«Партия Шария», Штепа, ОПЗЖ: чем удивили местные выборы на Донбассе?


По экзит-полам Неля Штепа выходит во второй тур мэрских выборов в Славянске. В противовес Славянский теризбирком сообщает, что во втором туре с Вадимом Ляхом будет соревноваться не она, а Павел Придворов, представитель ОПЗЖ. «Партия Шария» заняла третье место в горсовете Мариуполя, а менеджер Рината Ахметова Вадим Бойченко снова возглавит этот город после первого тура. Об этом говорят данные экзит-полов от группы «Рейтинг» и аналитического бюро «Система» по местным выборам на Донбассе 25 октября.

Какие неожиданности показало голосование на Донбассе? Почему Донецкая область – аутсайдер в Украине по явке? И чем прифронтовые области отличаются в политических трендах от остальной Украины?

Об этом в эфире Радио Донбасс.Реалии говорили координатор движения «Сильні громади» Валентин Красноперов и журналист из Мариуполя, главный редактор городского сайта «0629» Анна Мурлыкина .

– Для вас было что-то неожиданное по обнародованным результатам экзит-полов в Донецкой области?

Валентин Красноперов: Не было. 4% разницы от общей явки по Украине – это не такой большой отрыв, учитывая, что областных выборов не было. Есть такая специфика: чем больше субъектов выбора, тем больше явка. К примеру, на 208-м округе, где происходит драка между кандидатами «Слуги народа» и Ляшко, вообще явка 50% – одна из крупнейших в Украине. То есть идёт увеличение мультипликативности явки.

Надо понимать, что Covid интенсивно проходится по Донецкой области, это – один из основных факторов уменьшения явки на выборах. Ну и немножечко меньшая явка, но не колоссально, все же наблюдается после начала войны. Но критической разницы между всей Украиной и Донецкой областью я не вижу.

– Явка по всей Украине, если сравнивать с предыдущими местными выборами 2015 года, упала аж на 10%.

Валентин Красноперов: Это нормально. В Украине падает явка примерно с 2005, 2006 года. Я считаю, что этот момент тоже связан с процессом демократизации, потому что раньше выборы шли впайку с парламентскими, и были высокие рейтинги: сейчас это отдельно местные выборы. Если мы возьмём западноевропейские выборы и центрально-восточную Европу, там тоже явка 25-35%. По Португалии – 10%.

Валентин Красноперов

– Анна, какие ваши наблюдения по прошедшим выборам в Мариуполе? Вадим Бойченко, согласно экзит-поллам социологической группы «Рейтинг», возглавит город уже после 1-го тура. У него – почти 70%. Для вас это не новость?

Анна Мурлыкина: Это абсолютно ожидаемый результат. Никто не сомневался в победе действующего городского головы уже в первом туре. Нас намного больше удивили результаты партийных списков, в частности вероятное (поскольку окончательных результатов ещё нет) вхождение «Партии Шария» в городской совет. Это действительно стало сюрпризом.

Мы сегодня выходили на улицы и задавали людям вопрос: «Почему вы не пошли на выборы?» Не встречали ответов, что это связанно с войной. Я думаю, что пассивность связанна, во-первых, с тем, что местные выборы всегда вызывают меньший интерес (это традиционно наблюдается из года в год). Люди ещё не успели понять, насколько они важны сейчас, в условиях децентрализации, новых полномочий, который получают местные советы. Второй фактор – коронавирус: он просто шандарахнул по Мариуполю последние буквально три недели настолько, что люди действительно испугались.

Анна Мурлыкина

– Говорят, что один из трендов местных выборов, что именно местные силы получают поддержку населения. У вас есть партия «Сила людей», которая борется за экологию в городе. По экзит-полам, она не проходит в горсовет. Как думаете, почему?

Анна Мурлыкина: Есть два экзит-пола: по одному они проходят, по второму – нет. Мы связывались со штабом партии: по их данным, они пока что держаться на уровне 5,5% – примерно 90% обработанных протоколов они получили от своих наблюдателей.

Я считаю, что несколько факторов сработали, из-за которых ребята не получили большой поддержки. Первый и наиважнейший – планомерное уничтожение репутации партии действующей властью в Мариуполе. Было запущено несколько кампаний по дискредитации лидера партии «Сила людей». Участие Максима Бородина в проекте «Новые лидеры» было вначале 2019 года, люди уже о нём забыли. А у партии нет такого финансового ресурса, как у Медведчука или Рината Ахметова, чтобы запускать дорогостоящую рекламу в Мариупольских медиа.

Они не присутствовали в телеканалах, их не было на билбордах, на сайтах. Просто у них не было на это денег и единственный человеческий ресурс, который они использовали, это палатки и face to face. Этого оказалось недостаточно.

На самом деле, Мариупольский городской совет очень потеряет, если там не будет представлено вообще никакой достойной, конструктивной, демократической позиции. Я просто не представляю, кто будет противостоять в мэрии ОПЗЖ, Шарию в случае, если «Сила людей» не пройдёт.

– Насколько «Партия Шария» будет как политическая сила влиятельна в горсовете? Может ли такая первая победа проекта блогера Шария стать таким психологическим рубежом, после которого партия может усилить свой авторитет, результат на возможных досрочных парламентских выборах?

Валентин Красноперов: Есть позитив в том, что она не смогла пробиться больше, чем на юг. В частности, ей предсказали взятия 5–6% в Киеве, этого не произошло.

Есть концепция потолка в ОПЗЖ: это примерно 15–17% по Украине – больше не может быть. Но есть другая проблема – это проски-политические силы. В частности Пальчевский подозревается в этом, Шарий: человек не выступает против российского дискурса, не опасен для Кремля, ведёт себя в достаточно манипулятивной форме с ноткой конспирологии «я все знаю» (если мы говорим о YouTube и других формах интернет-коммуникации, это заходит молодежи): и этот проект по чуть-чуть срабатывает.

Но я не думаю, что угроза национального Шария такова, мне кажется, она преувеличена. Но и в ОПЗЖ, и в Шария задача другая – максимальное взятие большого количества в горсоветах Донецка, Луганска, Запорожской, Николаевской, Херсонской, Одесской областей – так называемая подкова юго-востока, чтобы потом начать играть через горсоветы. Это не о национальных темах, а о местных. Поэтому здесь важно и дальше разделять местные выборы и национальные.

Несмотря на то, что Шарий и ОПЗЖ взяли много, они не получили практически нигде большинства, они не взяли нигде должности мэров, в Донецкой и Луганской области в частности. На сегодня в ОПЗЖ выбита практически региональная повестка развития. И ОПЗЖ, и Шарий могут только играть в теме, кто неправильно что-то говорит или как мы идём в Россию – это будет иметь поддержку, к этому надо относиться серьёзно, но преувеличивать здесь влияние не надо.

Поэтому на национальном уровне я бы боялся больше ОПЗЖ, Шария бы не боялся. А на местных выборах надо действительно делать всё возможное, чтобы они не брали большинство.

– Говорит ли подавляющее преимущество действующего мэра в Мариуполе о том, что он аффилирован с Ринатом Ахметовым? Многие голосуют, наверное, за него, потому что «Метинвест» – градообразующее предприятие…

Анна Мурлыкина: А вот и нет. Думаю, что люди поддержали Бойченка, потому что реально видят перемены в Мариуполе за последние 5 лет. Те, кто был в Мариуполе, даже год назад, не узнают город: он меняется постоянно. Это то, что зримо, что нравится людям, потому что создаются красивые места-магниты, в которых просто приятно гулять.

Ещё 5 лет назад центр Мариуполя был просто пустыней после 10 часов вечера, там не было никого. Сегодня он гудит, как улей – это жизнь, которую я раньше видела только в Харькове и в Киеве. Думаю, что высокая поддержка мэра – это как раз оно.

Он и не отрицает, что аффилирован с «Метинвестом». Его жена получила там работу в 2015 году, когда Бойченко оставил свой пост и был избран городским головой. Сегодня её зарплата составляет примерно миллион гривен в месяц, и я думаю, что это – та официальная плата Рината Ахметова за работу городского головы Вадима Бойченка. Это абсолютно открытая информация.

Есть история о зависимости мэра от Ахметова и «Метинвеста», и она абсолютно открытая. И мы это реально оцениваем, это риски, с которыми связанно зависание экологии в городе. Я считаю, что пока у нас команда Ахметова стоит у руля, мы не имеем шансов на разрешение этой проблемы.

И есть другая сторона: градоначальник, который получает столько денег, сколько ему хватает на жизнь, чтобы не чувствовать себя ущемлённым ни в чём, и это позволяет ему не думать о коррупционных схемах, которые были раньше, а работать на благоустройство города. Насколько я понимаю, у него есть задача от его условного работодателя Рината Ахметова превратить Мариуполь во второй Донецк, а может, и лучше Донецка. Именно эту задачу он и реализовывает. И она – в интересах громады Мариуполя.

Тут нет хорошего и плохого, чёрного и белого, есть двусмыслие, и людям приходится в настоящее время выбирать между меньшим и большим злом. Для меня совершенно очевидно, что большее зло – это Медведчук и угрозы, которые несут его люди.

Списки ОПЗЖ, которые заходят в горсоветы – это герои наших антикоррупционных расследований, которые мы проводили в Мариуполе. Я не думаю, что они идут в горсовет, чтобы переподчинить восток Украины России, вернуть его в российский протекторат и сделать колонию. Думаю, они идут в городской совет, чтобы вернуть схемы и потоки. И это особенно привлекательно, учитывая финансовые возможности, которые получает регион вместе с децентрализацией.

Предыдущая Италия вновь ввела ограничения из-за коронавируса
Следующая В крымских водохранилищах вода продолжает убывать, реки высыхают (+фото)

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *