Пять лет в одиночной камере. История украинца в кировской тюрьме


В 2014 году гражданин Украины, активист Майдана Валентин Выговский был задержан сотрудниками ФСБ в Крыму. Ему были предъявлены обвинения в сборе и передаче представителю Китая секретной информации о двигателе самолета боевой авиации РФ. Во время следствия Выговский дал признательные показания, однако на суде заявил, что оговорил себя под пытками. Корреспондент Idel.Реалии встретилась с Выговским в колонии.

В 2015 году Московский областной суд признал Валентина Выговского виновным в шпионаже (ст. 276 УКРФ) и назначил ему наказание в виде 11 лет лишения свободы.

С тех пор украинец уже семь лет находится в российских тюрьмах и колониях, последние пять лет — в Исправительной Колонии №11 в Кирово-Чепецком районе Кировской области. Почти все это время Выговский содержится в условиях одиночного заключения в Помещении Крытой Тюрьмы (ПКТ). Как «злостный нарушитель» заключенный лишён не только свиданий, но даже телефонных переговоров с родными. Во время встречи с правозащитниками 37-летний Валентин Выговский сообщил о своём намерении с 10 июня объявить голодовку с требованием освобождения всех украинских политзаключенных в российских тюрьмах.

Валентина Выговского среди других заключённых я узнаю сразу. Он мало изменился по сравнению с прежними фотографиями, только сильно осунулся и похудел. На нем темная роба с белой полосой — обычная форма одежды для заключенных в российских колониях строгого режима. У Валентина бледное изможденное лицо «узника подземелья» и покрасневшие глаза, в которых застыли гнев и тоска. Во время встречи с членами ОНК присутствуют сотрудники ФСИН, однако это никого не смущает. Валентин Выговский без стеснения и страха рассказывает о том, что ему довелось пережить.

Валентин Выговский на Майдане. Фото предоставлено родственниками осужденного

— Я уже почти пять лет сижу в бетонном подвале! — гневно рассказывает узник. — Обычно заключенный сидит в ПКТ не больше полугода, а я — пять лет! Каждый раз мне продляют наказание за всевозможные мнимые нарушения. Например, после прогулки предлагают веник и лопату, чтобы «прибраться». А когда я отказываюсь, так как я поклялся, что палец о палец не ударю в этой стране, мне пишут новое нарушение! И я опять сижу в каменном мешке! Не имею права даже поговорить по телефону, не слышу родных голосов! Причем я уверен, что это делает не местная администрация, к ней у меня особых претензий нет. Я думаю, это негласное указание ФСБ — держать меня в одиночке подальше от других заключенных, запереть от всего мира, чтобы я скорее с ума сошел!

— Может быть, кто-то опасается, что если вас перевести в общий отряд, между вами и другими заключенными возникнут конфликты?

— Да я знаю, что среди осужденных есть откровенные «путинисты». Но я не думаю, что мы будем ссориться из-за политических взглядов или ко мне возникнут претензии из-за того, что я такой страшный «шпион». Кто-то сидит по статье за шпионаж, кто-то за наркотики, а кто-то за убийство и даже за людоедство. Это же колония строгого режима, здесь особый контингент.

Но у заключенных не принято относится друг к другу, руководствуясь приговором суда. Все же понимают, что приговор может быть несправедливым. В нашей колонии, к примеру, сидят таджики и другие жители мусульманских республик. Так у них статья — «терроризм». Но я сильно сомневаюсь, что они действительно террористы. Скорее всего, какой-то товарищ из ФСБ захотел повышения по службе и сфабриковал громкое уголовное дело, а признательные показания получил под пытками. Так было и моем случае.

— Вас пытали?

— Меня избивали несколько дней на Лубянке, а потом началось что-то вообще невообразимое. Вывезли в лес, поставили на колени, надели мешок на голову и начали стрелять, как бы имитируя расстрел.

— После этого вы дали признательные показания?

— Да, я вынужден был подписать. Тогда я еще своей жизнью дорожил, надеялся, что меня освободят, обменяют, а сейчас такое равнодушие на душе… Все равно, что с тобой будет. У меня лучшие годы прошли здесь.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: «У них сильный стержень внутренней свободы»

— Как проходит ваш день в помещении камерного типа?

— Ну, встаёшь, выносишь свой матрас, потом сидишь целый день на лавке. В камере обычно холодно, зимой пальцы замерзают, когда пишешь письмо. Я в основном читаю. Книги, журналы, газеты, письма родных. Недавно вот в журнале «Дилетант» прочитал статью об академике Сахарове. Я раньше не знал, какой замечательный это был человек, просто настоящий герой! Мне он показался очень близким, ведь я тоже «технарь», и тоже боролся за свободу, а теперь оказался в тюрьме. Ну что дальше? Прогулка, гуляю вместе с другими заключенными, но говорить мне с ними запрещено, только если тайно, чтобы тюремщики не заметили. Все остальное время я могу общаться только с бетонной стенкой. Даже радио у меня в камере не работает, точнее его еле слышно.

— Как еда в колонии?

— Я бы сказал, что есть эту еду можно, но получить удовольствие от такой пищи нельзя. Обычно дают кашу на завтрак, суп с капустными листьями на обед, ну такая баланда тюремная, порой, что-то в виде мяса там плавает. Родные посылают мне деньги на счет, чтобы я мог что-нибудь купить в лагерном магазине, но я прошу их больше этого не делать, так как эти деньги все равно снимают на оплату штрафов за всевозможные «нарушения».

— Вы отказываетесь работать?

— Я бы с удовольствием работал, например, на компьютере, так как я окончил Киевский политехнический институт по специальности «электроника». Киевский политех считается одним из лучших в мире. Но меня не только к компьютеру, но даже к телефону не допускают. Очевидно, тюремщики опасаются, что я какие-то сведения кому-то передам, ведь я такой опасный «шпион»! А выполнять грязную неквалифицированную работу, например, мести полы или собирать какие-то железяки, я категорически не согласен.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: Теймур Абдуллаев. Незабытый в ШИЗО

— Как медицинское обслуживание в колонии?

— По минимуму. Приходишь в мед кабинет, тебе измеряют рост, вес, давление, температуру, если есть температура, могут дать аспирин. Мне повезло, что я молодой и здоровый, мне медицина не нужна. А вот те, кто страдает хроническими заболеваниями, им плохо приходится. Я не пью и не курю, всегда занимался спортом, но зарядку по приказу делать мне не хочется. Это еще одно мое «нарушение».

— Сейчас к вам или другим заключенным применяют «методы физического воздействия»?

— Нет, такого не было. Сейчас если хотят кого-то побить, то делают это не здесь, а увозят к Бибику. ( Александр Бибик — начальник колонии строгого режима №6 в Кировской области. Колония известна среди заключенных «пыточными условиями» — ред).

А там уже силами активистов, которые сотрудничают с администрацией, любого дерзкого заставят быть покладистым. Какие методы там применяются вам лучше не знать.

— Вы не боитесь попасть к Бибику?

— Меня пытали на Лубянке, меня даже расстреливали, я все прошел, меня этим не удивишь. Я пять лет сижу в бетонном подвале. Я уже ничего не боюсь и ничего не жду от жизни. И, честно вам скажу, у меня возникают суицидальные мысли. Я не буду здесь сидеть до 2025 года.

— Простите, как возможно самоубийство в условиях тюрьмы?

— Вы знаете, все возможно. Можно и лезвие достать. Как именно, я вам рассказывать при сотрудниках не буду.

— Вы разговаривали с психологом?

— Да, но это ничего не дает. У тюремных психологов очень низкая квалификация.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: «Бесчеловечные условия». Свидетельство о белорусских тюрьмах

— Как вы думаете, современная российская тюрьма продолжает традиции ГУЛАГа?

— Для сотрудников ФСИН заключенные — это не люди, так, человеческая биомасса, немного лучше скотины. Каждый день тебя унижают, каждый день тебе внушают, что ты здесь никто. Путинский режим унаследовал традиции и приемы сталинского режима. Неслучайно, в соседнем Лечебно-Исправительном Учреждении №12, где я недавно был, в одном из кабинетов открыто висит портрет Сталина. В ВятЛаге сидел мой дед Степан Александрович, он воевал и дошел до Берлина в составе отдельного саперного батальона. После войны его арестовали за то, что был на оккупированной территории, объявили «врагом народа» и сослали в ВятЛаг. Он сидел там четыре года, вплоть до смерти Сталина. А теперь я тоже сижу в Кировской области, можно сказать в том же ВятЛаге.

— Что вы знаете о событиях на воле?

— Знаю, что прошли митинги за Алексея Навального, была большая движуха, это здорово! Знаю, что сам Навальный сейчас тоже сидит в колонии строгого режима, и что он много крови попортил Путину, и это тоже здорово! Навальный — парень с яйцами, так я вам скажу! Рано или поздно и в России будет революция. Я думаю, что Россия как пирог, будет крошиться по окраинам, один кусок оторвется, за ним другой. И эти «оторвавшиеся» территории построят свои демократические государства, как это сделала Украина.

— Вы намерены объявить голодовку?

— Да, с 10 июня, если ничего не изменится, я намерен объявить голодовку с требованием освобождения всех украинских заключенных в российских застенках.

— Что бы вам хотелось передать на волю?

— Передайте всем: или меня освободят, или я уйду на Родину «небесным экспрессом»!

Крым, читай нас в Google News Подписаться

Согласно данным украинских правозащитников, в российских тюрьмах остаются 99 политзаключенных из Украины и Крыма. Последний обмен между Россией и Украиной прошел в сентябре 2019 года. Во время него был освобожден режиссер Олег Сенцов , приговоренный к 20 годам лишения свободы по обвинению в терроризме и другие украинские граждане. Накануне обмена Сенцов тоже объявлял бессрочную голодовку.

Правозащитный центр «Мемориал» обнаружил в деле Валентина Выговского признаки фальсификации и пришёл к выводу, что лишение свободы было применено по политическим мотивам в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Международным пактом о гражданских и политических правах. Об этом Idel.Реалии рассказала правозащитник, журналист, руководитель общественной организации «Русь сидящая» Ольга Романова .

Сергей Шаров-Делоне и Ольга Романова

— Валентин Выговский имеет статус политического заключенного, и отношение к нему российской пенитенциарной системы может быть предвзятым. Валентин Выговский около пяти лет содержится в ПКТ — помещени камерного типа, это, если говорить обычным гражданским языком, тюрьма в тюрьме. Выговский осуждён к 11 годам строгого режима. Однако ПКТ — это режим, чьи ограничения существенно серьезнее и строже режима, определённого для Выговского судом России. Причём никакого решения суд для помещения осужденного в ПКТ не нужно (насколько мне известно, Конституционный суд в ближайшее время будет рассматривать на соответствие законам России подобное внесудебное ухудшение условий для осужденных). Что такое ПКТ? Это — камера. Обстановка скудная: откидные койки (днем они прикрепляются к стене), привинченный к полу стол и скамейка, решётки на окнах, лампах и батареях, санузел за перегородкой. Ничего из личных вещей и продуктов брать с собой не разрешается (кроме зубной щетки). Положены прогулки — полтора часа в сутки, бюджет расходов — до 5 тысяч рублей ежемесячно. Разрешается одно краткосрочное свидание, одна посылка (или передача) и одна бандероль раз в полгода. Как правило, осужденных женщин помещают в ПКТ не более, чем на три месяца, а мужчин — не более, чем на полгода, — говорит Ольга Романова.

— За что? За нарушения. Они могут быть самыми разнообразными, как серьезными, так и нет. Как существующими, так и выдуманными. Не поздоровался, не застегнул пуговицу, или нашли мобильник или бутылку водки. В ПКТ можно попасть и за то, что четвертый раз за день не поздоровался с офицером или просто не увидел его, и действительно за серьезные нарушения — например, за драку. Для наложения взыскания не нужны ни свидетельства, ни разбирательства. Статьи 117 и 118 Уголовно-исполнительного кодекса (про взыскания и наказания) сформулированы так расплывчато, что под них можно подвести всё, что угодно, — продолжает Ольга Романова.

Глава организации «Русь Сидящая» видит один выход из этой ситуации — подавать в суд. По словам Романовой, надо пройти полный цикл и обжаловать отказы. Правозащитница не верит в положительное решение российских судов, но кассация откроет путь в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Предыдущая В Крыму рассказали сколько можно вылавливать рыбы
Следующая К «Крымской платформе» присоединятся около 100 стран — Мустафа Джемилев

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *