Полуостров кратеров и ям: как оккупанты убивают Крым незаконной добычей ископаемых


Массовое переселение в оккупированный Крым лояльного к тамошним так называемым «властям» российского населения наталкивается на объективную проблему – недостаток мест для размещения прибывающих «колонизаторов». И если участки для многоэтажного строительства еще можно выделить одним росчерком «чиновничьего пера», то строительные материалы из воздуха не создашь.

Об этом рассказал доцент Андрей Чвалюк изданию «Ассоциация реинтеграции Крыма».

Завозить банальные песок и щебень по суше или морем с территории России невыгодно, а значит, их нужно добывать на месте, с соблюдением всех бюрократических «норм российского законодательства». Вернее – далеко не всех. Раз строительство мостового перехода через Керченский пролив осуществили без проведения экологической экспертизы, то на деятельность разработчиков карьеров должны смотреть сквозь пальцы. По словам Чвалюка, первый этап карьерного бума в оккупированном Крыму начался со строительством «Керченского моста», а затем и трассы «Таврида». А после того как страна-агрессор в 2019 году включила  Крым в «список приоритетных геостратегических территорий», запасы полезных ископаемых полуострова, включая общераспространенные местного значения, были «пересчитаны», а годовые нормы добычи стали отслеживать.

В структуре так называемого «валового регионального продукта Крым» по видам экономической деятельности за 2019 год добыча полезных ископаемых составляет 0,5 %. Но это только вершина айсберга, большая часть добычи находится в тени. Это подтверждается и данными так называемой «официальной статистики» оккупантов. Если взять за основу «справку о состоянии и перспективах использования минерально-сырьевой базы»  Крыма на 15 марта 2021 года, подготовленную федеральным агентством по недропользованию, то добыча в Крыму в 2019 году песка строительного составила 1,1 миллионов кубометров. А вот если верить «докладу о социально-экономическом положении»  в Крыму в 2019 году было произведено 777,4 тысяч кубометров готового бетона для заливки и 28,1 тысяч тонн других строительных смесей. Согласно российскому ГОСТу 27006-86 «Бетоны. Правила подбора состава» для производства 1 кубометра самого распространенного бетона марки 200, который используется для заливки фундаментов, требуется 0,51 кубометра песка.

Произведя несложные вычисления получим цифру в 0,524 миллиона кубометров песка. То есть существующие на полуострове бетонные заводы за год перерабатывают как минимум 50 % всего добываемого в Крыму песка. Еще часть песка идет на строительные смеси или реализуется в частном порядке. Но объемы производства бетона растут. Введены в эксплуатацию новые заводы в Симферополе и поселке Черноморском. Планируется до конца этого года достроить завод в Бахчисарае. Так откуда же будут брать песок для заливки фундаментов очередных аварийных многоэтажек и завершения восьмого этапа строительства трассы «Таврида»? Скорее всего – из новых карьеров.

До 2014 года фактически весь крымский горный массив был уже включен в природно-заповедный фонд Украины. После начала оккупации заповедники и заказники превратились в ресурс стройматериалов ‒ щебня и песка, который добывают с помощью динамита и экскаваторов. По информации природоохранной группы «UNCG», на полуострове функционирует около 260 карьеров. При этом значительная их часть работают нелегально или по серым схемам.

«Официальные лицензии» на «пользование участками недр местного значения на территории региона» имеют около ста организаций. Как ранее заявлял оккупационный «глава Крыма» Сергей Аксенов, более половины крымских карьеров работают «под черным флагом», сбывая свою продукцию вдвое дешевле.

«Реестр лицензий» на пользование участками недр местного значения на территории Крыма показывает, что в данный момент добычу песчано-гравийных смесей якобы ведут 12 предприятий.

«Аннулирование лицензии» в сфере добычи песка – событие в Крыму такое же редкое, как круглосуточное водоснабжение. В большинстве случаев так называемая «прокуратура Крыма» ограничивается формальными «штрафами» или вообще закрывает глаза на нарушения, чтобы не срывать «федеральные графики» строительства дорог и жилья для оккупантов.

Ведь всем известно, если полетит этот график, полетят чьи-то звезды на погонах, а может и головы.

 «Общая задача, перед всеми ‒ это выполнение федеральных программ. И одно из приоритетных направлений ‒ это максимальное использование местных сырьевых ресурсов», ‒ сообщил подконтрольный Кремлю так называемый «начальник управления недропользования министерства экологии и природных ресурсов Крыма» Александр Хлебников. Вот и добывают песчано-гравийные смеси, где возможно и как придется.

Только в 2019 году так называемый «государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Крыма» выявил более 40 нарушений во время проверок карьеров. В 29 случаях компании самовольно заняли земельные участки. Кроме того, грешат добытчики и расширением карьеров с выходом «за пределы предоставленной им территории» например, так сделало ООО «ЭКО-СВ-БУД» на Бурулькайском месторождении. То же оккупационное «минэкологии Крыма» неоднократно «доило» добывающую компанию, которая ведет работы в карьере у села Лесноселье в Симферопольском районе: первый раз – за «начало работ раньше получения всех необходимых документов», затем еще несколько раз «за нарушения требований природоохранного законодательства». Бурулькайское месторождение известно тем, что здесь добывают суглинок со щебнем, который идет на создание насыпи «федеральной трассы Таврида». Весной 2021 года были «оштрафованы» оккупантами еще два предприятия, добывавшие песок в границах «старокрымского лесничества». Естественно это лишь минимальная часть выявленного «для отчетности» хищнического подхода к природным ресурсам.

Не отстают от организаций и физические лица, занимающиеся незаконной добычей песка в водоохраняемой зоне Черного моря. Подобные факты отследить сложнее, чем карьерные разработки. В упомянутом случае выявить нарушителя смогли граждане, но большинство подобных нарушений так и остается латентными. И пусть небольшие объемы частной добычи не вводят вас в заблуждение, ведь нанесенный уникальной крымской природе вред может быть масштабным из-за большого количества «добытчиков».

Незаконная добыча песка не ограничивается территорией полуострова. Напомним об одном примечательном случае, когда после двухлетнего перерыва, длившегося с 2016 по май 2018 года, оккупанты вновь возобновили незаконную добычу песка на шельфе Черного моря. Тогда под прикрытием так называемых  «пограничников» в Крыму земснаряды «Печора», «Трофа», «Иртыш» и «Амур» добывали песок в Каркинитском заливе на Бакальской банке, в 14 километрах от острова Джарылгач вблизи Скадовска. В октябре 2018 года «Трофа» и «Иртыш», под прикрытием радиотехнического поста так называемых «пограничников» «Берег 85», снова вышли на незаконный промысел. По данным радиоперехвата только за этот день оккупантами было добыто в украинских территориальных водах 2 880 тонн песка. Причем земснаряды проигнорировали радиозапросы украинских пограничников о наличии разрешения на промышленную деятельность, и по приказу подконтрольного россиянам поста «Берег 85» сменили частоту.

Незаконная добыча российскими оккупантами песка, для строительства трассы «Таврида» также ведет к уничтожению объектов археологического наследия. После начала строительства трассы черный рынок наводнили крымские артефакты. Если бы оккупанты хотели сохранить культурное наследие «возвращенного Крыма», они бы вели себя по-другому, но они мыслят только экономическими категориями: одна вырытая яма – две статьи доходов. Именно поэтому так называемое «министерство экологии и природных ресурсов Крыма» проигнорировало жалобы даже подконтрольных россиянам ученых на уничтожение античного городища из-за разработки песчаного карьера.

По словам так называемого «начальника Артезианской археологической экспедиции», доктора исторических наук Николая Винокурова, в зоне карьера оказались 20 курганов и 450 квадратных метров некрополя с античными гробницами. Однако оккупанты  были категоричны.

«Добыча песка у села Чистополье Ленинского района Крыма не несет никакой угрозы близлежащему античному поселению Артезианское. А песок остро необходим для строительства трассы «Таврида», поскольку не хватает своего песка в Крыму, который бы удовлетворял строительным требованиям», — отметили оккупанты.

В марте прошлого года «роснедра» все же отозвали незаконную «лицензию» на добычу песка у компании, которая вела разработки на исчезающей Бакальской косе в Крыму. Однако, как сообщил так называемый «глава Крыма» Сергей Аксенов, работы на месторождении от этого не остановились. Примечательно, что «документы на добычу песка» якобы имели «гриф секретности». Кто-то очень хитрый и имеющий связи в правительстве РФ пытался прикрыться несовершенством процедуры. Однако, несмотря на то, что даже подсчитанный оккупантами ущерб составил 52 миллионов рублей так называемое «уголовное производство» в Крыму открывать не спешили. Поэтому добывающие песок суда, принадлежащие компании «экоюжгеоразведка», продолжали курсировать.

Ранее оккупационный  «министр экологии и природных ресурсов» Крыма Геннадий Нараев сообщал, что «не видит оснований для запрета добычи песка на Бакальской косе». Позже «основания появились». Однако косу, которая за пять лет промышленной добычи песка превратилась в остров, это уже не спасет. Последствия хищнической добычи песка уже начинают бить по самим оккупантам. До 2019 года на Бакальской косе проводился пропагандистский молодежный форум «Таврида», а в позапрошлом году его были вынуждены перенести в район Судака.

Жители Западного Крыма начали активно выступать против добычи песка на озере Донузлав. Экологи говорят, что промышленная эксплуатация природных запасов в таких объемах приводит к размыванию пляжей, а вместе с песком со дна озера поднимается и ил, насыщенный сероводородом, который губит все живое. Например, уже пострадала популяция краснокнижного краба. Но добывающие компании – их там сегодня четыре – в один голос уверяют, что якобы опасности никакой нет, а дешевый по сравнению с российским песок необходим для нужд полуострова.

Доходит до того, что добычу песка во временно оккупированном Крыму маскируют под другую деятельность. Например, в 2020 году на окраинах села Нижние Орешники Белогорского района тоннами вывозили верхний слой почвы. Работы велись круглосуточно, чем и вызвали обеспокоенность у местных жителей. Предприниматель, владеющий частью участков под Нижними Орешниками, якобы готовил котлован под пруд для разведения рыбы и успел очистить от плодородного слоя сорок гектаров площади. Изначально он заявлял, что вывозится «низкоплодородная почва», и что её «после обогащения вернут». Но как впоследствии выяснилось, обогащать предприниматель собрался не почву, а себя. Под видом строительства прудов предприимчивым «рыболовом» осуществлялась добыча полезных ископаемых.

Другие «песчаные короли» решили заранее «умаслить» местных жителей в Мазанке, пообещав улучшить инфраструктуру села, но в итоге пожадничали и привлекли к себе излишнее внимание. Когда предприятие только начинало добычу, его руководство обещало отремонтировать дороги, провести водопровод и построить в поселении фельдшерско-акушерский пункт. Вместо десяти гектаров, которые  незаконно выкупила фирма, фактически эксплуатировали почти тридцать. И когда песок и щебень начали выгребать практически у людей в огородах, была инициирована проверка. Впоследствии частному предприятию запретили разрабатывать участок, но работы продолжились под предлогом «переработки уже добытого сырья». Жительница Лесноселья Анастасия Федорова уверяет, что в Мазанке «из указанных в документах 190 человек разрешение дали только 17 сельчан, и то половина из них местными жителями не являются». Очевидно, что в сговоре с предпринимателем изначально был кто-то из так называемой «администрации Мазанского сельского поселения», без помощи которого такую аферу нельзя было бы провернуть.

Крымские «недропользователи» освоили еще одну схему добычи ископаемых – когда работы ведутся под видом рекультивации ранее нарушенных земель. В случае, если идея с «рекультивацией» не сработает, оккупанты подготовили еще одну схему, прикрыв ее пологом своей насущной проблемы, дефицита воды. Как ранее сообщали российские СМИ, так называемый «заведующий кафедрой водоснабжения, водоотведения и санитарной техники академии строительства и архитектуры Крымского университета» Илья Николенко предложил использовать заброшенные карьеры в качестве водохранилищ или накопителей воды. Кроме того, он отметил, что «на востоке Крыма есть водохранилища, которые сейчас не используются».

«В Крыму средний дефицит воды составляет около 150 миллионов кубометров, а значит, на полуострове нужны дополнительные накопители пресной воды. Ими могут стать котлованы выработанных и заброшенных карьеров», – считает Илья Николенко.

 В таком разрезе превращение Крыма в покрытую кратерами поверхность Луны приобретает логический смысл. Оккупантам просто нужно побольше ям для накопления атмосферных осадков, и с этим делом они пока успешно справляются. Песок в Крыму могут начать добывать прямо посреди поля, как это произошло в 2018 году рядом с населенными пунктами Белинское и Золотое. А для добычи щебня может быть уничтожена целая гора, ранее возвышавшаяся возле села Холодовка. По данным «UNCG», деятельность оккупантов по незаконной добыче ископаемых настолько обширная, что возникшие изменения рельефа видны даже из космоса.

В 2018 году экологи заметили, что спецтехника добывает песок из накопителя для промышленных отходов. Их во времена СССР захоронили на территории Керченского железорудного комбината. Этот песок затем использовали для строительства трассы «Таврида» и подъездных путей к «Керченскому мосту». По подсчетам экспертов, из бывшего химического могильника уже вывезли около миллиона кубометров токсичного песка. И хотя из-за огласки шлам вроде бы копать прекратили, но по данным экологов, добычу все же не остановили, а лишь изменили технологию: ядовитый песок начали выгребать из воды, а не копать из вала, как было до этого.

Но это только на время отложило катастрофу. На днях, впоследствии добычи песка из урочища Плавни на территории Нижне-Чурбашенского хвостохранилища, разрушилась часть дамбы, препятствующая попаданию отходов в море. И теперь слив после промывки песка происходит непосредственно в канал, соединенный с морем. Таким образом, вся грязь от промывки песка идет на городской пляж. Ранее произведенные анализы показали, что количество мышьяка в отходах «Камыш-Бурунского железорудного комбината»​ превышает предельно допустимую концентрацию в 500 раз, содержание сурьмы – в три раза, ванадия – в 3,5 раза, хрома – в 1420 раз, фосфора и железа – в 341 и 370 раз соответственно. Но несмотря на постоянные возражения экологов, незаконная добыча песка не прекращается.

Таким образом, ради завершения начатых в оккупированном Крыму строек страна-агрессор и назначенные Кремлем «чиновники» готовы пойти на все: уничтожение культурных ценностей и уникальной природной экосистемы, ликвидацию географических объектов, использование токсичных материалов, обман местного населения, приписки, подлоги и нарушение собственных экологических норм. Сложно представить, что еще они приберегли в запасе на случай, если эти планы не сработают.

Напомним, ранее «Флот 2017» сообщал, что в оккупированном Крыму местные жители в мешках выносят с пляжа песок. Его они используют для строительства.

Также, жители оккупированной Евпатории возмущаются добычей оккупантами песка в Каламитском заливе, близ города. А в социальных сетях распространяют фотографии, показывая, как под зданиями разрушается фундамент из-за незаконной добычи.

Предыдущая Все равно станет соленой: гидрогеолог обрисовал перспективы добычи вод из-под Азова
Следующая На улицы Крыма вышли «антиковидные патрули»

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *