«Режим все равно развалится, причем мгновенно». Беларусь накануне годовщины протестов


Информационные ресурсы телеканала «Белсат» признаны экстремистскими. Такое решение принял 27 июля суд Железнодорожного района Гомеля. Пресс-служба МВД Беларуси предупреждает, что распространение информации из экстремистских источников влечет за собой административную ответственность с наказанием в виде штрафа или ареста.

«Белсат» – польский спутниковый телеканал на белорусском языке. Он был создан в 2007 году и считает себя первым независимым телеканалом, работающим в Беларуси. Канал активно освещал протесты, которые начались в Беларуси после выборов президента в августе 2020 года.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: запустили обновленное новостное приложение

16 июля сотрудники правоохранительных органов пришли с обыском к журналистам «Белсат» Павлу Можейко, Анне Галета, Галине Абакунчик, Кристине Чернявской, Алексею Кайрису, ведущему программы «Каждый из нас» и основателю курсов «Мова нанова» Глебу Лободенко, гомельскому корреспонденту телеканала Евгению Меркису, Игорю Ильяшу. За месяц до этого, 21 мая, в студии «Белсат» прошел обыск: тогда были задержаны технические сотрудники. В студии шла подготовка к ток-шоу «Каждый из нас».

Журналисты телеканала «Белсат»

Еще раньше, 18 февраля, суд в Минске приговорил к двум годам колонии журналисток канала «Белсат» Катерину Андрееву (Бахвалову) и Дарью Чульцову за стрим с акции протеста 15 ноября. Их обвинили в организации грубого нарушения общественного порядка.

https://www.facebook.com/radiosvoboda/videos/426132285290661/

О том, как «Белсат» собирается работать в новом статусе, Радио Свобода рассказал руководитель службы информации телеканала Алексей Дзикавицкий :

– Точной информации от властей у нас еще нет. У нас есть только часть этого письма, и там написано, что материалы канала признаны экстремистскими, а сам наш портал и телеканал экстремистскими вроде бы не признали. Хотя где-то внизу документа, может быть, это и есть, его еще надо нормально изучить. Что касается последствий, надо помнить, что почти за 14 лет своего существования у «Белсата» никогда не было хорошей жизни. Мы никогда не были аккредитованы, наших журналистов постоянно арестовывали, избивали, забирали аппаратуру. В конце концов, в феврале этого года двух наших журналисток – Катерину Андрееву и Дарью Чульцову – вообще посадили в тюрьму на два года. Поэтому это особо для нас ничего не меняет. Вопрос в том, что теперь будет еще тяжелее – люди будут опасаться распространять наши материалы, давать на них ссылки и так далее. Нужно также понимать, что сейчас в Беларуси абсолютное беззаконие на всех платформах. Люди, которые сейчас у власти в Беларуси, называют нас экстремистами, но они должны были бы назвать экстремистами себя. Потому что люди, которые работают на государство, сотнями и тысячами похищают граждан Беларуси, берут их в плен, содержат в камерах, пытают, дают огромные сроки и так далее. Это делают они, а не независимые СМИ. Поэтому экстремисты уж точно не мы. И в легитимности постановлений этих так называемых судов мы сомневаемся.

Алексей Дзикавицкий

– Почему режим Лукашенко стремится посадить или выдавить из страны журналистов? И помогут ли эти репрессии остановить деятельность СМИ по освещению событий в стране и действий режима Лукашенко?

– Я думаю, что эти люди, особенно главные предводители хунты, никак не могут понять, что народ их не любит. Сотни тысяч людей выходили на улицы протестовать, значит, кто виноват? Ну, наверное, виноваты айтишники, средний класс, они зажрались, и давайте начнем их душить. Они задушили всех активистов, смотрят – а их народ дальше не любит. Кто виноват? Ну, не может же народ так просто не любить, значит, виноваты средства массовой информации, которые показывают все по-другому, чем государственное телевидение. И теперь, видимо, они подумали, что если они уничтожат, закатают в асфальт все независимые СМИ, тут уж точно народ их сразу же полюбит. Что, конечно, полная глупость. Именно поэтому мы имеем дело с зачисткой всех независимых СМИ.

Журналист канала «Белсат» Игорь Ильяш после ареста

– Остаются ли у вас возможности и дальше освещать события в Беларуси?

– Такие возможности, естественно, остаются. Надо понимать, что в Беларуси уже давно, многие годы вся информация из провластных источников идет очень дозированно. Все засекречено, от Министерства обороны до Министерства лесной промышленности, или как оно там называется. Поэтому к информации из государственных учреждений у журналистов доступа особенно никогда не было. А что касается освещения протестов и преступлений режима, надо понимать, что, к счастью, мы живем в 2021 году, а не в 1991-м. Практически у каждого есть с собой смартфон, интернет пока еще в Беларуси от мировой сети не отключили, свой интернет не создан, поэтому мы получаем массу снимков, информации, видео и так далее. На такую общественную журналистику придется надеяться еще в большей степени.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: По пути ужесточения: выживет ли независимая журналистика в Беларуси

–​ Скоро протестам в Беларуси исполнится год. Каков ваш личный итог этого года? Чего добился режим, каковы настроения в обществе и что будет дальше?

– Этот год был, вне всяких сомнений, очень важным. Белорусский народ проснулся снова после 25 лет летаргического сна. Раньше между властями и обществом существовало такое странное соглашение: мы делаем, что хотим, а вам не мешаем жить и работать. Это социальное соглашение закончилось, и люди поняли, что, если даже они неплохо зарабатывают и могут путешествовать, это еще не все. Людям нужна свобода, а им плюют в лицо, украв выборы. Это пробуждение произошло, несмотря на все титанические усилия режима, чтобы это задушить, терроризируя своих граждан. Я не могу себе представить, насколько мощный ресурс есть у режима, сколько еще силовиков, которые могут выступать против собственного народа. Тем не менее то, что проснулось, можно задушить только на некоторое время. Рано или поздно режим все равно развалится, причем мгновенно. Но пока один из ключевых факторов – это постоянная финансовая помощь России. Если бы этой помощи не было, то и режима Лукашенко в Беларуси уже не было бы, – уверен журналист Алексей Дзикавицкий.

Владимир Путин и Александр Лукашенко

Ранее суд в Минске арестовал четырёх местных жителей на сроки от 13 до 28 суток за белые бумажные листы на окнах. 26-летнего Юрия Климошевского, 31-летнего Андрея Муравьёва, 32-летнего Дениса Куликова и 42-летнюю Майю Шатохину признали виновными в «нарушение порядка организации или проведения массовых мероприятий». Согласно материалам дела, обвиняемые «путём размещения на окне одного белого листа бумаги выражали свои политические интересы».

Первый день протестов в Минске – ночь на 10 августа 2020 года

https://www.facebook.com/radiosvoboda/videos/2676763482578349/

Скоро протестам в Беларуси исполнится год. Живущая в Минске писательница Евгения Пастернак , которая с самого начала поддерживала акции против режима Александра Лукашенко, предполагает, что новый виток преследований и давления на активистов, журналистов и в целом на гражданское общество может быть связан именно с этим – власти опасаются новых массовых протестов накануне годовщины:

– Сейчас они хотят напугать журналистов и активистов, чтобы все остальные сидели тихо. По-моему, они очень сильно боятся 9 августа, как годовщины выборов, и боятся народных волнений, выступлений. Им этого допустить нельзя категорически. Поэтому они делают все, чтобы люди боялись, снесли Телеграм с телефонов, ничего не читали, во дворе не встречались, друг с другом не разговаривали. Они хотят выдавить все протестные настроения, чтобы люди разговаривали шепотом на кухнях, как это было при Советском Союзе.

Евгения Пастернак

–​ Можно ли прикинуть масштабы, какая часть белорусского гражданского общества сидит, какая уезжает или планирует уехать, а какая еще остается и пытается бороться с режимом Лукашенко из подполья, если так можно выразиться?

– К сожалению, мы узнаем масштабы, только когда все это закончится и люди выйдут из подполья. На то оно и подполье, что мы не представляем его масштабы. На самом деле, самое страшное не то, что люди уезжают, а что люди боятся, есть эта огромная напуганная масса, и это очень грустно. Для меня это стало печальным подтверждением того, что террор реально работает. Когда мне осенью говорили: «Неужели ты не веришь, что это все можно заткнуть?» – глядя на людей, которые выходят на улицу, я говорила со стопроцентной, абсолютной уверенностью, что такое количество людей заткнуть невозможно. Но, оказывается, все возможно. Я это говорю абсолютно не в упрек людям, а к тому, что тупая физическая сила и планомерное запугивание действительно работают.

Новости без блокировки и цензуры! Установить приложение для iOS і Android.

–​ Как вы оцениваете настрой граждан Беларуси спустя почти год после начала протестов и беспрецедентного давления власти на гражданское общество?

– Все очень злые и раздраженные. Это очень напоминает котел, который кипит и у которого запаяна крышка. Еще чуть-чуть есть место для пара, но не много, и оно вот так подкипает, подкипает, подкипает. Ни о каком спокойствии и стабильности говорить нельзя. При этом на фоне всех этих диких репрессий и страха совершенно нет ощущения, что нас задавили. Постоянно внутри есть горящие торфяники. Ты видишь лица людей, разговариваешь с ними, и количество поддерживающих власть, естественно, не поменялось, оно как было год назад, ровно такое же и осталось. Я думаю, что даже оттуда есть перебежчики в наш лагерь – сделано слишком много ошибок, власть действует слишком топорно. Такое ощущение, что мы все ходим по горящему торфянику, и языки пламени прорываются то здесь, то там. И главное, ты никогда не знаешь, где грохнет в следующий момент.

Протесты в Минске, январь 2021 года

– Евгения, вы с самого начала поддерживаете эти протесты, активно об этом пишете в фейсбуке. Не боитесь ли вы, что за вами придут?

– Конечно, боюсь. Сейчас невозможно не бояться. Мало того, я не просто боюсь – я жду, я готова, для меня это абсолютно не будет неожиданностью. Я с этим давно уже смирилась. Оставаясь в стране, ты понимаешь, что тебя могут арестовать в любой момент, причем по любой статье. У нас же реальность очень сильно искаженная, и психика при этом малость у всех тоже трансформировалась. Потому что, когда ты понимаешь, что, если тебя берут на сутки, это очень хороший вариант. И хорошо бы не уголовка, и выносить из квартиры все красно-белое смысла не имеет, потому что придут со своим и все равно посадят, если надо. Конечно, во всем этом есть некая безысходность. На данный момент мой выбор – остаться в стране. Но это пока, потому что ситуация меняется очень быстро. Я знаю людей, которые утром говорили «я никуда не уеду», а вечером уезжали, у нас тут все очень зыбко и неровно. Тем не менее человеческая психика пластична, и мы тут живем, и бояться нон-стоп невозможно, иначе правда крыша едет. И ты как-то принимаешь эти правила игры: вот сейчас у нас ситуация такая, сейчас у нас так, забрать могут в любой момент, поэтому есть некий список вещей, есть какая-то техника безопасности дома, есть какая-то техника безопасности аккаунтов, телефонов, компьютеров, всего-всего-всего, и ты просто это все выполняешь. Конечно, потом, когда все это закончится, и мы будем оглядываться назад и думать о том, как мы здесь жили, у нас самих будут волосы дыбом вставать, потому что так жить нельзя.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: Артем Шрайбман после отъезда из Беларуси: «Репрессии идут по всем»

– Как вы думаете, чем все это закончится?

– Я думаю, это закончится тем, что система сожрет сама себя. Я не буду делать предсказаний, каким именно способом это произойдет, но закоротит у них внутри. Потому что у гражданского общества абсолютно связаны руки, и нет никаких надежд у меня на то, что в ближайшее время произойдет какой-то бунт, глобальный всплеск, который бы решил вопрос, поставил точку, парализовал страну. А внутри системы полный бардак, непонимание происходящего и глупость за глупостью. Потому что они просто боятся, они в панике, там нет специалистов, они не понимают, что они делают, и постоянно совершают ошибки. Какая-то из этих ошибок станет финальной, и эта ошибка может спровоцировать дальше какие-то народные волнения. Ну, или они тихо просто грохнутся внутри самих себя, устроят перестрелку между ведомствами, посмотрим, – говорит писательница Евгения Пастернак.

26 июля в Минске после 10 суток ареста были освобождены корреспонденты белорусской службы Радио Свобода. Инна Студзинская и Олег Груздилович вышли из изолятора на Окрестина в Минске. Журналисты сообщили, что они остаются подозреваемыми по неустановленному уголовному делу. В знак протеста Студзинская девять дней держала голодовку, Груздилович голодал три дня. 23 июля из изолятора выпустили ещё одного журналиста Радио Свобода Алеся Дащинского. Всех троих задержали 16 июля, после обыска в минском бюро медиакорпорации. Президент Радио Свободная Европа/Радио Свобода Джейми Флай называл преследование журналистов циничной попыткой белорусских властей взять под контроль все, что видят и слышат люди.

26 июля в Минске также был освобожден журналист телеканала «Белсат» Игорь Ильяш. Он провёл в изоляторе 10 дней. Ильяша подозревают в организации действий, грубо нарушающих общественный порядок.

Ни одному из журналистов официально не предъявлено обвинений.
Аккредитация Студзинской, Груздиловича и Дащинского была аннулирована в прошлом году, вскоре после президентских выборов. Победителем Центризбирком признал Александра Лукашенко. Оппозиция с этим не согласилась. В стране начались протесты. На них милиция и спецслужбы неоднократно задерживали репортёров, освещавших акции по заданиям редакций. На фоне протестов белорусские власти закрыли многие независимые СМИ и более 50 неправительственных организаций.

США и Евросоюз не признали Лукашенко легитимно избранным главой государства. Против Минска введено несколько пакетов международных санкций.

БОЛЬШЕ ПО ТЕМЕ: Александр Лукашенко в затяжном политическом пикеСайт заблокирован?
Обойдите блокировку!читать >Протесты в Беларуси: коротко о главном

Президентские выборы в Беларуси состоялись 9 августа 2020 года, на тот момент Александр Лукашенко уже 26 лет руководил страной.

Первые акции протеста начались еще до дня голосования – из-за арестов и недопуcка до участия в выборах оппозиционных кандидатов.

9 августа, в день президентских выборов, первые официальные экзит-полы сообщили, что, по их данным, Александр Лукашенко набрал почти 80% голосов, а Светлана Тихановская – меньше 7%.

В ответ на это в Минске и других городах Беларуси люди вышли на улицу, выражая недоверие к объявленным результатам.

Власти сразу прибегли к информационному блокированию протестов: ограничили интернет и мобильную связь, а вечером перестали работать новостные сайты.

ОМОН и внутренние войска начали разгонять протестующих водометами, слезоточивым газом и светошумовыми гранатами, а также, по сообщениям правозащитников, были выстрелы резиновыми пулями и даже из огнестрельного оружия.

По разным данным, силовики задержали в городах Беларуси до семи тысяч человек.

Задержанных унижали, угрожали им изнасилованием, били, удерживали их в нечеловеческих условиях, им не оказывали медицинскую помощь.

В ответ на применение силы 11 августа протестующие объявили общенациональную забастовку, к которой присоединились более 20 предприятий, среди них крупнейшие заводы – МАЗ и БелАЗ.

Власти прибегла к административному давлению на работников предприятий и бюджетников и начали устраивать «акции в поддержку» Александра Лукашенко.

Силовики изменили тактику – перестали разгонять акции и начали хватать людей на улицах в разных городах, пытаясь посеять страх.

Оппозиционерка Светлана Тихановская выехала в Литву.

8 августа оппозиция создала Координационный совет для трансфера власти, члены которого ведут переговоры с представителями руководства разных европейских стран.

23 сентября тайно состоялась инаугурация Александра Лукашенко.

США, ЕС, Великобритания и другие страны не признали результаты выборов и легитимность инаугурации Лукашенко.

Украинскую позицию озвучил глава МИД Дмитрий Кулеба , по его словам, «инаугурация» Лукашенко не делает его легитимным президентом Беларуси.

Великобритания, Канада, страны Балтии ввели санкции против Лукашенко и других официальных лиц, причастных к возможной фальсификации выборов президента Беларуси и жестокому подавлению акций протеста.

Сам Александр Лукашенко обвинения в фальсификации выборов и узурпации власти отрицает, он ищет поддержки у президента России Владимира Путина .

Между тем протесты продолжаются, а правозащитники говорят о 12 тысячах задержанных людей, по меньшей мере шестерых погибших и сотнях тяжело травмированных.

Предыдущая «Режим все равно развалится, причем мгновенно». Беларусь накануне годовщины протестов
Следующая «К черту уголь, хотим свободу!» Первая забастовка в системе ГУЛАГа

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *