«В предъявленных обвинениях проступает открытая ненависть к мусульманам». Последнее слово Рустема Шейхалиева


Южный окружной военный суд в российском Ростове-на-Дону 24 ноября вынес приговор пятерым крымским татарам по «делу крымских мусульман». Гражданского журналиста Рустема Шейхалиева суд приговорил к 14 годам колонии строгого режима. публикуют с небольшими сокращениями его последнее слово в российском суде.

Сегодня меня и моих товарищей судят за то, что я якобы занимался «террористической» деятельностью и подготавливал насильственный захват власти в Крыму и России. А на самом деле за то, что я – крымский татарин, мусульманин, хочу проживать на своей земле, исторической родине своих предков – в Крыму, исповедовать в полном объеме свою религию – Ислам, обучать ею своих детей и распространять эти знания другим людям, бороться против несправедливости и защищать людей.

Вы думаете, что за это преследуют только меня и что наши бедствия начались вчера или сегодня? Нет, все это уже было гораздо раньше…

Наш народ уже более 200 лет подвергается гонениям, убийствам, унижению и депортации.

Все это началось с момента подписания Кючук-Кайнарджийского договора. Рушились, уничтожались наши мечети, осквернялись кладбища, медресе. Изгонялись знающие религию люди, конфисковывались и сжигались книги и манускрипты. Изгоняли нас с родной земли, принуждая к эмиграции в Османскую империю. Позже [это сделали] Сталин и его подручные, которые вообще выселили нас поголовно и чуть не уничтожили весь наш народ. Ими была поставлена цель – Крым без крымских татар, то есть без нас, крымских мусульман различного этнического происхождения, объединенных одной религией, языком, культурой и местом проживания.

Но мы выжили, выстояли и вернулись. Мало того, мы возродили свою культуру, язык и религию, стали крепче, пройдя сквозь бури, лишения и потери. И это снова их бесит…

Я, Шейхалиев Рустем Динарович , родился 22 июня 1979 года в местах высылки моего многострадального крымскотатарского народа – в городе Самарканде. Я – мусульманин, крымский татарин, считаю себя гражданином Украины, политзаключенным, гражданским журналистом, узником совести – такими нас видит и признает весь мир в своих многочисленных резолюциях, хотя вы и не хотите этого признавать и приобщать к материалам уголовного дела. В этих резолюциях и декларациях к нам применима lV Женевская конвенция, на которую мы с первого дня ареста обращаем внимание всех инстанций мира.

Ислам, как и исходящие из него культура, традиции, образ жизни, является одним из важных индикаторов моего крымскотатарского народа.

Ранее не судим, если не считать, как упомянул ранее, что заочно осужден и огульно оклеветан весь мой народ, когда мои предки были огульно названы предателями. Любой здравомыслящий человек, думаю, понимает, что такое образ «террориста», что он ни по каким критериям к нам не подходит и никак не совместим с Исламом и тем более не применим к нам – честным, справедливым и добропорядочным сынам своего крымскотатарского народа, проживающим в мире с различными конфессиями и национальностями.

Владлен Абдулкадыров, Билял Адилов, Фарход Базаров и Рустем Шейхалиев в Кировском райсуде Ростова-на-Дону, 14 мая 2019 года

Прожив около 30 лет в городе Симферополе, получив в 1995 году паспорт Украины, ни разу не наблюдал терактов и не слышал даже слов [о подготовке их], а тем более о захвате власти.

Чуть подробнее хочу сказать про депортацию.

В то время, когда мой дедушка со стороны матери Максудов Исмаил воевал на войне против захватчиков, Советский Союз, на чьей стороне он сражался, депортировал, то есть выслал всех крымских татар на Урал, где в суровых условиях, в холодном бараке на четыре семьи находилась бабушка с маминой стороны Гульфере , в будущем Максудова. Со своей семьей и слепой матерью она была почти в шестнадцатилетнем возрасте, когда забота о всей семье легла на плечи хрупкой девочки. Гульфере пришлось пойти работать на лесоповал, в конце рабочего дня ей разрешали взять одно бревно для обогрева барака, которое приходилось нести всю дорогу на плече. В бараке, распилив и разделив на нужные полена, разжигали огонь в печи и начинали готовить еду из чего придется (порой из шкурок от картошки, а порой из мяса мертвой лошади). И только подержав ноги у огня и разморозив лапти, снимали портянки – кроме них не было на ногах ничего…

Отец моего отца (мой дедушка) Шейхалиев Насибулла не один год проработал в Узбекистане укладчиком асфальта, и их семья, где был рожден я, также перенесла немало трудностей.

Когда мне исполнилось 13 лет, я принял важное решение в своей жизни: собрав вещи, отправился в путь без родителей – один-одинешенек, в поезде была лишь знакомая, ехавшая в Крым. Так я поехал на историческую родину своих предков, где уже жили с начала девяностых годов родители моей матери, у которых было свое жилье, хоть и без условий.

4 июля 1993 года моя нога впервые вступила на вокзал города Симферополя. Прошли годы, я окончил в школу, где у меня было много друзей разных национальностей и любящая классная руководительница Вера Николаевна , которая относилась ко мне как к родному сыну. После школы поступил в ВПТУ-26, закончив его, получил профессию электрогазосварщика.

С 2000 года работал в сфере торговли, продавая овощи и фрукты. Ежедневно контактировал с представителями различных слоев общества, находил общий язык со всеми людьми, будучи частным предпринимателем, своими действиями и порядочностью старался показать всю красоту своей религии, тем самым заработал доверие и уважение покупателей всех конфессий и наций. Посредством торговли содержал свою семью. За многие годы жизни на родине своих предков, ставшей уже и моей, на полуострове Крым – родине крымских татар – я стал частичкой этого общества.

В 2000-м параллельно пробовал себя в роли оператора. Делал видеосъемки на различных мероприятиях, таких как Ораза байрам и Курбан байрам (религиозные праздники у мусульман – КР). Спустя годы стал гражданским журналистом.

Несправедливость в отношении честных, справедливых, добропорядочных людей – аресты, задержания и вынесение приговоров, когда менялись лишь имена, фамилии и сроки – все это побудило меня активно посещать суды над политзаключенными, огульно обвиненных не только крымских татар, а всех людей нашего многонационального полуострова.

Делая репортажи, доносил истину всему миру, которая не по душе некоторым людям. Законы Ислама – это законы для людей, для решения проблем человека как такового вне зависимости от его расы, национальности или конфессии. Суждения человека, живущего в социуме и нуждающегося в правильном решении этих самых проблем, явились причиной предъявленного обвинения, поскольку именно они были признаны посягательством на общественную и государственную безопасность.

Ущербность предъявленного обвинения заключается в том, что религиозные диспуты в Исламе остаются неизвестными для народа, а сами представители власти в лице органов безопасности и других органов не способны адекватно его оценивать. И еще хочу добавить, что как бы не пыталось гособвинение предоставить или завуалировать подобные безответственные обвинения с использованием ярлыков и штампов, отделить нас от нашего народа, говоря на публику, что «это мы не с крымскими татарами боремся, не с мусульманами, а с террористами», то хочу заверить всех вас, что время наивных и доверчивых крымских татар, как, впрочем, и не только крымских татар, прошло!

Для всех уже давно понятно, что обвинения, представляемые в таких формулировках, характеризуют собой не только огульную клевету, но в них явственно проступает неприкрытая ненависть и злоба к мусульманам в целом.

Мужество людей, солидарных с семьями и детьми узников, поддержка сотен людей возле конвейерных обысков и судов, тысячи людей на похоронах родных и близких политзаключенных, коллективные молитвы, а также другие мирные формы возмущения творимым беспределом нас вдохновляют. Я горжусь и восхищаюсь вами!

Характер непокорного, несломленного крымскотатарского народа и мусульман в целом не может позволить нам и вам оставаться в спокойствии и в стороне в эти сложные времена. Наша ненасильственная борьба, как в прошлом, так и сегодня, продолжается.

Крымские татары – не предатели и не террористы! Свободу всем политзаключенным Кремля!

Как бы кто не ухищрялся в своей пропаганде обмануть народ и мир – победа правды неизбежна. Так было в прошлом, так будет и сейчас. Это лишь вопрос времени. Хотите этого или нет, верите или не верите.

И у всех нас, и у всего мира нет права забывать и игнорировать боль материнских сердец, потерянные взгляды родителей, разрушенное будущее сотен детей, осиротевших при живых отцах, тоску и печаль жен, ставших в миг многодетными матерями-одиночками, несмотря на поддержку народа.

Тем временем все эти годы нас и наши семьи ни на минуту не оставляли сотни и тысячи тех, кто не равнодушен, а солидарен с нашей мирной борьбой за правду и справедливость, тех, кто направил объективы своих камер и настроил свое перо показывать и говорить правду, отображая всю ту боль, жертвы и беспредел, с которым столкнулся наш народ. Как в Крыму, так и далеко за его пределами нас помнят сотни и тысячи порой незнакомых людей.

Ваши письма со словами поддержки становятся для нас глотком чистого воздуха в мире живых и достойных сердец, а также определенным стимулом и показателем присутствия, вдохновения бороться дальше и больше.

Рустем Шейхалиев , гражданский журналист, активист, правозащитными организациями признан политическим заключенным

Мнения, высказанные в статьях, отражают точку зрения авторов и не обязательно отражают позицию издания.

Роскомнадзор пытается заблокировать доступ к сайту . Беспрепятственно читать можно с помощью зеркального сайта: https://d3fx89p6g9wd6v.cloudfront.net/ Также следите за основными новостями в Telegram,Instagram и Viber . Рекомендуем вам установить VPN.

Крымские «дела Хизб ут-Тахрир»

Представители международной исламской политической организации «Хизб ут-Тахрир» называют своей миссией объединение всех мусульманских стран в исламском халифате, но они отвергают террористические методы достижения этого и говорят, что подвергаются несправедливому преследованию в России и в оккупированном ею в 2014 году Крыму. Верховный суд России запретил «Хизб ут-Тахрир» в 2003 году, включив в список объединений, названных «террористическими».

Защитники арестованных и осужденных по «делу Хизб ут-Тахрир» крымчан считают их преследование мотивированным по религиозному признаку. Адвокаты отмечают, что преследуемые по этому делу российскими правоохранительными органами – преимущественно крымские татары, а также украинцы, русские, таджики, азербайджанцы и крымчане другого этнического происхождения, исповедующие ислам. Международное право запрещает вводить на оккупированной территории законодательство оккупирующего государства.

Предыдущая Внимание, автовладельцы! Завтра будет перекрыта улица Чкалова от кольца до Пирогова
Следующая В Крыму намерены распределять потоки грузовиков, переправляющихся через Керченский пролив

Нет комментариев

Комментировать

Ваш адрес email не будет опубликован.