Здание, где чуть не выбросилась девочка-подросток в Керчи, никем не охраняется


Вчерашний ужас, который пережила семья девочки-подростка, а свидетелями стали  случайные прохожие с Набережной, еще раз оголила проблемы работы различных служб в Керчи. Проблему детских суицидов поднимать в современных изданиях не принято, так как чревато последствиями для самих СМИ, поэтому, для начала, сделаем виноватым здание. Журналисты сами прошли тем путем, которым следовала девочка.

 . . ................. 

Здание стоит заброшенное уже более 20 лет. Или земля здесь никому не нужна, или поделить никак не могут, но факт остается фактом: забор наполовину развалился, внутри здания следы прибывания от мала до велика, от бомжей до подростков. На кадастровый учет ни земля ни недостроенный объект не поставлены, городская администрация, соответственно, интерес к зданию за последние 6 лет никак не проявила. Есть основание полагать, что администрацией города не принято мер к установлению собственников помещений, либо к обращению указанных зданий и земельных участков в муниципальную собственность, ограничению доступа посторонних.

Таким образом, имеется возможность нахождения в названном строении лиц, имеющих преступные, в том числе, террористические цели.

Согласно положениям ч. 1 ст. 225  Гражданского кодекса РФ бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен, либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался. К бесхозяйному недвижимому имуществу относятся  жилые и нежилые объекты недвижимости: заброшенные здания, строительные площадки, канализационные коллекторы, инженерные объекты ливневой канализации, дороги и т.д.

Нормами Гражданского кодекса РФ на собственника возложено бремя содержания принадлежащего ему имущества. В соответствии с действующим законодательством, в случае бесхозяйного обращения собственника с помещением, орган местного самоуправления вправе обратиться в суд с иском к собственнику о продаже с публичных торгов такого помещения. Заброшенные здания в Керчи своим внешним видом придают неприглядный вид территории города, а так же являются потенциально-опасными объектами, с точки зрения общественной безопасности, так как могут служить местом для совершения преступлений или источником повышенного травматизма. Вспомним, хотя бы, прошлогоднее избиение девочки-подростка на территории заброшенного детского сада № 17 по Войкова. Девочка до сих пор лечит позвоночник.

Возможно, будет озвучено мнение, что здание здесь не при чем,  и все могло происходить и в обычной многоэтажке и другим путем. Но тем не менее, заброшенные здания как магнит притягивают туда подростков. Как сами подростки говорят:

«а куда нам пойти? Денег на клубы нет, заработать сейчас  негде, собираешься во дворе, так мамаши орут, что их дети уснуть не могут в 9 вечера,  в поход с ночевкой на море не пойдешь, так как распалишь костер для шашлыков, сразу бегут штрафовать с криком «пожааар, где МЧС, у нас особый период, где родители? Потом еще от родителей влетает. Из подъездов тоже гонят» .

Некоторые психологи, ранее работавшие с подростками, а сейчас больше занятые теорией, чем практикой, рассказали (по понятным причинам редакция не может озвучивать их имена), что  разные причины толкают подростков на грань жизни и смерти. Очень часто это происходит из желания демонстрации своего поступка.

«Подростку не хватает внимания, а подросток это  гипертрофированный сгусток комплексов и уверенности в собственной особенности, находит это внимание  и переключает центр  своей эмоциональной безопасности не на свою семью (это в случае если семья благополучная), а на объект своих положительных эмоций.  Происходит подмена понятий.  И когда этот самый объект перестает удовлетворять требованиям физической и эмоциональной безопасности, подросток испытывает чувства «выбитой из-под ног табуретки». Большинство возвращаются эмоционально в семью, тем самым взрослеют, используя собственный опыт.  Некоторые же пытаются продемонстрировать «попытки», не имея в конечном счете намерений довершить начатое до конца. Это как крик подростка о помощи. И ни в коем случае нельзя ни критиковать подростка, ни обсуждать с ним его неподобающее поведение.

Но крайний случай такой эмоциональной подмены понятий, это доведение до конца начатого. Когда подросток не видит цели в жизни, не понимает ее ценность, не видит выхода из создавшейся ситуации. Стыд, обида, когда подросток не верит в прощение за совершенный проступок, или не может найти эмоциональную опору после разрыва с объектом своей привязанности – причины бывают разные.

Почему такое происходит? Что сделать, чтобы этого не было? Общаться. Это единственный верный ответ. Подростку важно знать, какие прекрасные моменты его ждут в будущем: выпускной в школе или другом учебном заведении, получение диплома, свадьба, рождение ребенка, знакомства с разными людьми, возможности побывать в разных красивых местах, возможность получить профессию и признание людей, стать примером для своего ребенка и помочь в будущем пройти сложный период, когда он учится жить. Такие моменты, которые настанут в любом случае. И что категорически нельзя делать, это  говорить «как тебе не стыдно, подумай о маме, что будет с ней потом», так как в этом случае проблема не уходит, а только откладывается в ящик и ждет другого события, чтобы с новой силой разорвать душу подростка на части. Апеллирование на чувство стыда, наоборот, делает подростка неуверенным в собственных силах, собственной значимости, в первую очередь для себя самого», — сошлись во мнении опрошенные журналистами психологи.

 

 

 

 

 

Источник

Предыдущая Здание, где чуть не выбросилась девочка-подросток в Керчи, никем не охраняется
Следующая УЖКХ Керчи не смогло пояснить исчезновение более 3 млн рублей городских бюджетных денег

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *