«Шанс для народа уцелеть»: почему крымские татары выступают за создание национальной автономии


Каковы исторические истоки крымскотатарской автономии в Крыму? Почему этот вопрос важен для коренного народа полуострова? Может ли существовать национальная автономия в тоталитарной стране?

Об этом в Дневном шоу на Радио говорим с крымским историком, членом украинского ПЕН-клуба Гульнарой Бекировой .

– Какие процессы беспокоят вас сейчас в Крыму?

– Каждый день происходят очень страшные события в Крыму. Мы напряженно следим за событиями в Белогорске – просто фантасмагорический арест Ресуля Велиляева. Это чрезвычайно авторитетный человек в крымскотатарской среде, один из немногочисленных меценатов-крымских татар, который поддерживает деятелей культуры, искусство… Вы спросите, почему взяли на этот раз именно Ресуля? Мне кажется, речь идет о неком региональном давлении. Условно говоря, в Белогорске не нашли членов «Хизб ут-Тахрир» (организация, запрещенная на территории соседней России – КР). И историческая параллель: этот человек возглавляет фонд Бекира Чобан-заде – тоже чрезвычайно респектабельного человека. В 1937 году его тоже арестовали в санатории в Баку.

– Почему крымские татары говорят о том, что они – государственно-образующий этнос?

– Потому что более 340 лет у крымских татар была эта государственность, которая носила форму Крымского ханства. А потом, в 1783 году, состоялась первая аннексия Крыма Российской империей. Она имела трагические последствия для крымскотатарского народа, потому что за 150 лет крымские татары превратились в меньшинство на своей исторической родине. Только в 1917 году, когда крымские татары предприняли очередную попытку восстановить национальную государственность и пытались стать хозяевами на родине, они представили серьезную программу развития Крыма. Видимо, речь шла о неком федеративном устройстве по типу Швейцарии, но мы не читали протоколов. У нас нет на руках достаточного количества источников, чтобы это проанализировать. Но мы знаем, что конституция была и что она была демократичной, опиралась на достижения французских интеллектуалов. Потому что один из идеологов Курултая Джафер Сейдамет учился в Сорбонне, Номан Челебиджихан тоже очень много учился… Но тогдашние крымскотатарские интеллектуалы не устояли перед силой большевиков.

Гульнара Бекирова

– Мне кажется, то, что сегодня происходит с крымскотатарскими активистами, говорит о том, что в Крыму сейчас строят совершенно особый вид автономии. Такого больше на территории соседней России нет. Ни одна из российских республик не отличается таким агрессивным невосприятием коренного населения.

– Я думаю, так оно и есть. У крымских татар с 1921 года вплоть до депортации в 1944 году тоже была автономия в составе России. Крымские татары занимали очень важные, ответственные посты. Главой Центрального исполнительного комитета был Вели Ибраимов, главой республики был Осман Дерен-Айерлы… Кстати, репрессии с них и начались. И ничто не помешало тоталитарному режиму за несколько часов распорядиться судьбой крымских татар. Поэтому, когда мы говорим об автономиях или государственности таких малых этносов, мы должны понимать, что такой этнос должен развиваться в составе демократического государства. Никаких счастливых национальных автономий в составе авторитарных, а особенно тоталитарных режимов не бывает.

– Мне кажется, очень большой ошибкой является идея восстанавливать эту советскую автономию.

– Я тоже так считаю. Ничего восстанавливать не нужно, нужно строить новую автономию на новом историческом этапе. История никогда не повторяется буквально, в ней есть ответы только для тех людей, кто анализирует и современный исторический процесс.

– Здесь ведь очень важно добиться того, чтобы новая автономия не выглядела так декоративно, как советская. Расставить людей на должностях с «правильными» фамилиями – это очень просто. Но от депортации в результате не защищали ни партийные билеты, ни должности.

– Нам нужно разобраться в своей стране и попытаться наконец услышать крымских татар. Потому что для крымских татар всегда первым пунктом была борьба за возвращение (в Крым – КР), а вторым – борьба за восстановление государственности. Это было так же естественно, как дышать, как говорить… Для крымских татар это аксиома. Я надеюсь, что плачевная ситуация в Крыму скоро закончится, потому что это единственный шанс для крымскотатарского народа уцелеть.

(Текст подготовила Катерина Коваленко)

  • Виталий ПортниковКиевский журналист, обозреватель 

    portnikovv@rferl.org Подписаться

Предыдущая «Шанс для народа уцелеть»: почему крымские татары выступают за создание национальной автономии
Следующая Украинские компании выиграли суд против России из-за имущества в Крыму (видео)

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

12 + 11 =