The Economist: Независимая украинская церковь ‒ вызов Путину и «русскому миру»


Издание The Economist отмечает: ничто так не символизирует отдаление Украины от России, как кампания за независимую от Москвы церковь. А на страницах американской газеты The New York Times содержатся рассуждения о религиозном расколе между Россией и Украиной, его последствиях для других стран. В статье аналитического центра New Eastern Europe пишут, что несмотря на то, что огромное внимание сосредоточено на санкциях США и ЕС против России из-за ее действий в Украине, сам Киев не делает всего необходимого для поддержания этой политики.

The Economist отмечает: ничто так не символизирует отдаление Украины от России, как кампания за независимую украинскую церковь. Это возмущает российского президента Владимира Путина .

Путин часто повторяет утверждение, что, мол, Россия и Украина ‒ это «один народ», но аннексией Крыма и ведением войны на Донбассе он лишь оттолкнул своих соседей, отмечают авторы.

Ставки в этом вопросе огромны: для многих украинцев независимая церковь означает освобождение от орбиты Москвы. Президент Украины Петр Порошенко , например, называет это частью западной интеграции государства. Для Кремля же независимая украинская церковь ‒ это вызов Путину и его концепции «русского мира», говорится в статье.

Авторы напоминают, что Синод в Константинополе отменил постановление 1686 года, согласно которому украинские православные церкви подчинялись Москве. Для российского руководства, как религиозного, так и светского, решение Константинополя – серьезное нарушение канонического права. Российская православная церковь, возмущенная действиями Вселенского патриархата, решила разорвать с ним связи.

«Московский патриархат объявил, что его верующие столкнутся с наказанием за молитвы в церквях, принадлежащих Константинополю, в том числе на горе Афон в Греции, которая сейчас является популярным паломническим центром для российской элиты», ‒ говорится в статье.

Авторы статьи отмечают, что эти события привели к значительным беспокойствам о возможном насилии как следствии церковного раскола.

Putin often repeats the claim that Russia and Ukraine are “one people”. Yet by annexing Crimea and waging war in eastern…

Publiée par UAObserver sur Jeudi 18 octobre 2018

Газета The New York Times публикует мнение о религиозном расколе между Россией и Украиной и его последствиях для других стран.

Автор колонки напоминает, что «усилия России сохранить Украину «под пальцем» уже привели к революции в 2014 году и войне, унесшей более 10 тысяч жизней». Новый кризис же создан стремлением украинской церкви к независимости от Москвы. Она имеет глубокие исторические корни и может в ближайшие годы отразиться на религиозных и светских связях между многими странами.

В самой Украине все это также будет иметь серьезные последствия, убежден автор. Новая независимая Украинская церковь снова получит влияние и, вероятно, захочет получить объекты, сейчас находящиеся в распоряжении Московского патриархата. Это, в свою очередь, еще больше ухудшит отношения между двумя странами, говорится в статье.

«Разрыв отношений между Москвой и Вселенским патриархатом может ослабить последний, если другие православные церкви последуют за Россией, отказываясь от верховенства Константинополя. Такие шоковые волны могут повлиять на отношения между церквями, которые оказались по обе стороны раскола, заставляя их также разрывать отношения. Церкви Польши, Сербии и Сирии уже заняли российскую сторону», ‒ отмечает автор.

Греческая церковь также может пережить потрясение, поскольку ряд греческих священников может поддержать Москву против Варфоломея, предполагает автор. Он напоминает, что многие служащие в монастырской общине Афонского самоуправления в северной Греции, которые рассматриваются как «жемчужина в короне» Вселенского патриархата, имеют пророссийские настроения.

В целом, проблема выбора между сторонами коснется многих монахов, пишет автор.

Греция и Россия ‒ традиционные друзья ‒ уже оказались на уровне политических разногласий: «Афины выдворили российских дипломатов в июле за попытки повлиять на общественное мнение против соглашения с бывшей югославской Республикой Македония, согласно которой малый сосед Греции будет переименован в Северную Македонию», ‒ напоминает автор.

«Да, Македонская православная церковь, которая отошла от Сербской церкви еще в 1967 году и не поддерживала диалог с одной церковью, обратилась в Константинополь относительно независимого статуса Охридской архиепископии. Результат обжалования может зависеть от того, ратифицируют ли обе страны соглашение между Грецией и Македонией о названии последней. Это, в свою очередь, могло бы осложнить ситуацию с Россией и другими церквями, противостоявшими автономии Охридской архиепископии, поясняет автор.

«Как и в большинстве расколов в истории христианства, этот определяется столько же реальной политикой и национальными интересами, как и догмой. Канонические проблемы могут определять политическое поведение, тогда как политика часто диктует церковные события», ‒ замечает автор.

В статье аналитического центра New Eastern Europe сказано, что, несмотря на то, что огромное внимание сосредоточено на санкциях США и ЕС против России из-за ее действий в Украине, сам Киев не делает всего необходимого для поддержания этой политики.

Ожидается, что именно Украина должна быть движущей силой во внедрении санкций в отношении России, чтобы нажать на нее и заставить прекратить гибридную войну, говорится в статье.

Украина хоть и синхронизировала свой список санкций с американским «Кремлевским списком», но не внесла в него некоторых ключевых игроков предыдущих лет. Например, во время санкций США с 2014 года Аркадий и Борис Ротенберги были исключены. И только после критики Сергея Лещенко список обновили, добавив еще 11 человек и 30 компаний, в том числе членов семьи Ротенберг, отмечает автор.

Несмотря на обновления, список санкций в Украине все еще остается «пористым», говорится в статье. По данным Центра расследовательской журналистики, еще 40 организаций и 25 человек не соответствуют требованиям американского списка.

Такую неподходящую санкционную политику в Украине может объяснить недостаток политической воли и слабая правоохранительная система. Избирательность санкций может объяснить то, что Россия имеет бизнес-интересы в Украине. Даже находясь под санкциями, Мордашов и Дерипаска сохранили свой бизнес и приобрели новые фирмы в Украине.

В украинском законодательстве также не хватает положений Уголовного кодекса о нарушениях санкций, что позволяет легко избегать наказания, отмечает автор. Такой подход Украины относительно политики санкций может ослабить доверие к государству и подорвать поддержку со стороны международных партнеров.

Предыдущая Помпео: США требуют от Эр-Рияда «прозрачного расследования» дела Хашогги
Следующая В Киеве пройдет благотворительный концерт крымскотатарского этноджаза

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *