«Мы не знаем, как россияне будут отступать из Крыма. Оставят ли они после себя что-то живое?» – Арсен Жумадилов


Что будет после деоккупации Крыма для тех, кто все эти годы жил в Крыму и для тех, кто уехал? Как должна выглядеть реинтеграция Крыма? А главное, что делать с гражданами России, которые переехали в Крым после 2014-го года? Об этом в эфире Радио Катерина Некречая поговорила с Арсеном Жумадиловым. Здесь мы публикуем вторую часть интервью. Первую часть читайте здесь.

– Что в первую очередь надо сделать в Крыму для его реинтеграции?

– Главное в этом, как и в развитии любых институционных условий для развития, чтобы правила были понятными, предсказуемыми, объективными и применялись беспристрастно относительно кого-либо, то есть безотносительно персоналий.

– Что, по вашему мнению, надо предпринять с гражданами России, которые переехали в Крым после 14 года?

– Не знаю. Я вам скажу про крымских татар, которые вернулись в Крым после 14-го года, и также заехали незаконно. Так вот – в интересах украинского государства их вытолкнуть за границы полуострова потому, что они заехали незаконно – они не являются гражданами Украины. То есть теоретически – это чужой элемент. То есть, откуда бы они не заехали – из России Краснодарского края…

– А это массовое явление?

– Это тысячи, думаю, людей. Не десятки тысяч и не сотни тысяч. Те, которые репатриировались. Те, которые вернулись на свою землю. Я думаю, что мы должны по отношению к ним применить какой-то правовой инструмент, который позволит им остаться в Крыму. И это в интересах крымскотатарского народа. Будет ли это в интересах украинского государства? Не знаю. Думаю, что нет. Но в этом и дело, что не всегда интересы крымскотатарского народа должны совпадать с интересами украинского государства. Там, где они не совпадают, мы должны об этом искренне, честно между собой говорить: какую цель мы преследуем, для чего мы это делаем. У нас, крымских татар, была очень сложная история и не хотелось бы людей, которые наконец вернулись на свою землю, снова оттуда выталкивать.

Арсен Жумадилов, бывший государственный служащий, военнослужащий ВСУ, дает интервью Катерине Некрече

– Эти вопросы в том числе вы поднимаете в телеграм-канале «Инициатива». Вы один из инициаторов этой площадки для дискуссий.

– Летом, в день крымскотатарского флага, было совместное заявление, которое называлось «Инициатива 26 июня», в котором группа крымских татар сказала о том, что необходимо усиливать дискурс про крымских татар в украинском обществе, да и внутри крымскотатарского народа. Сейчас, собственно, мы и запускаем такую платформу для того, чтобы это системно обсуждать. Потому что я вам скажу так: внутри украинского общества есть много площадок для дискуссий, начиная от того, где мы сейчас, и заканчивая Верховной Радой Украины, которая плюс-минус заседает каждую неделю, о чем-то дискутирует, есть оппозиция, которая высказывает какие-то мысли. Есть провластные субъекты. У нас, у крымских татар, всего этого нет. Вот вам известно, где крымские татары собираются для того, чтобы дискутировать о чем-то и чтобы это было более-менее публично?

– Официально таким органом является Меджлис крымскотатарского народа.

– А реально? Где мы думаем о нашем завтра, создаем смыслы и обсуждаем их? Таких площадок сегодня нет.

– А удается это делать в «Инициативе»? Там у вас около 200 подписчиков.

– То, как мы это, скажем так, архитектурно создаем, должно позволить нам провести более качественную дискуссию о том, куда мы двигаемся.

– Крым будет встречать украинских военных так, как Херсон, или нет?

– А как мы, украинские военные, туда зайдем? Есть есть вариант, что Россия будет настолько обескровлена или случится какое-то событие из категории «черного лебедя» – не станет человека, вокруг которого все это построено, и, соответственно, откроется окно возможностей, чтобы в Крым заходить условно мирно. Это одна история. Если это будет вследствие тяжелых, затяжных боевых действий, я думаю, что это будет совсем другая история. От того, какая сработает, будет зависеть, кто останется там на месте, и как они нас будут встречать.

– Сейчас нет прогноза, как это будет?

– Слишком много переменных.

– Если будет военный путь?

– Если будет военный путь, то мы не знаем, как будут отступать россияне. Оставят ли они после себя что-то живое или это будет выжженная земля. Мы этого не знаем. Россияне часто себя ведут неожиданно, нерационально, иногда иррационально. Сложно сказать. Соответственно, я бы не брался сейчас прогнозировать. Я бы мог сказать, что все будет с цветами, фанфарами, все будет прекрасно, но это было бы нечестно.

Справка: Арсен Жумадилов – крымскотатарский общественный и политический деятель. Родился в Крыму в 1985 году. Имеет три высших образования, степени магистра права и магистра политологии получил в Киевском национальном университете имени Тараса Шевченко. Степень магистра «Государственный менеджмент и управление» – в Лондонской школе экономики. До оккупации Крыма Россией работал в корпоративном секторе в Украине и за рубежом. В 2014 году вместе с единомышленниками создал общественную организацию «Крымский институт стратегических исследований». Затем руководил отделом обеспечения деятельности Уполномоченного президента Украины по делам крымскотатарского народа. Был (2015-2017 гг.) председателем Беляевской райгосадминистрации Одесской области.

Сейчас Арсен Жумадилов – старший преподаватель кафедры политологии Национального университета «Киево-Могилянская академия». С апреля 2019 возглавлял национальное агентство «Медицинские закупки Украины». С начала полномасштабного вторжения России в Украину мобилизован в ряды Медицинского командования Вооруженных сил Украины.

СПРАВКА: Российское полномасштабное военное вторжение в Украину продолжается с утра 24 февраля. Российские войска наносят авиаудары по ключевым объектам военной и гражданской инфраструктуры, разрушая аэродромы, воинские части, нефтебазы, заправки, церкви, школы и больницы. Обстрелы жилых районов ведутся с использованием артиллерии, реактивных систем залпового огня и баллистических ракет.

Россия отрицает, что ведет против Украины захватническую войну на ее территории и называет это «специальной операцией», которая имеет целью «демилитаризацию и денацификацию».

Ряд западных стран, включая США и страны ЕС, ужесточил санкции в отношении России и осудили российское неспровоцированное широкомасштабное вторжение и российские военные действия в Украине.

***

Роскомнадзор пытается заблокировать доступ к сайту .Беспрепятственно читать можно с помощью зеркального сайта: https://d35yeetkgl59lf.cloudfront.net/следите за основными новостями в Telegram , Instagram и Viber . Рекомендуем вам установить VPN.

Аннексия Крыма Россией

В феврале 2014 года вооруженные люди в форме без опознавательных знаков захватили здание Верховной Рады АРК, Совета министров АРК, а также симферопольский аэропорт, Керченскую паромную переправу, другие стратегические объекты, а также блокировали действия украинских войск. Российские власти поначалу отказывались признавать, что эти вооруженные люди являются военнослужащими российской армии. Позже президент России Владимир Путин признал, что это были российские военные.

16 марта 2014 года на территории Крыма и Севастополя прошел непризнанный большинством стран мира «референдум» о статусе полуострова, по результатам которого Россия включила Крым в свой состав. Ни Украина, ни Европейский союз, ни США не признали результаты голосования на «референдуме». Президент России Владимир Путин 18 марта объявил о «присоединении» Крыма к России.

Международные организации признали оккупацию и аннексию Крыма незаконными и осудили действия России. Страны Запада ввели экономические санкции. Россия отрицает аннексию полуострова и называет это «восстановлением исторической справедливости». Верховная Рада Украины официально объявила датой начала временной оккупации Крыма и Севастополя Россией 20 февраля 2014 года.

Предыдущая Для защиты пехоты: Пентагон может передать Украине боевые машины Stryker
Следующая В период новогодних праздников в Республике Крым отдохнуло 177 тыс. туристов

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.