Старое евразийство как инструмент новой российской имперскости


Рубрика «Мнение», специально для

продолжают публиковать цикл статей Николая Семены о политических и социально-экономических процессах 90-х годов ХХ века, которые привели к распаду СССР, и, соответственно, отразились на дальнейшей судьбе Крыма.

На днях в Крыму состоялось заседание так называемого «Ливадийского клуба», участники которого утверждают, что «Евразийство – идеология будущего» и предлагают в основу развития движения «Русского мира» положить концепции противостояния России и Европы, выдвинутые еще Николаем Данилевским, идеологом панславизма, философом позапрошлого века, похороненным в Мшатке. Что же заставляет крымских и российских политиков, философов проектировать будущее развитие России на пространства Европы и Азии, говорить о якобы воссоздании СССР, с одной стороны, а с другой – возвращаться в философию двухсотлетней давности, когда СССР еще и в проекте не было?

Однако уже один этот факт говорит о многом: за двести последних лет ни геополитические устремления, ни психология, на которых базируется российская политика, не изменили своей сущности. К этому прибавились привычка к передергиванию и подтасовке, перекручиванию фактов, представление желаемого вместо действительного – и из всего этого вместе они составляют приемлемую для себя картинку, которая решительно расходится с действительностью.

Все эти методы использованы в резолюции зимней встречи «Ливадийского клуба»: «Русскому миру, нашей цивилизации брошен вызов. Речь идет не просто о конкуренции на международной арене. Перед нами поставлен выбор: быть или не быть России… Мы должны быть готовы к отражению любой агрессии против Русского мира. К всесторонней защите наших соотечественников как от откровенного геноцида, так и от ползучей ассимиляции… Всецело поддерживаем начавшуюся активизацию построения реальных основ Союзного государства России и Белоруссии – ядра Русского мира. В борьбе за него важной опорой является вековой идейный багаж, накопленный выдающимися представителями отечественной общественно-политической мысли. Таковыми были представители евразийского движения, зародившегося полтора века назад. К этой плеяде, без сомнения, относится и Николай Данилевский. Научные расчеты российских мыслителей того времени оживляли любовь к России, дарили неистощимую веру в величие русского народа. Именно поэтому они и сегодня актуальны и служат нам ориентирами в движении к грядущему величию и славе России».

Николай Данилевский (1822-1885), российский философ

Остается загадкой, почему «ливадийцы» думают, что «научные расчеты российских мыслителей того времени оживляли любовь к России», если уже в то время идеи Данилевского из книги «Россия и Европа» вызывали аргументированную критику и отрицание. Да и могут ли вызвать любовь к России пропаганда исключительности, «собственного пути», отрицание прогрессивности европейских мыслителей и неприятие передовых идей своего времени? Более того, на чем базируется утверждение, что они «дарили неистощимую веру в величие русского народа», если в конце ХІХ и на всем протяжении ХХ века в европейской философии и социологии происходило становление теории о равенстве народов, об ответственности за свою судьбу, о праве на самоопределение, что не согласуется с утверждением о богоизбранности кого бы то ни было?

Сама констатирующая часть резолюции основана на ложном посыле: «Русскому миру, нашей цивилизации брошен вызов…» На самом деле вызов в виде нарушения международного права и разрушения миропорядка, основанного на базе Хельсинского акта о нерушимости границ с 70-х годов, брошен не России, а самой Россией. И да, действительно, «речь идет не просто о конкуренции на международной арене», а о вероломном попрании законов со стороны России.

Утверждение «перед нами поставлен выбор: быть или не быть России» взято из нездоровой головы российских политиков, поскольку никто не ставил перед Москвой такого выбора, да и угроз типа «быть или не быть России» также не существует. Вопрос стоит совсем иначе: быть России цивилизованной мировой страной, живущей как все, в согласии с международным правом, или же она будет нарушать международное право, устав ООН, и попадая под мировые санкции.

Но Россия не хочет «как все», политики России считают себя исключительными и богоизбранными. И никто в Европе не виноват, что эта позиция противоречит здравому смыслу. «Ливадийцы» нагнетают напряженность на пустом месте: «Мы должны быть готовы к отражению любой агрессии против Русского мира. К всесторонней защите наших соотечественников как от откровенного геноцида, так и от ползучей ассимиляции». Но где геноцид? Где агрессия? Где «ползучая ассимиляция»? Российские эксперты воюют с ветряными мельницами…

Поэтому утверждение, что «Данилевский актуален сегодня» ошибочно. Потому, что в свое время Николай Данилевский, тоже, как и они сейчас, воевал с ветряными мельницами. Философский спор между «русофилами» и «европейцами», инициированный Данилевским, отшумел давным-давно, и философ так и не сумел доказать своим современникам правоту своих позиций. Тем более, что сейчас в этом давнем споре многие аналитики поставили жирную точку и не считают нужным возвращаться к ним сегодня. Какая же это «идеология будущего»?

Тем не менее, политолог Сергей Киселев утверждает, что «Данилевский актуален и сегодня», и что «его труды в полной мере опровергают старания европейских «авторитетов» внушить россиянам вторичность, подчиненность по отношению к «передовым» идеям Запада». Но где сами-то эти утверждения? Россия воспринималась Западом как сильная, но равная страна. Политологи типа Киселева придумали сами себе эту «вторичность» и сами себе доказывают, что это не так. Это синдром собственной неполноценности. Сколько путешественников оставили путевые заметки о России, сколько философов написали о России вполне адекватные исследования, и нигде – о вторичности.

На таком же искаженном представлении исторического процесса основана и вся дискуссия. «30 лет, прожитых после развала СССР, убеждают в том, что попытки прорыва в светлое будущее малыми группами, «национальными огородами» к искомому результату не привели», – утверждается на заседании экспертного совета «Ливадийского клуба». Неужели? Как же тогда построили свою государственность все европейские страны, например, Польша, Финляндия, Венгрия, Чехия, Словакия, да и Германия, и Франция? Разве не «малыми группами» и не «национальными огородами», хотя такая уничижительная лексика не годится для оценки исторического процесса. Да и Украина, напомним «ливадийцам», как могучее государство Русь существовала, когда Московии еще и на карте не было. Получается, что это Россия строила свою государственность, приворовывая свою историю «национальными огородами» и присваивая само название Украины-Руси.

Не выдерживает критики и утверждение о том, что «в независимых государствах инерция распада не остановилась. Многие из них стали аренами конфликтов на этнической или территориальной почве». Дело в том, что у конфликтов в этих государств один и тот же корень – Россия. Возьмем конфликт в Приднестровье – замешана Россия, на Донбассе и в Крыму – замешана Россия, в Нагорном Карабахе – замешана Россия, в Грузии – снова замешана Россия. России бы выйти из этих конфликтов, и они бы иссякли сами собой, однако же «ливадийцы» полны намерений «повернуть процесс пространственного развития исторической России в сторону интеграции». То есть Россия как участник и как сторона этих конфликтов намерена не оставить их в покое и заняться собой, но вместо этого и дальше собирается нагнетать напряженность для «пространственного развития и интеграции исторической России», то есть захвата нероссийских территорий. Однако это уже не развитие, это имеет другое название.

В заседании клуба впервые участвовал политолог из Беларуси, директор Центра изучения и развития континентальной интеграции «Северная Евразия» Алексей Дзермант . Он выдвинул странную концепцию: «У России есть три пути развития: подчиниться одному из центров силы – США и их союзникам либо Китаю, или занимать центристскую позицию».

Где США или Китай заявили, или хотя бы намекнули, что хотят подчинить Россию? На его взгляд, «третий вариант наиболее точно отвечает национальным интересам России и ее союзников». Так если бы же было так, то никаких бы ни претензий, ни санкций к России и не было бы.

Но ведь белорусский политолог дальше говорит то, что противоречит заявленной ранее центристской позиции России. Он продолжает: «И неизбежно у РФ должна быть своя евразийская повестка. Это касается как внешнего контура, так и внутреннего. Азию нельзя «отдавать», иначе туда зайдет кто-то другой и будет оттуда создавать для России угрозы. Что же касается внутренней политики, тут тоже есть конкретные задачи, которые необходимо решать. Например, ныне наблюдаются демографические тенденции – рост числа мусульманского населения, национальных республик».

Оказывается, с «евразийской» точки зрения «Азию нельзя отдавать»? Но как же не отдавать, если она не российская? И разве она пустое место, что «туда кто-то зайдет»? Там же живут такие же народы, как и в России. Как же туда заходить? И зачем? Разве дома мало работы? С другой стороны – рост числа мусульманского населения национальных республик тоже трактуется как угроза России. Но какое России дело к внутренним проблемам национальных республик? Или дождь в Азии – тоже угроза России?

Точно так же Алексей Дзермант грубо вмешивается во внутренние дела Украины. Он говорит: «Украина – нарыв, который будет приносить массу сложностей… Она становится откровенно враждебным для нас государством, которое несет многочисленные угрозы в сферах геополитики, идеологии, социальном аспекте (? – авт.). Она, словно черная дыра, которая и дальше будет негативно влиять на нашу стабильность. На мой взгляд, нужны радикальные меры противоборства, и их концепцию уже необходимо вырабатывать. Такой путь неизбежен, если мы не хотим видеть дальнейшую деградацию Украины и влияние этой деградирующей страны на нашу безопасность».

Странно, Украина, кажется, нигде и никогда не угрожала Беларуси, откуда же «влияние на нашу безопасность»? Такое впечатление, что это Украина у Беларуси или у России забрала Крым и устроила войну на беларусском Донбассе? А может все наоборот? А реформы и любые преобразования внутри Украины – разве это не внутренне дело Украины? Он призывает к «радикальным мерам противоборства»? Получается, старое евразийство – новый инструмент старой имперскости.

Словом, мир и стабильность у «ливадийцев» только в словах, а в призывах – война. И вот что получается: с какой стороны ни возьми этот «русский мир» – везде угрозы: и рост населения, и самостоятельность других народов, и везде «расширение пространства», везде «радикальные меры противоборства». Получается со всех сторон: «русский мир» – это война.

Николай Семена, крымский журналист, обозреватель

Взгляды, изложенные в статьях, отражают точку зрения авторов и не обязательно отражают позицию издания.

Предыдущая Смертность от COVID-19 в Крыму и Севастополе: еще 26 случаев за сутки
Следующая Старое евразийство как инструмент новой российской имперскости

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *