«Борюсь с тупой стеной молчания». Отец погибшего срочника с крейсера «Москва» рассказал, как силовики изъяли у него ноутбук


Дмитрий Шкребец, отец пропавшего без вести солдата-срочника Егора Шкребца с затонувшего в Черном море российского крейсера «Москва», сообщил утром 3 июня, что к нему пришли «люди из серьезного ведомства» и забрали его ноутбук, якобы «на экспертизу». Об этом отец написал на своей странице во «ВКонтакте», пишет телеканал «Настоящее Время» ​(создан компанией RFE/RL при участии «Голоса Америки»). ​

Пост про ноутбук Дмитрий Шкребец написал про некоего «Севу Крымского», но в разговоре с «Настоящим Временем» признал, что эта история произошла лично с ним.

Как утверждает отец, неназванные силовики заявили ему, что ноутбук якобы изъят из-за того, что от имени Шкребца по электронной почте «были разосланы сообщения неким организациям с угрозами взрыва». Сообщения, по словам Шкребца, были написаны от пользователя со скрытым IP. По словам отца погибшего срочника, сам он никаких сообщений не рассылал и ничего подобного в его ноутбуке никогда не было. Однако он опасается, что российские силовики могут завести на него уголовное дело по статье 207, «заведомо ложное сообщение об акте терроризма», и говорит, что это может быть способом заставить его замолчать. Шкребец ранее не раз критиковал руководство Черноморского флота и обещал наказать виновных, которые допустили участие в войне с Украиной солдат-срочников, в результате чего погиб его сын.

Крейсер «Москва» , флагман Черноморского флота Украины, был обстрелян украинскими военными 13 апреля. Позже российское ведомство признало, что корабль затонул, однако настаивает, что это произошло не в результате обстрела: по официальной версии, на «Москве» якобы сдетонировали боеприпасы. По разным оценкам, численность экипажа «Москвы» составляла от 416 до 680 человек, в том числе, как выяснилось позже, матросы срочной службы. Подавляющее большинство матросов, вероятно, погибли, но российские власти официально считают их «пропавшими без вести» и требуют от родителей подписать документы о том, что корабль затонул в результате «катастрофы» а не в результате военных действий.

Крейсер «Москва», архивное фото

– Почему к вам пришли? Это был Следственный комитет?

– Да. Люди, которые пришли, понимают, что это глупость, их заставили реагировать. Тут версии только две реальные: либо это спецслужбы с той стороны, либо спецслужбы наши. У меня есть мнение на этот счет, но я не хочу его озвучивать. (Шкребец ранее заявил, что силовики, уходя, принесли ему «соболезнования в связи с потерей сына, мы пожали друг другу руки» – НВ.)

– Спецслужбы «с той стороны»: это вы имеете в виду украинские или американские?

– Ну американские – это вы хватили слишком. Украинские, конечно. Но я думаю, что украинским спецслужбам это не нужно. Зачем им?

– У вас изъяли ноутбук. Как вы считаете: люди, которые это сделали, они хотят что-то там найти или какой-то сигнал вам послать?

– Второе. Я думаю, второе. Найти там ничего невозможно. По 207-й там точно ничего нельзя найти, там ничего нет. Нельзя найти черную кошку в темной комнате, тем более если ее там нет.

Есть у меня мысли, я бы очень многое хотел рассказать, но я сейчас придерживаю это при себе. Придет время – и я все расскажу.

– Некоторое время назад вы написали благодарность Черноморскому флоту за встречу, и показалось, что риторика ваших сообщений о гибели сына во «ВКонтакте» изменилась, с негативной на позитивную. Сейчас она опять изменилась. Что изменилось за это время?

– Все мои посты, которые были, которые есть, можно разделить на две категории. Первая – это посты, которые были написаны хладнокровно и спокойно. И были посты, которые были написаны тогда, когда просто боль сжимала сердце до такой степени и охватывало отчаяние, что просто преобладали эмоции. Но что касается руководства Черноморского флота – то я могу сказать, что на самом высшем уровне руководство Черноморского флота очень порядочно себя ведет и идет родителям навстречу. А вот чины поменьше, среднего звена, мелкого звена, в общении не со мной, но с другими родителями ведут себя безобразно.

– С самого начала вы говорили, что намерены «наказать виновных». Кто виноват в том, что на «Москве» оказались солдаты-срочники? Какие-то подвижки в этом направлении есть?

– Я не молчу и продолжаю вести какую-то деятельность в этом направлении, и заткнуть меня не получается – наверное, это и есть самая главная подвижка. Получится у меня или нет призвать их ответственности… Вы сами понимаете, я просто говорю и пишу, а рычаги все находятся в руках других людей. Если у них будет совесть и честь повлиять на ситуацию и наказать виновных, потому что есть кого наказывать, то да. С моей стороны я делаю все, что могу. Я не молчу и молчать не буду.

– Вы можете объяснить, с кем вы сейчас боретесь в соцсетях? Вы все время пишете о противостоянии с кем-то. Можете персонализировать?

– Я не борюсь с «кем-то». Скорее, я борюсь с чем-то. Борюсь с тупой стеной молчания, равнодушия и безразличия. Вот этого странного патриотизма, который не хочет ничего ни видеть, ни слышать. Я сам могу назвать себя патриотом в здоровом понимании этого слова. Но с 13 апреля (со дня, когда утонула «Москва» – НВ) прошел уже 51 день. Я не могу понять, почему все молчат. Мы потеряли флагман, потеряли людей – и как будто ничего не произошло! Вот это тупое молчание меня обескураживает!

– Это молчание о чем? О причинах катастрофы?

– Обо всем. Молчат абсолютно обо всем! Чего ни коснись, что касается крейсера «Москва», – молчание везде.

Попробуйте найти какие-то свежие новости в интернете, которые касаются крейсера «Москва»! Вы ничего не найдете. Ни о людях, ни о крейсере – ничего вы не найдете. Я поражаюсь! Как так можно, если у нас свободное общество и свободная страна? Почему не обсуждаем мы это? Почему нет никаких площадок для того, чтобы поговорить, что произошло и почему произошло. Что вообще происходит? Как мы могли потерять флагман? Вот эта глупость и тупость меня обескураживает. Я не могу понять, почему так.

Хотите – верьте, хотите – нет: с 17 апреля я не смотрю телевизор вообще. Меня тошнит, когда я включаю телевизионные каналы. Я пытался один раз включить посмотреть новости – меня тошнит просто, выключаю. Я телевизор не смотрю больше, не хочу его смотреть. После этого лицемерия, подлого молчания я не могу их простить.

– Отношение к российской «спецоперации» в Украине у вас поменялось?

– Я не буду отвечать на этот вопрос. Не буду. Я придержу свое мнение на этот счет при себе.

СПРАВКА: Российское полномасштабное военное вторжение в Украину продолжается с утра 24 февраля. Российские войска наносят авиаудары по ключевым объектам военной и гражданской инфраструктуры, разрушая аэродромы, воинские части, нефтебазы, заправки, церкви, школы и больницы. Обстрелы жилых районов ведутся с использованием артиллерии, реактивных систем залпового огня и баллистических ракет.

Ряд западных стран, включая США и страны ЕС, ужесточил санкции в отношении России и осудили российские военные действия в Украине.

Россия отрицает, что ведет против Украины захватническую войну на ее территории и называет это «специальной операцией», которая имеет целью «демилитаризацию и денацификацию».

Роскомнадзор пытается заблокировать доступ к сайту . Беспрепятственно читать можно с помощью зеркального сайта: https://krymrzrykrrmxpvnp.azureedge.net/.Также следите за основными новостями в Telegram , Instagram и Viber . Рекомендуем вам установить VPN.

Предыдущая «Борюсь с тупой стеной молчания». Отец погибшего срочника с крейсера «Москва» рассказал, как силовики изъяли у него ноутбук
Следующая Патриарх Филарет призывал УПЦ (МП), ПЦУ и Киевский патриархат объединиться

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.