ответил отрицательно, но сказал, что теперь обязательно постарается узнать. И после этого я подумала, что была глубоко неправа, написав свой коммент к посту Марины Давыдовой, в котором выразила сомнение в целесообразности наших фейсбучных воплей в отсутствие реальных действий. Я не учла того простого факта, что огромная часть нашего народонаселения, и далеко не всегда худшая его часть, просто действительно ничего не знает! Ведь по зомбоящику про это не говорят, радио мало кто слушает, а чтобы что-то найти в сети, надо как минимум знать, что искать. Поэтому те, кто знает, просто обязаны распространять информацию. Потому что свобода лучше, чем не свобода, а просвещение лучше, чем невежество. И любые преступления трудней совершать при дневном свете и скоплении народа, чем в темноте и безлюдье.

Андрей Лошак:

в 1986-м Анатолий Марченко объявил в тюрьме голодовку с требованием освободить всех политзэков. Через три месяца он умер. Политзэков освободили, еще через несколько лет режим рухнул. Нынешним чекистам не стоит забывать про эту историю

Игорь Эйдман:

Олега Сенцова часто сравнивают с Анатолием Марченко, погибшим в 1986 году в тюрьме в результате бессрочной голодовки с требованием освобождения всех советских политзаключенных.

Надо сказать, что случай Сенцова еще чудовищней. Марченко был советским гражданином, судимым по советским же преступным законам. Сенцов – украинский гражданин, похищенный на оккупированной территории карательными органами захватчиков. То есть человек просто жил у себя на родине в Украине, а потом из соседней страны пришли оккупанты, похитили его и увезли к себе в тюрьму, обвинив в сопротивлении оккупации. Это не только явное нарушение обязательств по соблюдению прав человека (как было в деле Марченко). Это очевидное преступление против элементарных норм международного права.

Марченко погиб. Сенцов (пока) жив. У нас еще есть шанс его спасти. 2 июня по всему миру будет проводиться акция в поддержку Олега Сенцова и других политзаключенных. В Берлине мы уже договорились ее поддержать. Призываю читающих этот текст провести акцию в своих городах.

Владимир Цвингли:

я, кажется, единственный раз в жизни писал письмо в тюрьму кому-то совсем незнакомому: мне показалось, что ему стоит знать историю другого режиссера Йылмаза Гюнея, который некогда бежал из турецкой тюрьмы и доснял фильм «Дорога», в 1982 году получивший золотую пальмовую ветвь (и это вполне шедевр, писал о нем тут как-то, но уже не найду). Ну, кроме того, был повод сказать добрые слова мужественному человеку. Из тогда же полученного ответа выяснилось, что Сенцов «Дорогу» тоже смотрел, а остальное пока совсем не совпадает.

О процессе Сенцова Елена Гремина в «Театре.doc» ставила спектакль «Война близко». Еще в «Театре.doc» были или есть спектакли о Магницком, мигрантах, геях, да и просто о мужчинах и женщинах. А уже снятый с показа спектакль о «болотном деле», поставленный той же Греминой, входит в мой личный топ: четыре актера, которые по кругу передают реплики персонажей и практически сливаются в хор, на протяжении всего действия по одному доставая из пакета леденцы и разворачивая у каждого обертку (это вполне реалистическая деталь – иначе передачи не принимают), создают эффект настоящего транса. 1 апреля умер драматург Михаил Угаров – худрук театра и муж Греминой, а 16 мая – и Гремина. Это, конечно, «жили вместе и умерли в один день», но это была такая жизнь в борьбе, и сейчас театр вроде бы третий раз съезжает из своего помещения и пока что в никуда, а все темы самых мрачных постановок «дока» остаются в силе.

Док – это хронологически второй театр, который меня действительно смог впечатлить и увлечь, а первый – «Гоголь-центр», и сегодня ровно год со дня обысков там.

Это, в общем, то, что происходит с волнующей меня культурой весной 2018 года.

Алёна Солнцева:

Что я хочу у вас спросить…
Вот у меня почти 6 тысяч подписчиков, ну понятно, что из них 5 тысяч не заглядывают сюда, но положим, человек пятьсот, ну или триста могут видеть пост. Да хоть и меньше, цифры не так важны.
В моей ленте человек пять пишут про Олега Сенцова, про его голодовку, про то, что надо всем миром его защитить. Ну еще десять- двадцать подписывали письма, это я из тех, про кого знаю.
А теперь, внимание, я серьезно хотела бы знать — почему нас не слишком волнует судьба Сенцова? Напишите , пожалуйста, как вы думаете, какие у вас объяснения?
Понятно, что большинству , в общем, это безразлично, причем не только в Москве, но и на родине режиссера, хотя впрочем, ему насильственно родину поменяли, в том то и штука был украинец, а потом — бац, россиянин..
То есть, человеку дали 20 лет за то, что он то ли поджог крыльцо отделения Единой России и еще какой-то партии, то ли за то, что собирался — или готовился , или мог готовиться — взорвать памятник Ленину. В составе группы террористов, где кроме режиссера был педагог из института культуры, сотрудник прокуратуры и анархист- антифашист. И было бы это смешно, если бы не — 20 лет строгого режима.

Нет, я понимаю, что у нас в стране у каждого в подкорке есть тема, что в тюрьме сидеть — это нормально. От сумы , да от тюрьмы…, и в тюрьме люди живут , а некоторым там вообще комфортней, чем на воле. Но вот не всем.
И кажется, Сенцов как-то устал сидеть, зубы начали крошится, волосы лезть, хотя отношение хорошее на Ямале к нему. Ну так вот вышло — Россия взяла себе Крым, а Сенцову достался Ямал. Или Ямалу — Сенцов. и не просто Ямал, а с колючей проволокой. И он решил, что погибать, так хоть с толком. И объявил голодовку, дескать, меня можете не выпускать, но моих товарищей, украинских политзаключенных, — отпустите. Это в сущности самоубийство, потому что ну кто отпустит, вы что, у нас же суд, он независимый, у нас закон. К тому же Олег Сенцов не написал, кого именно он требует отпустить. Официально у нас нет политзаключенных то. Некоторые считают, что речь идет о 64 человеках, большинство из которых крымские татары, но точно никто сказать не может.<…>

Тут, в ленте, одни активисты спрашивают, как вообще можно жить спокойно, пить, есть, гулять, когда рядом практически погибает человек. Я вот за себя отвечу, что вполне получается — мы знаем, что всегда же кто-то где-то страдает, у нас наросла мозоль . Я ем, и сплю, и голова занята текущими делами. Думаю, что не одна я такая. Изменить это не в нашей власти, и влияния нескольких , даже очень уважаемых человек , совершенно недостаточно для воздействия на тех, кто принимает такие решения, а громадному большинству — вот даже тут, в ФБ, где вроде бы люди с активной жизненной позицией, — это не интересно и не важно.
Но хотя бы помнить, хотя бы знать.

Марат Гельман:

у меня есть друзья и приятели, коллеги, из разных соображений сохраняющие лояльность режиму. Получающие от него награды и заказы, как-то себе это обьясняющие.
Я никому не судья, но вот если бы вам удалось сейчас помочь Сенцову, нашему коллеге, в какой-то мере эта ваша позиция стала бы оправданной.

Виктор Корб:

Вообще-то, сейчас все люди с остатками совести и чувства самосохранения должны резко изменить свои жизненные приоритеты и объединить все силы, чтобы спасти Олега Сенцова! Нельзя относиться к этому, как ко всем другим «инфоповодам»

На сайте «КиноСоюза» опубликовано заявление в поддержку Сенцова:

Мы, члены Киносоюза, всегда публично и последовательно выражали свою поддержку нашему коллеге, украинскому режиссеру Олегу Сенцову, осужденному в России на двадцать лет по очевидно политическому делу. Но события последних дней, когда он, объявив, по сути дела, бессрочную голодовку ради идеалов, которые для него важнее собственной жизни, показали, что он может пойти до конца.
“Смерть Сенцова станет позором для России” — точнее, чем сказано в заявлении членов ассоциации “Свободное слово”, сказать невозможно. Мы выражаем свое восхищение его мужеством и стойкостью духа. Мы требуем от руководства нашего государства сделать все необходимое, чтобы освободить Олега Сенцова и отправить его в государство, гражданином которого он является — в Украину.

Председатель КиноСоюза
Алексей Попогребский

Члены Правления:
Андрей Прошкин
Виталий Манский
Борис Хлебников
Марина Разбежкина
Олег Березин
Евгений Гиндилис
Андрей Плахов
Григорий Амнуэль
Алексей Федорченко
Рустам Ибрагимбеков
Валерий Тодоровский
Владимир Котт
Андрей Смирнов
Алексей Ханютин

Стоит, правда, добавить, что такая постановка вопроса корректной кажется не всем.

Евгений Ихлов

Я обожаю нашу либеральную интеллигенцию! (Путин стань как Брежнев)

Очень большая группа действительно очень уважаемых людей призвала власти спасти объявившего голодовку политзаключённого режиссёра Олега Геннадиевича Сенцова — освободить и отправить на Украину. (Механизм несложный и уже обкатанный — помилование при неофициальном обмене, допустим, на кавалера медали «За Крым» Вышинского).
Однако Сенцов голодает не за своё освобождение как два года назад Савченко, а за 64-х политзаключённых граждан Украины, две трети которых жители Крыма.
О целях Сенцова чётко сказано во первых строках обращения.

Таким образом, Путину предлагают быстро выйти из очень неприятной ситуации — как раз накануне Мундиаля и при обсуждении в США новой порции санкций — не меняя общего направления его политики.
Так было во время «разрядки» — перед важными переговорами Брежнев и Андропов выпускали известного диссидента, которому перед этим щедро отвесили лет 7-10 лагерей и ссылок. Но сами преследования диссидентов не прекращались.
Мне не известно, кто именно продуманно решил не включать в обращение фразу о необходимости выполнить требование Сенцова об освобождении политзаключённых, или изъял её из первой версии текста, но поступил он постыдно.
Хотя я понимаю логику: теория «малых дел» в действии — пусть хоть одного отпустят, в целом же изменить ведь нельзя ничего…

Но это перечёркивает весь подвиг Олега Геннадиевича, который ведь осознанно приносит себя в жертву во имя всех соотечественников!

Кто-то пытается понять, как Сенцову помогает Украина.

Ксения Ларина:

Вот ищу по украинским СМИ информацию о том , как украинские граждане реагируют на голодовку Сенцова..
Конечно, есть родные политзаключённых, есть правозащитники и гражданские активисты. Но по большому счету судьба попавших в русские тюрьмы соотечественников мало кого в Украине интересует: никаких массовых гражданских акций , никаких радикальных заявлений и действий со стороны власти. И вообще все пугающе похоже на Россию. И равнодушие граждан, и молчание власти.

Сегодня утром у здания посольства РФ в Киеве прошла акция. В ней приняли участие несколько десятков активистов. Они раздали листовки и положили у дверей посольства 64 булочки с человеческими фигурками (по числу украинских политзаключённых в России).

22 мая несколько десятков (около 50-ти человек) пришли к администрации президента Порошенко на акцию «Хватит сидеть!».
Лозунг этот звучит двусмысленно — поскольку его можно трактовать не только как призыв к освобождению украинских заключённых в России и в Крыму, но и как призыв к украинским политикам поднять свои задницы и уже делать что-нибудь.

Конечно, в Киеве нет понятия «несогласованные акции» , и граждане там,действительно, могут выходить на митинги мирно и без оружия. Однако, есть и весьма очевидные аналогии : до здания администрации митингующих не допустили, так подъезд к ней был перекрыт «в связи с визитом президента Эстонии». А ещё по каким-то причинам участникам запретили пользоваться усилителями звука.

Вот несколько цитат от информационного сайта LB.ua , который освещал акцию.

Отец политзаключенного Валентина Выговского:
«Я хочу попросить об освобождении моего сына. И я ,конечно, не хотел бы, чтобы Олег Сенцов шел на такие действия ради освобождения моего сына и других заключенных. Мы требуем от власти активного участия в их освобождении. Но, судя по всему, это уже бесполезно. Я хочу попросить каждого украинца быть активнее, потому, что на месте наших родных может оказаться каждый”

Правозащитник Максим Буткевич: «За годы протестов и акций в поддержку Сенцова и Кольченко, мы надеемся на лучшее, но рассчитываем на худшее… Мы понимаем, что часть дипломатической работы действительно происходит в тени, но мы хотим спросить, что делает власть для освобождения украинским политзаключенных?»

Правозащитница Мария Томак: “если с Сенцовым что-то случится, то ответственность будет нести не только Путин, но и Украина, которая очевидно недостаточно сделала для своих граждан”.

И ещё: за все это время президент Порошенко ни разу не встретился с родственниками заключённых.
И ещё: в Украине до сих пор нет ни одного специального органа, институции или человека, официально занимающегося проблемой политзаключённых в России и в Крыму. Помнится, Савченко все стремилась этим заняться.
В итоге на сегодняшний день в Украине только сестра Олега Сенцова Наталья Каплан бьет во все колокола и призывает международную общественность спасти жизнь ее брата и десятки осуждённых в России украинских граждан .

Иные надеются на «заграницу».

Ксения Собчак
Кто будет на Питерском экономическом форуме- вспомните о голодающем Олеге Сенцове и задавайте о нем вопрос спикерам. Пусть имя Сенцова звучит на Форуме.

Надя Толоконникова:

Мы хотели бы, чтобы президент Макрон задал президенту Путину вопрос о том, почему голодает Олег Сенцов, и настоятельно посоветовал президенту Путину освободить Олега Сенцова.

Жизнь Сенцова в опасности. Голодовка медленно убивает, особенно — голодовка в колонии.

Вопрос Путину прозвучал из уст французского журналиста во время совместной пресс-конференции с Макроном . И вот каков был ответ:

Знаете, что. Господин Сенцов задержан за подготовку к террористическим актам, а не за свою журналистскую деятельность. Меня в высшей степени удивляет, почему Вы, французский журналист, не задаетесь вопросом об ограничении деятельности журналистов на Украине.

Только что, совсем недавно, несколько дней назад задержан Ваш коллега, российский журналист. Ему предъявляются обвинения в государственной измене за его публичную позицию и за его работу именно в качестве журналиста. Почему-то его судьба Вас не интересует. Согласитесь, это странно.

Давайте внимательно относиться ко всем происходящим процессам в Европе – Восточной, Западной, на любых континентах.

Олег Пшеничный:

Путин французскому журналисту: «Сенцова повязали при подготовке теракта, а меня не повязали, и у тебя вроде всё тип-топ. Тебе чего, больше всех надо? Органы разберутся, ты там напиши в свой блокнотик, что всё путём и берега не теряй. Ну давай, привет Макарону, или как там его, покедова».

Василий Гатов:

По поводу Сенцова сердце разрывается, но, к сожалению, никакие публичные акции, даже если это будет просьба Макрона, Меркель и Терезы Мэй на коленях, ничего не изменят. По «персональным обидам» Путин признает только секретные переговоры, где «статусы» сторон относительно равны и можно жестко торговаться. В случае с Сенцовым, если меня не обманывает чутье, речь идет о существенно больших уступках, а совсем не о публичном давлении, к которому так или иначе прибег Макрон.
Тут даже Бута будет недостаточно, к сожалению.

  • Радио СвободаОригинал публикации – на сайте Радио Свобода

    Подписаться

Предыдущая Из пятиэтажки под Симферополем эвакуировали 25 человек (ВИДЕО)
Следующая После завершения газовых контрактов с Россией Украина должна оставаться важным транзитером – Еврокомиссия

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

десять + 15 =