Газ как инструмент давления: Кремль сжимает Европу в тисках «Газпрома»


Продолжение процесса сертификации «Северного потока-2», газовый кризис и рост цен на газ в странах Евросоюза вновь подогрели интерес к политическим последствиям агрессивной сырьевой политики России в Европе.

Фонд Джеймстауна (Jamestown Foundation), один из самых авторитетных общественных институтов США в области стратегического анализа и оборонных вопросов, провел вебинар на тему: «Россия делает из газа оружие: последствия для мировых энергетических рынков» (Russia’s Weaponization of Gas: Repercussions for Global Energy Markets).

«Европа столкнулась с беспрецедентным энергетическим кризисом, с исторически высокими ценами на газ и недостаточным уровнем газовых запасов, – открыл дискуссию президент Фонда Джеймстауна Глен Говард (Glen Howard). – С июля «Газпром» сократил до минимума поставки в Европу, одновременно осушая свои европейские хранилища. Пользуясь повышенным спросом на газ в Азии, Россия оказывает давление на правительство Германии и Европейский союз, добиваясь сертификации газопровода «Северный поток-2» и изменения энергетического законодательства, пытается заставить государства-члены ЕС вернуться к строгим долгосрочным контрактам».

Глен Говард, президент Фонда Джеймстауна

Буквально накануне дискуссии в Фонде Джеймстауна российский президент Владимир Путин заявил, что Россия может начать поставки газа в Европу по трубопроводу «Северный поток-2», как только получит зеленый свет от Германии, подразумевая что лишь эта новая линия может ликвидировать дефицит в 70 миллиардов кубометров газа, накопившийся в Европе. Впрочем, эксперты считают данные утверждения необоснованными.

Старший научный сотрудник Фонда Джеймстауна Маргарита Ассенова (Margarita Assenova) подробно остановилась в своем докладе на цифрах и их динамике.

«Действительно, европейские цены оптовых продавцов газа в этом году взлетели более чем на 500%. В этом месяце они достигли 2 тысяч долларов США за тысячу кубометров. А поскольку на природный газ приходится четверть общего энергопотребления ЕС, это оказывает большое влияние на цены в целом. Проблема заключается не только в том, что «Газпром» поставляет на 35% меньше газа, чем 2019 году, но и в том, что объем заполнения газовых хранилищ в Европе остается на более низком, чем обычно, уровне. В хранилищах аккумулировано на 70% меньше газа, чем год назад. Но картина неоднозначна: хранилища тех стран, которые диверсифицировали свои закупки за счет сжиженного природного газа (СПГ) и меньше зависят от России (Великобритания, Польша, Бельгия, Испания, Франция, Латвия), заполнены на 80-100%. А вот емкости в Германии, от которой сильно зависят сертификационные процессы «Северного потока-2» – лишь на 71%, Австрии (где у «Газпрома» одно из самых крупных хранилищ) – лишь на 57%. Поэтому существует большая угроза, что «Газпром» не успеет выполнить свои контрактные обязательства этой зимой, даже если увеличит прокачку».

Маргарита Ассенова, старший научный сотрудник Фонда Джеймстауна

«Чиновники «Газпрома» пытаются обосновать необходимость нового трубопровода, – продолжает эксперт Маргарита Ассенова – тем, что во время пикового потребления им теперь потребуется больше трубопроводов: тех, которые есть сейчас, якобы недостаточно». Однако анализ имеющихся мощностей говорит о другом. Сегодняшние возможности прокачки через все тринадцать пограничных насосных станции составляет 253 млрд кубометров в год (BCM/y), в то время как поставляется лишь 158 BCM/y. Таким образом, имеющиеся резервы объёмов – 95 BCM/y превосходят даже названную Путиным цифру 70.

Таким образом, когда Россия затевала «Южный» (позже «Турецкий») и «Северный» потоки, необходимости в них не было, считает Маргарита Ассенова. Однако их проектная совокупная пропускная способность как раз равнялась объёму газа, проходящего транзитом через Украину. Избежать этого транзита и было целью: «Эти два трубопровода должны идти с двух сторон, с юга и с севера, как клещи. Они сожмут страны Центральной и Восточной Европы в тисках «Газпрома». И это не только даст контроль над тем, сколько газа эти страны получат, но и приведет к тому, что они лишаться возможности развивать собственные газовые рынки, использовать свою инфраструктуру», резюмирует Ассенова.

Летом канцлер Ангела Меркель и президент Джо Байден подписали соглашение о не введении санкций в отношении компаний, занятых на «Северном потоке-2». «И с этого же момента, – напоминает эксперт, – мы наблюдаем эскалацию давления на европейские страны в пользу сертификации газопровода и дальнейший рост цен».

Использование Россией газа как инструмента геополитического давления – не секрет, напоминает Маргарита Асенова: «Во внешней политике России это открыто провозглашено еще «Энергетической стратегией Российской Федерации» от 2003 года на период до 2020-го, а в поздней редакции – и до 2035 года. Там так и сказано: топливно-энергетический комплекс России является основой экономического развития, инструментом ее внутренней и внешней политики».

Газохранилища на компрессорной станции «Славянская», отправной точке газопровода «Северный поток – 2»

Одной из первых стран, столкнувшихся с боевым применением этого инструмента, стала Украина. Светлана Залищук , советник гендиректора компании «Нафтогаз» и советник по евроатлантической интеграции заместителя премьер-министра Украины, считает, что газовый кризис в Европе «не является просто случайностью или результатом чьих-то ошибок – это стратегия. Еще в 2014 году «Газпром» прекратил поставки топлива в Украину в наказание за европейский выбор ее народа и проводимую проевропейскую политику. Очевидно, что сегодня «Газпром» сократил поставки в Европу, пытаясь заставить ЕС сертифицировать «Северный поток-2» на своих условиях. По сути, Европа является заложником шантажа Путина».

Эту операцию Светлана Залищук ставит в один ряд с другими агрессивными действиями Кремля: отравлениями внутренних и внешних врагов боевыми веществами, преследованиями оппозиции, кибератаками и тотальной цензурой в медиапространстве.

«Компании «Нафтогаз» и ОГТСОУ (Оператор газотранспортной системы Украины) подали заявки в Федеральное сетевое агентство Германии (Bundesnetzagentur — BNetzA) для участия в процессе сертификации трубопровода, – говорит Залищук. – Мы утверждаем, что «Северный поток-2» не принесет дополнительных объемов газа в Европу и не послужит заявленной коммерческой цели. Европейские правила должны быть обязательны для всех: это разделение собственности, доступ третьих сторон к контролю и недискриминационные, прозрачные, регулируемые тарифы, отражающие затраты. «Северный поток-2» этим требованиям не соответствует. Его запуск означает не меньше, чем уступку авторитарному режиму Путину с предоставлением ему еще одного инструмента подрыва демократии по всей Европе».

Светлана Залищук, советник гендиректора компании «Нафтогаз»

С точкой зрения украинского эксперта согласен Тимоти Эш (Timothy Ash), старший эксперт по развивающимся рынкам британском компании BlueBay Global Asset Management. «Северный поток-2» не добавляет новых мощностей в Европе, а по сути, просто забирает транзитные мощности из Украины. Его цель – осложнить жизнь Украине настолько, насколько это возможно, и отобрать у нее 2 млрд долларов США транзитных сборов, – считает Тимоти Эш. – Да, немцы аргументируют свою позицию экономическими и коммерческими соображениями. Абсолютно с этим не согласен. Думаю, они просто лукавят. Те, кто прочитал недавнее эссе Путина о месте Украины в истории, поймут подлинные цели «Газпрома».

Однако перспективы Украины справиться с кризисом Тимоти Эш оценивает высоко. «У них закачано в хранилища около 18 млрд кубометров. Этой зимой они, вероятно, смогут удовлетворить свой внутренний спрос в 35 млрд кубометров, что бы ни делали русские. Так что положение Украины весьма прочно с точки зрения энергоснабжения и макрореформ, которые мы наблюдали там последние семь лет. Это означает, что даже если Украина потеряет 2 млрд от транзита газа, это не изменит правил ее игры. Украина доказала, что может выжить, и это уже не 2014 год, когда у неё был огромный бюджетный дефицит, большая часть которого была связана с импортом энергоносителей. Сейчас у Украины 28 млрд резервов, а ее валюта стабильна. Я бы даже сказал, что транзит газа – это плохо для Украины. Такой бизнес развращает: плата за транзит использовалась для подкупа Россией украинских чиновников и подрыва украинской государственности».

«Однако, – продолжает британский эксперт, – Москва не собирается снимать ногу с шеи Европы. Кремль уже осознал, что газовый бизнес через 5–10 лет умрет. Энергетика диверсифицируется в пользу возобновляемых источников энергии. Москва думает, что если и есть у нее геополитическое преимущество, которое можно получить через энергоносители, то это только прямо сейчас. Поэтому они и пытаются достичь своих целей этой зимой».

Тимоти Эш, старший эксперт по развивающимся рынкам британском компании BlueBay Global Asset Management

«Мы не ждем, что гибридная газовая война прекратиться сама, – добавляет к этому Светлана Залищук. – Путин показал, что зайдет настолько далеко, насколько мы ему позволим».

«Да, «Северный поток» может принести Путину краткосрочную победу, – заключает Тимоти Эш. – Но это победа клептократии. Тот факт, что немало европейских политиков было куплено президентскими выплатами от российских государственных монополий, что наши европейские элиты не смогли объединиться – никак не сочетается с концепцией безопасности рынков и принципом устойчивости энергетической политики. Главная проблема в том, что у нас один доминирующий поставщик газа в Европе – «Газпром». Диверсификация просто необходима».

«Я думаю, – добавил Тимоти Эш, – что администрация США, сначала Дональда Трампа, а затем и Джо Байдена, упустила шанс повлиять на «Северный поток-2». Это делает не только Украину, но и всю Европу менее защищенной. Многие в мире навязчиво одержимы «китайской угрозой». Но на этом фоне мы слишком уж вывели за скобки Россию, стали хуже видеть угрозу оттуда. Это порой заставляет усомниться в верности президента Байдена своему обязательству восстановить прежние альянсы с союзниками».

«Из Вашингтона это действительно порой смотрелось попыткой администрации Трампа купить поддержку России против Китая, вновь привлечь к себе Россию… Однако до сих пор неясно, – дипломатично добавляет президент Фонда Джеймстауна Глен Говард, – увенчалась ли такая стратегия успехом. С другой стороны, администрация Байдена, конечно, приложила много усилий к улучшению отношений с Германией. Но каковы оказались геополитические издержки?»

Предыдущая Газ как инструмент давления: Кремль сжимает Европу в тисках «Газпрома»
Следующая Ярмарка «Выходного дня» прошла на Горького

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *