Владимир Омелян: «Украина может стать хабом Европа-Азия»


Осенью лоукост Ryanair начнет летать из Украины – перевозчик уже заключил соглашение с международным аэропортом «Борисполь». О развитии украинского транспорта рассказывает министр инфраструктуры Украины Владимир Омелян.

Господин министр, было сообщение, что лоукост Ryanair все же полетит. Но гендиректор аэропорта Рябикин сказал в интервью, что Ryanair еще не получил слотов на полеты, что это может привести к коллапсу аэропорта, и что, возможно, не получил разрешения на некоторые направления, поскольку у Украины нет двусторонних договоренностей со странами, в которые собирается летать ирландский авиаперевозчик.

‒ С Ryanair действительно была проблема. Это было столкновение двух миров ‒ мира лоукостов с классическими моделями авиакомпаний, которые традиционно работали на украинском рынке. Я рад, что контракты аэропортов «Борисполь» и «Львов» подписаны. У меня нет никаких сомнений, что полетит.

Дискуссию по слотам, коллапсам мы слышали в прошлом году, когда аэропорту «Борисполь» якобы грозило банкротство. Это технический вопрос, который не должен быть предметом внимания общественности, президента или министра. Ryanair раньше начнет полеты из Украины. Продажи в Берлин стартовали уже на сентябрь этого года.

Это лоукост. Средняя стоимость билета у него будет около 40 евро. Будут акционные распродажи, которые начинаются с 10, иногда даже с 1 евро. Эта компания важна для Украины, чтобы ввести правила жесткой, но честной конкуренции на украинском авиационном рынке.

‒ Вы объявили широкую программу развития региональных аэропортов. Кто из них будет летать? И есть ли в Украине деньги на то, чтобы эта кампания принесла результат?

‒ Мы обеспечили рост рынка с 2016 года, он растет 30% плюс по пассажиропотоку. У отдельных аэропортов фантастическая динамика ‒ 50% и 100% роста! В частности аэропорт Львова, Харькова, те же «Жуляны» в Киеве. Авиационный сектор может приносить сотни миллионов прибыли в госбюджет.

Нам необходимо строить взлетные полосы. Мы выступили с инициативой, чтобы в 2019 году предусмотреть минимум 10 миллиардов на строительство взлетных полос для региональных аэропортов. Программа должна действовать как минимум 3-4 года – тогда мы получим не меньше 20 новых аэропортов, чтобы каждая область имела хотя бы один аэропорт, из которого можно осуществлять как внутренние, так и международные рейсы.

В этом году аэропорт «Ужгород» должен заработать. Когда-то из «Ужгорода» выполнялось 35 рейсов в сутки, не так как сейчас ‒ один полет в месяц. Еще в 2015 году аэропорт Львова был на грани закрытия, сегодня же обслуживает рекордное количество пассажиров вообще за все время своего существования.

Владимир Омелян

‒ О ситуации уже не авиационной, а на земле ‒ дороги. Вы видели, что произошло с украинскими дорогами?

‒ Я каждый день, как и любой гражданин, ими пользуюсь. Чуда не произошло. Если было ожидание, что за зиму дороги отремонтируют сами себя, и мы получим идеальное полотно ‒ это невозможно. 90% украинских автодорог в плачевном состоянии. Мы отремонтировали больее 3 тысяч километров за последние два года. В этом году план ‒ более 4 тысяч километров. Такое количество ремонтирует очень мало стран в мире. Возможно, только Китай и США. Мы впервые за много лет имеем гарантированное финансирование со стороны государства.

Мы должны завершить ремонт трасс «Киев-Одесса» и «Киев-Чоп» (в наиболее проблемном участке через Карпаты) в начале мая, полностью восстановить проходимость. И если мы говорим о качественном ремонте, чтобы это было на годы, работы продлятся минимум 2-3 года. За 5 лет стабильного финансирования будем иметь дороги лучше, чем в Польше до их вступления в ЕС. После этого, если сможем найти инструментарий автобанов, потому что это совершенно другая стоимость ‒ 1 км автобана стоит 10 миллионов евро.

По автобусным перевозкам сделали тоже революцию ‒ два месяца назад приняли два постановления в Кабмине, значительно упростили проведение конкурсов на районных, городских, межрайонных уровнях, фактически отменили конкурс на межобластных перевозках. То есть получаете разрешение на маршрут, просто подав заявку и заполнив документы, которых минимальное количество. Есть четкая система балльности. Огромный кусок коррупции был отсечен одним документом в Кабмине. Раньше это были большие «теневые» поступления как членам комиссии, так и правоохранительным органам.

Рынок отреагировал положительно. Уже многие компании размышляют над новой финансовой моделью ‒ закупкой новых автобусов, более экономичных, более дешевых в обслуживании. Плюс особые условия для электробусов. Города реагируют ‒ у большинства есть четкий план отхода от так называемых «маршруток», переход на нормальные большие низкопольные автобусы. Города подключаются к кредитованию, которое мы организовали с ЕБРР и Европейским инвестиционным банком. Это больше 400 миллионов евро для закупки электрического транспорта для муниципальных нужд городов, для производства этого транспорта в Украине. Эффект получим тоже в течение 5 лет.

‒ Нет у вас впечатления, что украинская железная дорога, с точки зрения пассажирских быстрых перевозок, уже исчерпала свои возможности?

‒ На самом деле, это беда. Для железной дороги всегда был приоритет ‒ грузовые перевозки. Системная коррупция и неэффективность привели к тому, что минимум 25% продукции не было перевезено в прошлом году. И мне очень стыдно перед украинскими гражданами, что не смогли провести нормальные реформы в этой компании до сих пор.

Подписанный контракт с General Electric на производство локомотивов ‒ только начало реформы. Надо думать о евроколее (сейчас передТЭО уже готово и готовим ТЭО), которая соединит Одессу, Киев сообщением с ЕС. Это параллельный путь существующему строительству автобана GO-Highway, объединяющего Балтику, Черное море, Польшу и Украину. Хотим повторить это железнодорожным сообщением, что даст новую скорость для пассажиров ‒ минимум 250 км/ч., для контейнерных поездов ‒ 100-120 км/ч. Возможности меньше чем за сутки доставить свою продукцию из южных портов Украины до границы ЕС сейчас нет. Поезд иногда идет десятки суток из одной точки в другую в Украине.

‒ Скоростной экспресс в Борисполь – правительство обещало, что путь начнут строить летом, а завершат в конце года. Вы говорили, что на него надо потратить 800 миллионов гривен. Действительно ли строительство будет таким, или нужно больше денег?

‒ Потребность в таком транспорте есть (в скоростном экспрессе в «Борисполь» ред.). «Борисполь» легко может перевозить 20 миллионов пассажиров, а не 12 миллионов с перспективой роста до 14-и. При таком трафике автодорога «Киев-Борисполь» остановится. Лично я больше поддерживал строительство легкого метро эстакадным способом по поверхности от существующих веток метрополитена в Киеве в аэропорт и город «Борисполь». Но это более дорогой и длительный проект. Хотелось быстрого и дешевого решения, поэтому пришли к этому проекту.

‒ Была еще амбициозная идея торгового пути, которая называлась «Шелковый путь» ‒ из Китая в Европу. Украина собиралась быть частью этой инфраструктуры.

‒ Мы добились политического решения Китая, включившего Украину в официальные партнеры этого пути. Сейчас работаем над маршрутом. Украина уже стала частью стран-транзитеров Грузии, Азербайджана и Казахстана, вошедших в союз, чтобы иметь единый транзитный тариф, чтобы удешевить доставку контейнеров по этому отрезку. Параллельно работаем над направлением север-юг ‒ соединить Балтику и Скандинавию со странами Ирана, Персидского залива. Перевозки поездом «Викинг», который следует в страны Балтии, растет на 50-80% грузопоток ежегодно. У Украины есть все шансы стать нормальным хабом Европа-Азия. Работаем с мировыми инвесторами DP World и Hutchison Ports, которые зайдут в морские порты Украины и смогут дать качественный вариант решения по созданию хаба.

‒ Сейчас достройка Керченского моста ставит под сомнение возможности украинского судоходства как такового.

‒ Керченский мост будут использовать как политический инструмент давления на Украину. Мы теряем большие деньги из-за ограничений параметров судов, которые теперь не могут проходить под арками моста. Сейчас это скромные оценки ‒ десятки миллионов гривен, но я думаю, что это гораздо больше, потому что мы теряем рабочие места. Россия этим специально подогревает непростую социальную ситуацию в Бердянске и Мариуполе. Но мы это также переживем, и я верю, что в дальнейшем этот мост будет соединять украинский Крым с украинской Кубанью.

Работаем совместно с Минюстом и готовим международные иски к Российской Федерации. Взыскания будут, репарации серьезные.

  • Виталий ПортниковКиевский журналист, обозреватель 

    portnikovv@rferl.org Подписаться

Предыдущая «Кто вас теперь слушать будет!» – из крымских сетей
Следующая «Кто вас теперь слушать будет!» – из крымских сетей

Нет комментариев

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

тринадцать − десять =