Письма крымчан: Это еще и не начинали


КЕРЧЬ – Как я и предполагал, радость от гибели украинцев встанет костью в горле агрессивных российских и крымских «патриотов», когда им самим, их близким и родным начнут приходить повестки. Пока еще основная биомасса хорохорится, но есть и те, кто всерьез чешет репу.

Особенно остро вопрос мобилизации и запрета выезда за рубеж стоит перед моряками загранплавания. Подавляющее большинство керченских моряков ходят в рейсы от иностранных компаний, а это означает, что смена экипажей судов происходит в иностранных портах. С 2014 года подавляющее большинство местных загранщиков вынужденно перепрописались в Краснодарском крае России, ежегодно платя мзду в двадцать пять-тридцать тысяч рублей работникам тамошних паспортных столов.

После введения антироссийских санкций необходимость в этом отпала. Ждала моряков и еще одна экономия: не стало необходимости в оформлении шенгенских виз, поскольку все крюинговые фирмы стали менять экипажи не в Европе, а в Африке. Однако бдительные таможенники и пограничники пристально отслеживают на паспортном контроле в аэропортах Москвы моряков с крымской пропиской.

Муж сестры ушел в рейс 27 августа, то есть мобилизация его, служившего в ракетных войсках, пока обходит стороной, но он улетел в Эфиопию весь на нервах. В Домодедово после предоставления документов его «извлекли» из очереди солидные, по его словам, мужчины и отвели в служебное помещение, где представились сотрудниками Следственного комитета и прокуратуры России. Задавали вопросы об отношении к «специальной военной операции», участии в ней самого и родственников, наличии близких и друзей в Украине. Разговор «по душам» длился более получаса.

Пассажиры у стоек регистрации в аэропорту Домодедово, Москва, Россия, иллюстрационное фото

Если он, тертый мужик, с трудом вынес фактический допрос, то впервые летевший с ним в один экипаж недавний выпускник Керченского морского университета едва держался на ногах после аналогичной «задушевной» беседы. Его мать, приезжавшая к моей сестре после его телефонного звонка, чтобы узнать, как подобное могло приключиться, рассказывала, что сама ездила с сыном в Севастополь на медкомиссию и тестирование в крюинговую фирму и спрашивала, есть ли необходимость перепрописки в Анапу, где живут ее родственники. Но там ее успокоили: мол, сейчас смысла в этом уже нет, поскольку «вся Россия под санкциями».

Но, выходит, смысл по-прежнему есть, так как вера в преданность крымчан России за восемь лет не окрепла. Однако это только начало, а мы уже всей семьей размышляем, есть ли смысл нашему зятю возвращаться в Россию после окончания рейса. Возможно, и ему придется поступить так, как его друг Алексей , который после окончания Николаевской корабелки устроился в иностранную фирму по ремонту судов и стал мотаться по верфям и портам разных стран, где были заказы на механическую часть. Война застала его в Бельгии, и перед Лешей встал вопрос: возвращаться в Николаев к жене и дочери, или ехать в Керчь к родителям. Оба варианта его не устраивали. В Украине его могли мобилизовать, и уж точно не выпустить из страны, а о последствиях посещения Крыма его предупредил владелец фирмы, сказав, что назад ему хода в компанию не будет. И Леша полетел в Турцию на встречу с семьей.

Вид на керченский порт с горы Митридат, Керчь, иллюстрационное фото

Коллега нашего зятя, стармех Сергей Александрович , с 2014 года ходит в море от Владивостокской рыболовной компании и, по его заявлению, сейчас, как никогда чувствует свое преимущество перед загранщиками, несмотря на их высокие заработки, поскольку выезжать для смены экипажа ему за границу не надо, а в корейских и китайских портах, где они сдают основную часть улова, ему ничего не грозит. Может, оно и так, только бы не пришлось рано радоваться, так как домой возвращаться все одно придется, а до ухода в следующий рейс его могут или мобилизовать, или придется откупаться немалой денежкой.

Мне кажется, что за время проведения мобилизации военкомы станут олигархами, и тот дом, что вымахал себе один из бывших керченских военных комиссаров, и размер его поместья, будут со временем выглядеть жильем нищеброда. Если после анонса о выступлении Владимира Путина интернет взорвался от вопросов типа «как уехать из России», «как откосить от мобилизации», «как сломать себе руку в домашних условиях», то коррупция на фоне войны расцвет буйно. Ведь сейчас уже не могут чувствовать себя спокойно даже те, кому удалось не быть забритыми в солдаты из-за плоскостопия, наличия студенческого билета или военной кафедры.

Уехавший несколько лет назад в Польшу к любимой девушке керчанин Артем , по рассказам его матери, никак не может решить, ехать ли ему в отпуск в Керчь. Свой первый паспорт он получал в российской Кинешме, где работала его мать, после выхода на пенсию вернувшаяся на родину в Керчь. С одной стороны, в Польше ужесточили требование к гражданам России на получение вида на жительство и рабочей визы, которые у него действительны до февраля 2023 года, а с другой, он опасается мобилизации, поскольку, видимо, будут хватать всех, включая и не служивших в армии.

Его дядька месяц назад вернулся из Турции, где после невозможности ходить в рейсы от одесского крюинга, едва нашел себе работу на судоремонте. «И как теперь быть, если я в свое время служил в морфлоте и пока еще по возрасту гожусь для наполнения черного мешка?! Чем мне кормить жену, ухаживающую за моей слегшей после неудачной операции матерью, и двоих спиногрызов? Нет, откупиться, естественно, можно, но потом придется или сидеть в этой самой Турции до смерти, или платить мзду каждый раз».

После выступления Путина мы собрались в приемной шефа, и наша секретарша Таня рассказывала, что ее муж, который ходит вторым механиком на рыболовном судне от латвийской фирмы, с вечера, отдавая себе отчет в возможном запрете на выезд из страны, засел за компьютер в поисках работы в России. Предложений достаточно, однако заработок даже в сравнении с не самой крутой его фирмой, в полтора раза меньше на танкерах и в два – на сухогрузах.

«Мало того, что моего мужа могут мобилизовать как бывшего ракетчика, так ему еще и заработать не дадут! – возмущалась Таня. – Лишают постепенно всех привилегий загранщика. Сначала вынудили искать прописку на Кубани, потом – делать российские документы, заработанную валюту на руки банки не выдают – только рублями по курсу. А курс – плакать хочется! У моего оклад четыре с половиной тысячи долларов в месяц. В феврале, когда началось сумасшедствие с валютой, ему насчитали по 96 рублей за бакс, а когда вернулся из рейса в конце июля и кинулся пристраивать заработанное, то оказалось, что в «Райфайзен-банке» оборзели настолько, что курс был 48 рублей за доллар, ниже, чем в «Центробанке». Еле-еле вышел на «Морской международный банк» в Новороссийске: там ни комиссии за перевод, ни за хранение денег, и курс равен центробанковскому. И что теперь прикажете: ходить от российской фирмы на раздолбанном российском рыбаке?!»

Хотя, скажу я вам, условия мобилизации сухопутных будут похлеще. У загранщиков хотя бы есть счет в банке или валюта под матрасом, чего на берегу у многих в помине нет. Однако при получении повестки о мобилизации с уходящим на войну практически автоматически расторгается трудовой договор без сохранения за ним рабочего места. Выходит, кремлевский старец уверен, что живыми из Украины никто не вернется. От мобилизации не спасут и трое детей – нужен или четвертый, или глубоко беременная жена на половине срока. И тут все подсчитали: в «Ладу» больше пяти человек не вмещается.

Мобилизация ставит фактический крест на всей российской медицине. Если уже в Москве медикам приходят повестки в военкомат, то что говорить о периферии? Хорошо бы в Крыму их направляли в адрес приехавших с из российских регионов врачей, которым очень сильно захотелось жить у самого синего в мире Черного моря. Но, если без стеба, то врачей и без мобилизации в Крыму катастрофически не хватает, поэтому все они работают чуток в муниципальных лечебных учреждениях, а в основное рабочее время «доят» пациентов в частных центрах. Теперь и они под военкоматовским «колпаком».

Начальница участка управляющей компании нашего района Ольга Леонидовна переживает за свою дочку, которая только прошлым летом получила диплом фармацевта. «Это ж для чего мы с бабушкой вдвоем тянули ее – чтобы ее на войну отправили?! Кто там будет смотреть, врач она или фармацевт? Военнообязанная – вперед и с песней! Мать моей приятельницы в свое время прошла Афган медицинской сестрой, была ранена, награждена, а сейчас в свои шестьдесят два –полная развалина, хотя ее сверстницы на каблучках бегают и с косметикой в большой дружбе. Я своей дочери такого «счастья» не желаю, поэтому страшно волнуюсь за нее», – рассказывает она соседкам.

Заволновались и беженцы с Донбасса, которые официально зарегистрированы в Крыму еще с 2014 года. А их в той же Керчи немало, кстати и среди медиков в том числе. Из Госдумы повеяло слушком, что они должны первыми подлежать призыву. И это правильно, на мой взгляд. Вас приютили, пригрели, накормили – пришла пора отплатить «родине» за хлеб и кров. Бежать из Крыма до финской границы далеко, авиасообщения с полуостровом нет и в ближайшее время точно не предвидится, так что придется отдавать воинский долг России.

Вот такие переживания нынче у керчан, хотя еще толком ничего не начиналось. И очень симптоматично, что в день объявления мобилизации, уклончиво названной частично, в Керчи похоронили очередного «героя СВО» (так в России называют полномасштабное военное вторжение в Украину – КР).

Андрей Фурдик , крымский блогер, керчанин

Мнения, высказанные в статьях, отражают точку зрения авторов и не обязательно отражают позицию издания.

СПРАВКА: Российское полномасштабное военное вторжение в Украину продолжается с утра 24 февраля. Российские войска наносят авиаудары по ключевым объектам военной и гражданской инфраструктуры, разрушая аэродромы, воинские части, нефтебазы, заправки, церкви, школы и больницы. Обстрелы жилых районов ведутся с использованием артиллерии, реактивных систем залпового огня и баллистических ракет.

Россия отрицает, что ведет против Украины захватническую войну на ее территории и называет это «специальной операцией», которая имеет целью «демилитаризацию и денацификацию».

Ряд западных стран, включая США и страны ЕС, ужесточил санкции в отношении России и осудили российское неспровоцированное широкомасштабное вторжение и российские военные действия в Украине.

***

Роскомнадзор пытается заблокировать доступ к сайту . Беспрепятственно читать можно с помощью зеркального сайта: https://krymrupbxnasmluta.azureedge.net/ Также следите за основными новостями в Telegram,Instagram и Viber . Рекомендуем вам установить VPN.

Аннексия Крыма Россией

В феврале 2014 года вооруженные люди в форме без опознавательных знаков захватили здание Верховной Рады АРК, Совета министров АРК, а также симферопольский аэропорт, Керченскую паромную переправу, другие стратегические объекты, а также блокировали действия украинских войск. Российские власти поначалу отказывались признавать, что эти вооруженные люди являются военнослужащими российской армии. Позже президент России Владимир Путин признал, что это были российские военные.

16 марта 2014 года на территории Крыма и Севастополя прошел непризнанный большинством стран мира «референдум» о статусе полуострова, по результатам которого Россия включила Крым в свой состав. Ни Украина, ни Европейский союз, ни США не признали результаты голосования на «референдуме». Президент России Владимир Путин 18 марта объявил о «присоединении» Крыма к России.

Международные организации признали оккупацию и аннексию Крыма незаконными и осудили действия России. Страны Запада ввели экономические санкции. Россия отрицает аннексию полуострова и называет это «восстановлением исторической справедливости». Верховная Рада Украины официально объявила датой начала временной оккупации Крыма и Севастополя Россией 20 февраля 2014 года.

Предыдущая Неделю не могут устранить течь на ул. Архиепископа Луки Войно-Ясенецкого
Следующая Письма крымчан: Это еще и не начинали

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.