Крымчане хотят знать, что будет после деоккупации полуострова, и Украина должна дать им четкое понимание


Рубрика «Блог»

В течение длительного времени после начала оккупации Крымского полуострова общественные организации говорили о том, что Украине следует делать и как мы будем возвращаться домой, вернув Крым.

Сейчас ситуация изменилась: правозащитные организации с большим количеством государственных органов говорят о реинтеграции Крыма, все больше госорганов вовлекаются в эту дискуссию. Я хотела бы очень поблагодарить за эту включенность в разговоры о необходимости деоккупации Крыма и о том, что необходимо сделать после деоккупации полуострова, как защитить наших людей, которые находятся на временно оккупированной территории Крыма.

Мы всегда должны учитывать, что нам очень сложно получить первичную информацию о Крыме. У нас нет средств, которыми мы можем измерить запросы на ВОТ. Понятно, что там есть репрессивные законы. Поэтому мы можем делать выводы на основе той информации, которая есть у нас, потому что мы работаем в полях и получаем показания от людей, которые выезжают из ВОТ на территорию, подконтрольную правительству Украины.

Даже несмотря на то, что все границы Российской Федерации фактически закрыты, а РФ еще вначале коронавирусной пандемии сделала все возможное, чтобы крымчане не могли уехать с полуострова, мы все же получаем эту важную информацию.

И я могу подтвердить, что у оставшихся во временной оккупации крымчан есть большой запрос на определенность относительно того, что будет после деоккупации полуострова. Ведь когда ты читаешь разрозненные законы и законопроекты, очень сложно сформировать впечатление о том, что же будет с простыми людьми, выживавшими все это время, исходившими в своих поступках из презумпции, что РФ никогда не отдаст Крым, как быть им?

Безусловно, есть вопрос, касающийся «документов», выданных в оккупации. А их миллионы. И мы должны осознавать, что после деоккупации полуострова мы столкнемся с тем, что будут люди, у которых никогда никаких украинских документов, кроме свидетельства о рождении, нет и не было. И даже есть такие граждане Украины, у которых нет и свидетельств о рождении украинского образца.

Это значит, что мы должны как государство не перекладывать бремя доказывания своей принадлежности к гражданам Украины на людей, которые остались в оккупации, чтобы они сами что-то делали, доказывали, устанавливали факты в судебном порядке. Мне кажется, здесь мы должны как государство все-таки брать на себя ответственность и разрабатывать уже сейчас такие механизмы, которые дали бы людям в оккупации понимание, что после деоккупации их жизнь не станет существенно хуже.

Есть конечно вопросы безопасности. Мы не знаем, как именно состоится деоккупация Крыма – дипломатическим или военным путем. Очевидно, что местное население будет бояться войны в том смысле, в котором мы ее видим уже в течение 10 лет на отдельных территориях и двух лет широкомасштабной войны. Важно говорить, что некоторые страхи мы не сможем снять, потому что мы не знаем, как будет в будущем. Но какие-то вещи должны дать осознание, какой будет практика Украины и как мы к тому или иному вопросу относимся. Это точно в наших силах.

Мы должны говорить о документах и ответственности. Прокурор Автономной Республики Крым Игорь Поночевный отметил, что прокуратура автономии взвешенно относится к вопросу привлечения к ответственности за коллаборационизм. Но это нужно общаться с обществом и объяснять, потому что российская пропаганда может просто переводить статью Уголовного кодекса Украины или прямо на нее ссылаться. Эта статья о коллаборационной деятельности не дает уверенности, что простые люди не будут привлечены к ответственности, а будут отвечать только руководители.

Мы должны говорить о развитии нового инструмента – люстрации. То есть, чтобы это было не только уголовное наказание за сотрудничество с оккупационными властями, но и чтобы для тех, кто не совершал военных преступлений, кто не принимал решений, которые привели, например, к заключению замглавы Меджлиса крымскотатарского народа Наримана Джеляла, могли бы быть альтернативные ограничительные меры посредством люстрации.

Также важно говорить с теми людьми, которые приехали из ВОТ Крыма на подконтрольную украинскому правительству территорию без документов и сталкиваются с проблемой получить эти документы.

Мы десять лет об этом говорим. Мы видим этих людей, у которых есть только свидетельство о рождении и которые вынуждены после приезда на подконтрольную территорию идти в суды и по полгода и больше устанавливать свою личность – это не дружественно. Такие люди не должны быть преданными, но должны получить от государства надлежащий уровень поддержки.

Кроме того, мы должны говорить с населением подконтрольной правительству территории, не крымчанами. Они также должны быть готовы к деоккупации.

На прошлой неделе мой 13-летний сын, уезжавший со мной из Крыма, когда ему было четыре года, готовил презентацию о местах, где он хотел бы оказаться. Симферополь был на первом слайде. Я бы очень хотела, чтобы те люди, которые стремятся вернуться к себе домой, могли бы это сделать. А те, кто никогда там не был, также могли бы познакомиться с нашим домом и увидеть, какое это прекрасное место.

Выступление адвокационного директора Центра прав человека ZMNIA Алены Луневой во время форума «26-2-14: Война началась в Крыму» в День сопротивления оккупации Крыма 26 февраля 2024 года

Мнения, высказанные в статьях, отражают точку зрения авторов и не обязательно отражают позицию издания.

Роскомнадзор пытается заблокировать доступ к сайту . Беспрепятственно читать можно с помощью зеркального сайта: https://d2z48hruxbiar5.cloudfront.net/ следите за основными новостями в Telegram, Instagram и Viber . Рекомендуем вам установить VPN.

Аннексия Крыма Россией

В феврале 2014 года вооруженные люди в форме без опознавательных знаков захватили здание Верховной Рады АРК, Совета министров АРК, а также симферопольский аэропорт, Керченскую паромную переправу, другие стратегические объекты, а также блокировали действия украинских войск. Российские власти поначалу отказывались признавать, что эти вооруженные люди являются военнослужащими российской армии. Позже президент России Владимир Путин признал, что это были российские военные.

16 марта 2014 года на территории Крыма и Севастополя прошел непризнанный большинством стран мира «референдум» о статусе полуострова, по результатам которого Россия включила Крым в свой состав. Ни Украина, ни Европейский союз, ни США не признали результаты голосования на «референдуме». Президент России Владимир Путин 18 марта объявил о «присоединении» Крыма к России.

Международные организации признали оккупацию и аннексию Крыма незаконными и осудили действия России. Страны Запада ввели экономические санкции. Россия отрицает аннексию полуострова и называет это «восстановлением исторической справедливости». Верховная Рада Украины официально объявила датой начала временной оккупации Крыма и Севастополя Россией 20 февраля 2014 года.

Предыдущая Репрессии, пытки, замещение населения. В ООН проанализировали ситуацию с правами человека в Крыму за 10 лет его аннексии Россией
Следующая Репрессии, пытки, замещение населения. В ООН проанализировали ситуацию с правами человека в Крыму за 10 лет его аннексии Россией

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.